Потусторонний. Пенталогия
Шрифт:
Лейла, искусно изображая удивление, приоткрыла рот:
— А может быть это всё связано?
Джамир взбудоражено привстал, уселся на постели, и округлив глаза уставился на Лейлу:
— Даже если так, мы должны молчать. Это не моего, и тем более не твоего ума дело.
Лейла покорно закивала:
— Я молчалива, как камень на дне морском. Ни слова об этом не пророню, мой свет, — клятвено заверила Лейла.
Джамир с недоверием взглянул на неё. Лейла очаровательно улыбнулась, потянулась к нему, всем своим видом демонстрируя, что потеряла к этой теме всякий интерес.
Но Джамир слегка отстранился и взглянул на часы. Время близилось к вечеру.
— Тебе
И снова это неприятное чувство вины. Хотя Лейла всегда говорила об этом совершенно спокойно, без тени ревности или обиды.
— Не знаю, — отмахнулся Джамир. — Отец договаривался с её отцом о встрече. Но скорее всего, мы поедем к ним сегодня вечером.
— Значит, мне лучше уехать вечером?
— Зачем?
— Ну-у, ты уедешь, а я что буду делать одна? К тому же, мне будет здесь тоскливо в четырёх стенах.
— Нет, останься ещё. Ты мне нужна, — попросил он, погладив её косички.
Лейла улыбнулась, сверкнула глазами:
— Во сколько ты говорил, будет церемония?
— В полдень.
— в храме при источнике Рамов, верно?
Джамир кивнул.
— Хорошо, значит, я побуду до завтра, а утром уеду, — усмехнулась Лейла и в этот же миг в дверь постучали.
Лейла резко вскочила с постели, укуталась в одеяло, пряча наготу, и шмыгнула в гардеробную, тихонечко притворив дверь.
Джамир впопыхах накинул халат, заметил одежду Лейлы на полу, маленькую дамскую сумочку и туфли.
Не особо мудрствуя, ногой затолкал её одежду и туфли под кровать, хотел пнуть и сумочку, но та неожиданно открылась, и оттуда высыпались всякие женские мелочи.
Джамир торопливо бросился собирать всё обратно в сумку: косметика, какие-то украшения, маленькая стеклянная баночка с серым порошком. На миг Джамир завис, поднял колбу, рассматривая порошок и не понимая, что это такое.
В дверь снова застучали. Джамир без раздумий засунул баночку с порошком в сумочку и, затолкав всё под кровать, поспешил открыть дверь, где его уже ждал преданный отца, с вестью о том, что пора собираться на встречу с невестой.
Глава 4 или "Ночные розы" Часть 2
Империя, Гиргит, столица клана Бхану, Дворец рода Рам
Мы прилетели с Санджеем во дворец Рамов вечером. Нас расположили в восточном крыле замка. Насколько я уже догадался, здесь поселили всех гостей со стороны невесты. Потому что пока мы шли по коридору, встретили немало знати из нашего клана, а также снующих туда-сюда преданных и рабов в форме Сорахашер.
Не успели мы с Санджеем дойти до наших комнат, которые как раз находились по соседству, как тут же к нам выскочила бабушка Лита. Сначала она бросилась поливать слезами грудь Санджея и причитать, а после завалила меня вопросами об учёбе и успехах в академии. Разговор о минувшей битве с Раваном бабушка осторожно обходила стороной, так же как и избегала разговора о похищении Санджея. Наверняка она и так всё знала, но лишний раз не хотела поднимать эту тему.
Тут же, в коридоре, пока общались с бабушкой литой, успели встретить Мэй, Дану, Зар-Зану и Латифу. Они вылетели из комнаты в конце коридора (кажется, там располагались покои Ашанти) в каком-то растрёпанном радостном состоянии, очевидно, взбудораженные подготовкой к свадьбе. Единственную, кого из Халов мы не увидели, это невесту. Точнее, я видел её мельком, но хватило одного взгляда на бледное, печальное лицо, чтоб понять насколько ей страшно. Жаль было Ашанти, по-человечески жаль. Просто
Помимо Халов здесь были и Ракш, и Ангули, и глава рода Люмб — Даршан, а так же Гард с семьёй. Но на самом деле, не так уж и много здесь было наших, по-видимому, только самые близкие.
Никого из Рамов я так и не увидел, да и не очень-то хотелось. Мне вообще вся эта спешка со свадьбой ради военного союза не очень нравилась, хоть я и понимал, что выбора у Зунара не было. И к тому же он ещё не всё успел рассказать, и я надеялся узнать об это как раз сегодня.
Так как я ни в каких свадебных приготовлениях не участвовал, а Санджей в последнее время вообще избегал общества и всё больше предпочитал одиночество, а единственный компаньон Джамир, с которым я мог скоротать этот вечер, уехал знакомиться с невестой, мне ничего не оставалось, как засесть в своих покоях. Конечно, я ещё собирался поговорить с Зунаром, но Фарид, топтавшийся у его комнаты, сказал, что Зунар занят, и как только освободиться, он передаст, что я его искал.
Я заперся в комнате и набрал номер Карины. Точнее, это был номер Женьки, по которому я звонил и ежедневно узнавал, как у неё дела. И дела у неё шли неплохо, каждый день она хвасталась новыми фразами на ваде и другими успехами. После инициации буквально вчера она открыла чакру жизни. Рассказала, что чувствует себя неважно. Я же её подбодрил, объяснил, что это вскоре пройдёт. Удивительно, что ей удалось открыть чакру жизни самостоятельно, руководствуясь только тем, что рассказывал ей я накануне. Жене бы, конечно, сейчас не помешал хороший урджа-мастер, но привлекать к её тренировкам урджа мы опасались, да и вообще пускать кого-то постороннего к ней пока не стоило.
Поэтому Карина сама, как могла, пыталась обучить Женю основам управления энергией. Но я прекрасно понимал, что едва ли от этого будет толк. Карина тамас, всё, что она знала о потоках шакти — теория, а Женьке нужен учитель-практик, который знает, о чём говорит. Когда это всё успокоится, буду приезжать к ней на выходные и обучать лично, чему смогу.
Говорили мы с Женей недолго, обменялись новостями, она рассказала, чему научилась за день, я рассказал, что приехал на несколько дней в другой клан на свадьбу своей новой сестры. Женьку это, кажется, расстроило, даже намёк о том, что у меня теперь другая семья и сёстры с братьями, пусть и ненастоящие, её огорчала. И здесь даже не ревность, нет. Почему-то Женя решила, что теперь мне не до них, раз у меня новая семья, нет дела. Мне же оставалось надеяться, что это у неё всё из-за открывшейся чакры жизни и от вынужденной изоляции. Возможно, когда я заберу Леру, ей будет не так одиноко, и она перестанет хандрить.
Как только мы закончили разговор, в дверь постучали. Я решил, что, наконец, освободился Зунар и без раздумий распахнул дверь. Но там оказался далеко не Зунар.
С порога на меня налетела Амали, она была чем-то взбудораженной, выглянула, проверяя коридор, а затем торопливо заперла дверь на ключ.
— Что-то случилось? — озадаченно разглядывая её, поинтересовался я.
— Да, — Амали сверкнула глазами, улыбнулась и, резко подавшись вперёд, прильнула ко мне всем телом. Я и подумать ничего не успел, как она жадно впилась своими нежными и горячими губами, протискивая язык в мой рот. Не соображая, что делаю, я ответил на поцелуй, но опомнившись, отпрянул.