Потрошители времени
Шрифт:
— Ну, как бы ты ни считал, это все-таки было рискованно, Скитер.
До него дошло, что она пытается благодарить его. Он ощутил, что щеки его горят.
— Слушай, насчет оплаты. У меня есть немного денег…
— Поговорим об этом позже, ладно? Ой-ой… Скитер оглянулся и побледнел.
В дверях стояло его начальство, и вид у него был не самый довольный.
— Это правда? — спросил Чарли Райан.
— Что — правда? — настороженно переспросил Скитер.
— Что ты избил строителя из-за какой-то чертовой уличной девки из Нижнего Времени? А потом принес ее сюда в оплачиваемое мною время?
Скитер стиснул кулаки.
— Да,
— Я тебе плачу не за то, чтобы ты спасал своих дружков из Нижнего Времени, Джексон. Я вел себя по-другому, когда это касалось Йаниры Кассондры, но это уже слишком! И будь я проклят, если буду платить тебе за то, что ты упек работящего профессионала в кутузку!
— Чарли, — сделала попытку вмешаться Рэчел. — У всех на станции неприятности с этими парнями, и тебе это хорошо известно.
— Не лезь в это дело, Рэчел! Джексон, я плачу тебе за то, чтобы ты мыл сортиры. Вот как раз сейчас один сортир на Малой Агоре не вымыт.
— Да вымою я ваш вонючий сортир! — буркнул Скитер. Чарли Райан смерил его взглядом с ног до головы.
— Нет, не вымоешь. Ты уволен, Джексон.
— Чарли… — всполошилась Рэчел.
— Ну его, Рэчел, — махнул рукой Скитер. — Знай я, что работаю на вонючего мракобеса, я бы уволился месяц назад.
Он вышел из лазарета и позволил толпе в Общем зале увлечь его за собой.
Что делать дальше, он представлял себе смутно.
Несколько столетий он бесцельно бродил туда-сюда, сунув руки в карманы, глядя на туристов, осваивающихся в своих театральных нарядах, смеющихся над покупками друг друга и угощавших друг друга дорогими обедами. Интересно, подумал он, задумывается ли хоть кто-нибудь из них, каково смотреть на все это запертым на этом вокзале выходцам из Нижнего Времени?
Он сидел на мраморном бортике фонтана у Вокзала Виктория, в буквальном смысле этого слова повесив голову, когда из толпы вынырнул Кайнан Рис Гойер. Выражение лица его было угрюмее обычного.
— Скитер, у нас неприятности.
Скитер поднял взгляд: что-то в голосе валлийца встревожило его.
— Неприятности? Ох, ну что еще?
— Юлий, — тихо ответил Кайнан. — Он пропал.
Скитер только зажмурился. О нет… Только не хватало, чтобы еще один друг пропал. Подросток из Древнего Рима сколотил детей Найденных в подобие клуба, известного под названием «Банда Потерянных и Найденных». Под ненавязчивым присмотром Йаниры «банда» начала зарабатывать деньги, провожая заблудившихся туристов в свои гостиницы, а также служила глазами и ушами Совета Найденных в тех местах, где появление взрослых возбудило бы подозрения. Именно эти ребятишки позволили Совету довольно много узнать о произрастающих на станции сектах — во всяком случае, куда больше того, чем сумели обнаружить Майк Бенсон или кто-либо из его подчиненных.
— Как давно он пропал? — устало спросил Скитер.
— Не знаем точно, — вздохнул Кайнан. Никто не видел его с… — Валлиец задумался. — Он выполнял какое-то поручение Совета перед теми беспорядками, при которых исчезла Йанира. С тех пор его никто не видел.
— О Боже. Что же творится на этой станции?
Кайнан в сильнейшей досаде стиснул кулаки.
— Я не знаю! Но если узнаю, Скитер, я разорву на части того, кто в этом виноват!
В этом Скитер не сомневался. Да и сам он не прочь был бы помочь.
— Ладно, надо организовывать новые поиски. На этот раз Юлия.
— Его «банда»
— Я хочу, чтобы они подобрались как можно ближе к этим ублюдкам — строителям «Аравийских Ночей». И к этим сектантам Потрошителя. Все уроды на этой станции, у которых может быть повод желать исчезновения Йаниры или сеять здесь смуту, должны быть в списке подозреваемых.
Кайнан кивнул.
— Я переговорю с ребятами. Они злы, Скитер. Злы и напуганы.
— Угу. Я тоже, Кайнан Рис Гойер. Я тоже.
Валлиец медленно кивнул:
— Да. Храбрый мужчина — тот, кто признает, что боится. Только дурак считает себя невидимкой. Совет Семерых созывает внеочередное совещание. Еще одно.
— Ничего удивительного. Когда?
— Через час.
Скитер кивнул. По крайней мере ему не придется бояться потерять работу, сбегая на Совет тайком. Кайнан Рис Гойер все не уходил.
— Я слышал, что случилось, Скитер. С Бергиттой все в порядке?
— Угу. Избита, напугана, но Рэчел говорит, что ничего страшного.
— Хорошо. — Бывший лучник сжал челюсти. — Чарли Райан — свинья. Он нанимает нас потому, что с нами ему не приходится платить… как это называется? Отчислений профсоюзу.
— Угу. Расскажи мне про это.
— Скитер…
Что-то в голосе собеседника заставило его снова поднять взгляд.
— Несчастный случай может произойти со всяким…
— Нет. — Скитер заставил себя подняться на ноги и заглянул валлийскому лучнику в глаза. — Нет, он имел полное право уволить меня. Да и работал я паршиво, почти все время тратил на поиски Йаниры и Маркуса. Я все равно считаю, что он мог бы пересмотреть свои ценности, но ни о каких несчастных случаях и слышать не желаю. Спасибо, конечно, но это была бы пустая трата сил. Такие, как Чарли Райан, вырастают как грибы. Раздави одного, на его месте выскочат пятеро. И потом, если кто и высадит ему зубы, так пусть уж это лучше буду я, идет?
Кайнан Рис Гойер явно готов был поспорить, но передумал.
— Что ж, твое право, — тихо произнес он. — Впрочем, сегодня ты обрел больше, чем потерял.
Скитер не нашелся, что сказать.
— Увидимся на Совете, — тихо сказал валлиец и исчез, оставив его стоять среди гомона Общего зала, гадая, почему вдруг у него так защипало в глазах.
— Я приду, — пообещал Скитер пустому воздуху перед собой.
Сколько еще его друзей растворятся в воздухе, прежде чем эта гадкая история завершится? Что такого видел или слышал Юлий, чтобы его тоже схватили? Ох, попадись тот, кто заварил эту кашу, в руки Скитеру… Уж тогда он точно узнает, что значит нарушить законы монгольского рода Якка. А пока у Скитера пропал еще один друг…
У Скитера было слишком мало друзей, чтобы рисковать потерять еще хоть одного.
Марго возбужденно подалась вперед и тут же отпрянула от омерзения. И тут она разглядела лицо и ахнула, узнав его.
— Джеймс Мейбрик! — вскричала она. — Это же Джеймс Мейбрик! Торговец хлопком из Ливерпуля!
— Ш-ш-ш! — Ученые возмущенно замахали на нее руками, пытаясь расслышать все, что могут сказать убийца и его жертва. Правда, все это записывалось на пленку, включая последние шаги Полли Николз. Марго подавила приступ тошноты, глядя, как Мейбрик провожает свою жертву к воротам, на которых он распнет и зарежет ее. Когда он ударил ее кулаком, Марго спрятала лицо в руках, не в силах смотреть. Хватало и звуков…