Потрошитель мозгов

Мэрфи Уоррен

Да, Спрут наступила на больную мозоль. Она, безусловно, права, подумал Рэд Рекс. Конечно, права. Эти ублюдки в агентстве готовы продать его с потрохами, лишь бы сэкономить пару центов. Избавиться от старины Рекса.

Заставить его гнуть спину за гроши, а телевизионное начальство будет подмигивать и давать обещания, умалчивая о том, что агентство неплохо наварит на других контрактах, которые в ближайшее время будут перезаключены. Ух, грязные подонки! Все верно, и Рэд Рекс прекрасно это знает. Если бы только Ванда Рейдел не была такой сукой.

— Так

вот, дружочек, посылаю к тебе мою правую руку, мистера Гордонса, который привезет договор. Подпиши все, как хороший мальчик, и Ванда тут же заступится за тебя перед телевизионным начальством. И помни о настоящем кино, Рэд. Мы сделаем настоящее кино. Попадешь в Голливуд, станешь важным, знаменитым, у тебя будет власть. Все в твоих руках, дорогой! — Она помолчала. — Целую, обнимаю. И если мой человек тебе понравится, поцелуй его за меня. — Она издала резкий смешок, и автоответчик отключился.

— Грязная шлюха, — прокомментировал Рэд Рекс, приканчивая бокал.

— Нельзя так говорить о своей благодетельнице.

Рэд Рекс по-прежнему сидел, не поворачиваясь.

— Вы и есть мистер Гордон? — спросил он, осторожно ставя бокал на мраморный столик.

— Мое имя мистер Гордонс. Да, это я.

Рэд Рекс небрежно повернулся на диване, стараясь двигаться как можно медленнее, чтобы в любой момент иметь возможность ретироваться.

Выражение нервного ожидания тут же сменилось на его лице улыбкой, стоило ему увидеть стоявшего там человека. Он выглядел немногим за тридцать, светлые волосы образовывали на лбу кудрявую челку в стиле Цезаря.

На нем был желтовато-коричневый замшевый пиджак, летние темно-коричневые брюки и сандалии на босу ногу. Пиджак был распахнут, и на голой груди красовался огромный серебряный кулон с какой-то эмблемой.

Но улыбку вызвал болтающийся у него на поясе ключ. Это был обычный золотой ключик, висевший на цепочке, другим своим концом уходящей в левый карман. Конечно, в наши дни люди носят на себе множество различных вещей, но этот ключик много что сказал Рэду Рексу. В мистере Гордонсе он обрел родственную душу.

По-прежнему улыбаясь, Рэд Рекс поднялся с дивана, рассчитывая ослепить мистера Гордонса великолепием своих зубов. Да, мистер Гордонс оказался симпатичным молодым человеком. И выглядел достаточно мягким. Возможно, знакомство окажется приятным.

— Не хотите ли вышить?

— Я не пью, — сообщил мистер Гордонс, не улыбнувшись в ответ. — Договор, который передала Ванда, со мной.

В правой руке он держал пачку бумаг. Рекс поднял руку, пытаясь его остановить.

— Дружище, у нас еще будет уйма времени, чтобы об этом поговорить. Вы не будете возражать, если я пропущу рюмашку?

— Ваше пристрастие к спиртному меня не касается. — Господи, просто жутко, как кратко и точно он говорит. Такое впечатление, что это робот, пронеслось у Рекса в голове. — Я здесь для того, чтобы вы подписали контракт.

Рэд Рекс улыбнулся про себя. Вряд ли кто заставит его подписать этот контракт. Последний раз его силой заставили что-то сделать несколько лет

назад, когда в его гримерную ворвались какие-то головорезы, устроили погром и вынудили его надписать собственный портрет для какого-то поклонника. В тот момент, когда все это происходило, было страшно, а потом показалось просто глупым. Мафия, которая охотится за автографом? Чушь какая-то! Но тогда Рекс не на шутку испугался.

Он был слишком молод, но теперь никому не удастся его запугать. Ни телестудии, ни Ванде Рейдел, ни мистеру Гордонсу, каким бы симпатичным он ни казался.

Положив в шейкер все необходимые ингредиенты, он сделал себе еще один дайкири и повернулся к мистеру Гордонсу, облокотившись локтем на стойку бара, заложив ногу за ногу и держа стакан в правой руке, подальше от костюма. Глаза его были полузакрыты, на губах играла сладострастная улыбка.

— Надеюсь, нелюбовь к спиртному — ваш единственный порок, — тихо произнес он.

— Послушай, ты, голубой, — начал мистер Гордонс, — моя терпение кончилось. Можешь допить стакан, но после этого ты немедленно подпишешь контакт!..

— Потише, приятель, — перебил Рекс. Ишь ты, голубой! Он не позволит никому так себя называть. По крайней мере, у себя дома. — Я вообще не знаю, что ты здесь делаешь. Я тебя не звал и вышвырну сейчас к чертовой матери. — С этими словами он указал на стену, где висело каратистское кимоно и связка метательных стрелок, применяемых в восточных единоборствах. — Это все принадлежит мне, приятель. У меня черный пояс, так что берегись, иначе я быстро с тобой разделаюсь.

— Это вряд ли, а вот ты точно подпишешь контракт.

— Пошел к черту, — сказал Рэд Рекс. Не стоит так нервничать. Ключик у него на поясе — жалкая фальшивка. И сам он фальшивка, и работает на фальшивку, а Рэд Рекс не привык иметь дело с какими-то фальшивками. Он повернулся к мистеру Гордонсу спиной и сел на высокий стул возле бара, поставив стакан на стойку. Потом взглянул на свое отражение в дверце холодильника и увидел, что мистер Гордонс беззвучно движется у него за спиной.

Ну и пусть. Рэд Рекс не станет оборачиваться. Слишком много чести спорить с этим ничтожеством. Пусть убирается в свой Голливуд и трахается там со своей мерзкой Вандой, на которую работает. Пусть убеждает его, пусть умоляет, но Рэд Рекс будет непреклонен и неумолим, как боги с Олимпа.

Но мистер Гордонс не стал спорить с Рэдом Рексом, а просто протянул руку и взялся за хрустальный бокал. Его тонкая, лишенная волос рука обвила стекло. Отлично. Может, он решил пойти на попятную? Рекс повернулся к мистеру Гордонсу — в уголках рта застыло выражение доброжелательного ожидания, но мистер Гордонс не улыбался н не смотрел на него. Взгляд его сосредоточился на правой руке, которая сжимала бокал.

Крак! Звук испугал Рэда Рекса, и он взглянул на руку мистера Гордонса.

Бокал был раздавлен, желтоватая жижа дайкири вылилась на стойку. Осколки дорогого хрусталя сверкали в разлитом напитке, словно крошечные айсберги в густом желтом океане.