Потусторонний. Пенталогия
Шрифт:
— Потому что глупая! Потому что ошиблась! Сейчас я понимаю, что это всё ошибка. Я преданная, меня не готовили в наложницы или няньки. Да, те пару месяцев, что мы провели вместе, может, и были забавными, но теперь!..
Она злобно сверкнула глазами, дёрнулась, будто готовясь в любую секунду наброситься на меня с кулаками. Я себя тоже плохо контролировал.
Сейчас мне хотелось схватить её за шкирку, волоком вытащить из этого поганого особняка, бросить в сурират и отвезти домой. Я был так зол, что ещё немного, ещё одно резкое слово и
И злость вызывала во мне не её ложь. Потому что видел, что она не лгала. Она говорила правду. И эта правда резала как бритва.
— Ты собираешься не от меня отказаться, — сказал я. — Мне плевать, что ты ко мне чувствуешь. Ты хочешь предать своего сына.
Айриса обдала меня холодным взглядом и также холодно проговорила.
— Он не мой сын. Твой. Оставь… Оставьте меня, пожалуйста, в покое, свамен Азиз.
Она вскинула подбородок, скрестила руки на груди, всем своим видом демонстрируя, что всё сказала и разговор окончен.
Как я мог так ошибиться в ней? Я готов был поверить во что угодно, что ей угрожали Люмбы, что с ней поработал гипнотизёр, но у меня никак не укладывалось в голове, что она и вправду такая. Или всё же такая?
Я никогда не любил никого всерьёз. Несколько раз мне даже казалось, что это любовь, но стоило только переспать с такой девушкой, как очень быстро она мне надоедала. Интуитивно я всегда избегал серьёзных отношений. Даже не знаю почему, может быть, потому что мы часто переезжали, и я не хотел ни к кому привязываться, или слишком много вокруг было других прекрасных особ. А может, опасался, что кто-нибудь из них разобьёт мне сердце.
Любил ли я всерьёз Айрису? Наверное, нет, не успел полюбить. Но она особенная, она мать моего нарождённого сына. И она ранила не только моё самолюбие, но и сломала что-то сугубо личное, то, что находится глубоко внутри. Она отказалась от нашего сына. Этого я никогда не пойму и не прощу.
Я резко развернулся на выход. Поскорее хотелось убираться из этого чёртового поместья. Потому что сейчас я не мог ручаться за свои действия.
Данис Люмб недоумённо закричал мне вслед:
— Азиз, но мы ведь не договорились?
Я продолжал уходить. Затем резко остановился у входа, ещё раз взглянув на Айрису. Она всё ещё была на взводе, провожала меня сердитым взглядом.
— Азиз, — растерянно улыбаясь и раскинув руки в стороны, старик Данис зашагал ко мне. — Мы должны решить. Я понимаю, что всё это непросто, но сам видишь, — он кивнул на Айрису, — время идёт, и вскоре мы уже не сможем выдавать этого ребёнка за вашего с Энни.
Энни стояла рядом с матерью и смотрела на меня с такой надеждой и мольбой, как будто бы ответь я сейчас — нет, и её жизнь вмиг оборвётся. Но и решать такое на горячую голову я тоже был не готов.
— Я подумаю, — холодно ответил я, открыл дверь и вышел.
Глубокий вдох. Один, второй, третий. Просто нужно успокоиться.
Я шагал к сурирату, выравнивая дыхание, успокаивая пульс, и пытаясь избавиться
Возможно, идея с Энни не так уж и плоха. Она действительно могла бы стать матерью моему сыну и решить множество проблем. Но вот только Люмбы, не весь род, а именно эта семья с их предателем сыном Надимом, вызывала во мне столько неприятия, что даже по пустяковым делам мне с ними связываться не хотелось, не то чтоб становиться родственниками.
Уже у сурирата я резко остановился. Достал телефон. Мне нужно позвонить Карнавасу. Услышать, что хоть в чём-то из того, что я запланировал, дела идут нормально. Мне нужны хорошие новости. А если не хорошие? Да разве что-то может ещё больше испортить этот день?
К тому же слишком много времени прошло, а от Карнаваса ни вести. Он ведь мог просто позвонить хотя бы раз, и сказать, как продвигаются дела. Но нет. Что ж, значит, позвоню сам, пусть он и просил этого не делать.
Я набрал номер, совершенно не рассчитывая, что телефон будет включён. Но он мало того, что оказался включён, так мне ещё и почти сразу ответили.
— Слушаю. Кто это? — голос показался очень знакомым, с лёгким, но ощутимым акцентом. Вот только это точно был не Карнавас.
— С кем я говорю? — настороженно спросил я.
На той стороне послышался довольный смешок.
— Агила! А мы давно уже ждём твоего звонка! — радостно воскликнули голос.
Меня словно током прошибло. Я его узнал. Не задумываясь, я отключил телефон и в недоумении уставился на экран. Какого чёрта мне ответил профессор Джонсон?
Кажется, я ошибся в том, что этот день не может стать ещё паршивее. И кажется, мне нужно срочно к Меру.
Глава 3 или "Исходная точка"
Телефон зазвонил снова. Я сомневался, стоит ли отвечать. Но всё же ответил. В конце концов, Джонсон может мне дать ответы на главные вопросы.
— Что же ты так сразу бросаешь трубку, Никита? Даже поговорить не захотел, — сказал Джонсон с укором на английском.
Я же ответил на ваде:
— Где Карнавас?
— Это не имеет значения, теперь ты работаешь со мной. Забудь о Карнавасе.
— Он жив? Карнавас жив? — проигнорировал я его ответ.
Джонсон же в ответ проигнорировал мой вопрос. Какое-то время мы молчали, затем я сказал:
— Меня интересует только одно — где моя сестра?
— Она у нас, — мне показалось, что Джонсон обрадовался моему вопросу.
— Где она?
— Ты получишь Валерию, только если будешь сотрудничать с нами. Если научишь нас открывать обратный проход.
Снова старая песня.
— Хорошо, — согласился я.
В голове уже выстраивался план. Вот Джонсон назначает мне встречу, вот я приезжаю, хватаю его за шкирку и выбиваю из него местонахождение Леры. Даже если он будет не один, даже если там будут все земные агенты — им меня не заставить делать то, что я не хочу. И сестру я верну, как бы они ни пытались меня шантажировать.