Повелитель гоблинов
Шрифт:
И тут до них донесся крик:
– Эй, вы, жалкие создания! Вы окружены! Сдавайтесь, сопротивление бесполезно.
Друзья посмотрели вниз и увидели, что к ним лезут сразу четыре гоблина, за ними по скале карабкались еще пятнадцать, а прямо под ними у черной лужи, в которой растворились тролли, стоит Мартодуин хохочет и кричит:
– Вам больше некуда бежать! Вы у меня в руках! Ха-ха-ха! Хватайте их, мои славные гоблины! Это начало нашего торжества!
Пусть возродится великое царство гоблинов!
– Это мы еще
Повелитель гоблинов расхохотался и в свою очередь вынул золотую пряжу, которую он украл из дворца эльфов.
– А ты это видишь, глупый тролль? Тебе не собрать золотую паутину, потому что одна часть все равно у меня, а нужно иметь все пять. Без моей части у тебя ничего не получится. Ха-ха-ха! А то, что у тебя есть, сейчас будет моим. Ха-ха-ха!
Друль его не слушал. Он складывал свою пряжу в паутину. Все части отличались друг от друга, и эту мозаику надо было сложить. Зато Гальянка ответила вместо него.
– Зря ты торжествуешь, проклятый Мартодуин, – звонким голосом крикнула она. – У тебя в руках всего лишь бесполезный кусок золота, который ни на что не годится. Ты грязный воришка украл из моего дворца обыкновенную копию, а не пряжу золотого паука. Настоящая пряжа у нас.
И девочка показала чудовищу язык.
Мартодуин оторопел от таких слов. С изумление уставился он на свою золотую пряжу и внезапно понял, что перед ним действительно не волшебная вещь. Он понял бы это и раньше, просто у него не было времени внимательно изучить свой трофей, к тому же он и предположить не мог такого коварства. От злобы он чуть не развалился на части.
– Что вы стоите, бездельники! – закричал он на гоблинов. – Быстрее хватайте их! Того, кто схватит тролля, я озолочу и сделаю своим помощником.
Гоблины алчно зарычали и полезли быстрее. До Друля им оставалось сделать несколько движений, и он будет схвачен. Один самый большой гоблин даже протянул лапу, но было уже поздно.
Друль к этому моменту сложил все части в одну целую, и они сами собой соединились в золотую паутину, очень красивую и таинственную. И сразу у всех на глазах паутина выросла в несколько сотен раз, и золотая сеть отделила наших друзей от врагов.
Гоблины попались в ловушку. Сеть накрыла их всех до единого, и чудища замерли на месте, как оцепенели. Они не могли ни двинуться, ни шевельнуться, лишь глупо таращили свои испуганные глазки и быстро моргали. Сразу перестали походить на чудовищ и снова стали теми тюфяками, которые прячутся по болотам и охотятся на гигантских черепах. И только Мартодуин оставался все тем же отвратительным монстром, похожим на гоблина, человека, эльфа и обугленное дерево одновременно. Он тоже был парализован золотой паутиной, и глаза горели злобой и ненавистью. Не хотелось в них смотреть. Никогда в этом существе не
Друль, Гальянка и Настрадамус просто заплясали от радости. Они закружились в хороводе и даже запели. У ног их запрыгал на золотой паутине как на ковре неизвестно откуда взявшийся Сучок-Проводничок.
– А теперь нам пора загадывать желания, – сказал Друль, когда они устали радоваться. С кого начнем?
– С тебя, – сказала Гальянка. – Ведь это благодаря тебе мы победили.
– Не только благодаря мне, – возразил Друль. – Только все вместе мы смогли преодолеть все трудности и опасности.
– Это точно, – подтвердил Настрадамус. – Дружба великая вещь. Как жаль, что я узнал об этом только под старость. А насчет желаний, я думаю, что первой должна загадать его принцесса Гальянка. Потому что перво-наперво нам надо избавиться от Мартодуина, а это должна сделать она.
– Ты, прав, мой добрый Настрадамус, – девочка обняла филина. – Я хочу, чтобы страшный и жестокий Мартодуин исчез навсегда со своим колдовством, и никогда больше не вернулся к живым существам. Он нехороший. А народ эльфов теперь будет свободен, и я вернусь к маме с папой!
Как только она это сказала, повелитель гоблинов сразу пропал, будто его и не было. И сразу всем стало легко и радостно на душе.
А золотая паутина медленно и осторожно поднялась в воздух.
– Это я загадал желание и попросил ее отнести принцессу домой к ее родителям, – сказал Настрадамус. – Обратный путь слишком опасен и долог, а ее ждут и волнуются.
Золотая паутина поднялась в небо и полетела на север к Королевству эльфов. Внизу как тараканы стали разбегаться освобожденные гоблины, которые теперь, оставшись без своего повелителя, больше не представляли большой опасности.
Гальянка захлопала в ладоши.
– Какой ты добрый, Настрадамус! Но почему ты не попросил что-нибудь для себя?
– Я же говорил Духу Колдовского леса, повторю и тебе. Мне ничего не надо.
– Я знаю, что тебе надо, – сказала девочка. – Тебе нужен дом, потому что в твое дерево попала молния. И у тебя будет дом. Я дарю тебе чердак в нашем дворце. Отныне он твой! Я буду приходить в гости. Ведь теперь мы друзья навсегда?
– Конечно, – Настрадамус чуть не расплакался и поспешил спрятать голову под крыло, чтобы не видели его повлажневших глаз.
– Я тоже хочу жить на чердаке! – раздался внезапно тоненький голосок.
– Ой, а про тебя я совсем забыла! – воскликнула Гальянка и вытащила из-за пазухи Паулито. – Если дядюшка Настрадамус разрешит тебе жить у него, то разумеется.
– Ты разрешишь, дядюшка Настрадамус? – На филина выжидающе уставились рубиновые и изумрудные глазки. – Я буду тебя слушаться!
Настрадамус и Друль удивленно посмотрели на него.
– Неужели это золотой паучок? – спросил Друль.
– Да, его зовут Паулито, – сказала принцесса.