Потусторонний. Пенталогия
Шрифт:
Глава 12 или "Переломный момент" Часть 1
Я очнулся с мыслью о том, что мне подозрительно комфортно лежится. И не пахнет пещерной сыростью, не тянет сквозняком, и подо мной не твёрдый холодный камень, а мягкое и приятное на ощупь лежбище.
Я молниеносно подорвался. Растерянно заозирался. Сурират. Я был в клановом сурирате. Удивительно просто, Рональд всё-таки не бросил меня и сумел дотащить аж досюда. Я его недооценил.
Я усмехнулся, зашагал к бару, выпил
Вдруг я услышал чьи-то тихие шаги из коридора. Настороженно развернулся к входу, напрягся, готовясь сразу ударить ледяной струей. Я уже приготовился, призвав энергию. И почти ударил, но вовремя остановился. В отсек вошёл Рональд.
— О! Ты уже очнулся? — дружелюбно усмехнулся он, плюхнул на стол какой-то свёрток. Говорил Рональд по-английски, явно смакуя родную речь и радуясь мимолётной свободе.
Я слегка растерянно наблюдал за ним, налил себе ещё стакан воды, хотя пить уже не хотелось.
— Поесть тебе принёс, — объяснил Рональд, окинув меня недоумевающим взглядом.
— Ты… Ты что, не вернулся к профессору? Ты ведь должен был…
— Не, — перебил он меня и принялся разворачивать свёрток, — был уже, всё в порядке. Диего на Земле, я убедился, что ты не лгал. Садись, поедим, сам уже забыл, когда что-то падало в мой бедный желудок.
Я сел. Запах копчёной курицы вызвал обильное слюноотделение и, несмотря на множество вопросов, крутившихся в голове, я решил для начала утолить голод, а всё остальное подождёт.
— Как ты меня дотащил? — всё же не удержался и для начала задал вопрос попроще.
Рональд усмехнулся. Меня резко вместе с диваном оторвало от пола — на полметра не меньше.
— Вот так, — усмехнулся Рональд, и с грохотом поставил диван на место, заставив меня подпрыгнуть. — Правда, — сказал он, — раньше я так не мог. Ну, мог там, ящик какой поднять, что-то не больше двадцати фунтов. Или человека с ног сбить, иногда даже поднять, редко, но бывало. Но чтоб нести, да ещё так долго — ни разу! А вчера…
Рональд задумчиво прожевал кусок курицы, а затем продолжил всё с тем же задумчивым видом:
— Чёрт побери! Я сам не понял что произошло? Может, ты меня так вдохновил своими этими фокусами, а может мысль о том, что не дай бог, с тобой что-то случится, я никогда не увижу своих родителей и дочь? Но вдруг силы откуда-то появились! Это, наверное, единственное о чем я буду скучать, когда окажусь дома.
Он улыбнулся, отломил кусок ещё тёплого хлеба и с аппетитом принялся жевать.
— Я тут решил, что надо бы обменяться номерами. У профессора, конечно, есть твой номер, но на всякий случай…
Он скривился, извиняясь и покрутив пальцами, и так и недоговорил.
Я вопросительно посмотрел:
— Что-то случилось?
— У тебя
Я кивнул, мол, не против, продолжая следить за ним и ждать, что он всё же расскажет, в чём дело.
— Отлично! — радостно потирая руки, Рональд ринулся к бару. — Я здесь год почти, а ни разу нормального бухла не пробовал. В ОРМ работяги пьют какую-то баланду, на запах — моча ослиная, на вкус не лучше.
Осушив залпом стакан белого арака, Рональд вернулся, сел напротив и резко посерьёзнел.
— Я решил, что ты должен знать, — сказал он.
Я перестал жевать, исподлобья уставил на него заинтересованный взгляд.
— Вечером, когда я был с профессором и мы ждали звонка из главного штаба… В общем, профессор вёл себя странно. Волновался, да и моя компания ему явно не нравилась. Думаю, он хотел рассказать о том, что мы собираемся сделать. А когда я ушёл…
Рональд встал, снова отправился к бару, налил себе ещё стакан.
— Когда я ушёл, мне кажется, он всё-таки снова связался с ними, — уже оттуда сказал Рональд. — Это, конечно, догадки. Но, пока мы шли к ретранслятору, профессор то и дело расспрашивал: как ты открыл проход, что ты делал, как выглядел проход? Хотел подробностей, короче говоря.
— А ты что?
— Я?! — Рональд словно оскорбился, вскинул брови, развёл руки в стороны, грудь выпятил, но дальше начал будто бы оправдываться: — Сначала рассказывал, а когда понял, что разговор больше смахивает на допрос — перестал. Сказал, что не знаю, что после взрыва упал и дальше не видел. И я решил вот что… В общем, тогда взял и спросил его про твою сестру.
— И? — напряжённо уставился я на него.
— Ни черта он мне не рассказал! То же самое ответил, что и тебе. И как бы я ни спрашивал, он всё юлил и выкручивался, как змей. Знаешь, насторожило это меня. Я испугался даже, что твоей сестры и вовсе тут нет, что она на Земле. Или не дай бог, с ней что-то случилось. Я решил поспрашивать остальных. Мол, кто что видел, кто знает про девчонку? Сделал пару звонков, остальные тоже обзвонили кого могли.
— И? — я привстал с места.
— Как выглядела твоя сестра? — спросил он, серьёзно и мрачно посмотрев на меня.
У меня похолодело внутри. Всё проходило на то, как опрашивают родственников погибших, как вызывают на опознание, откидывают белую простынь с трупа… Ваш мертвец? Не ваш?
Плохо слушающимся языком я произнёс:
— Длинные светлые волосы, светло-зелёные глаза, стройная, невысокая. Рон, она жива? — последнюю фразу я из себя практически выдавил.
— Нет, не думаю… Точнее, я думаю, она наверняка ещё жива, — мрачно сказал он. — Но и то, что я скажу дальше, тебе вряд ли понравится.