Потоп

Черкасов Дмитрий

Или мы имеем дело с редким исключением?

Возле ворот — точнее, вмонтированная в ворота — караульная будка.

Камера слежения уже елозит туда-сюда, запечатлевая незваного гостя. Не стационарная, подвижная.

Серьезные ребята.

И охранник, поперек себя шире, генералу под стать, уже глядит в его сторону, уже напрягся, готовый дать поворот от кованых ворот. Если понадобится — с применением спецсредств. Какие спецсредства!

Влад дружественно поднял обе руки, в одной из которых

держал всего лишь блокнот.

Он приблизился к будке и осторожно постучал согнутым пальцем в стекло. Черт, до чего же жарко в этих усах, парике и полуботинках…

Охранник, одетый в стандартную форму неустановленного рода войск, приспустил стекло.

— Чего надо? — спросил он не без легкой грубости.

Ну, это профессиональное. Или врожденное. Или посттравматическое, а скорее всего — все вместе. Очевидная же уголовная рожа.

— Добрый день, — елейным голосом поздоровался Рокотов, — Я не ошибся адресом?

И адрес назвал.

— Адрес правильный, а вот что ошиблись — это очень вероятно, — отозвался охранник. — Сюда никого не звали и никого не ждут.

— Очень, очень надеюсь, что нет, не ошибся, — лошадиная улыбка Влада превзошла все разумные размеры. — Мне очень нужно увидеться с господином Боровиковым. С Касьяном Михайловичем.

Охранник зловеще расхохотался:

— Прям-таки с Боровиковым? А вам известно, что к нему приходят по записи? По предварительной договоренности, за месяц? Что существуют приемные дни? Что офис у него, в конце концов, в столице, как и положено, а не в лесу, где господни Боровиков отдыхает?

Влад изобразил на лице жалобное недоумение пополам с огорчением.

— Как же так, — пробормотал он убитым тоном. — Как же мне выполнять мою работу и получать бонус, если меня отсылают к столь важным персонам? Я ведь маленький человек, представитель фирмы, и всего-навсего хочу предложить…

— Что предложить? — перебил его охранник. — У него все есть. А у тебя даже с собой ничего нету, кроме сраного блокнота.

На добром лице Рокотова — очков он, впрочем, не снимал — изобразилась робкая надежда.

— Так этого с собой так вот волоком не таскают, — объяснил он благодушно, надеясь развеять недоразумение. — Об этом лишь договариваются… что ж, считайте, раз такое дело, что я пришел именно записаться на беседу… Вы ведь лицо полномочное? Вы имеете право записывать?

— Хозяина все равно нет, — буркнул охранник. — Переночевал и укатил в Белокаменную. Начальник службы безопасности вас устроит? — Он хитро прищурился.

Коротаев. Ну вот и познакомимся.

Рокотов прижал руки, к груди. Блокнот вспотел.

— Меня устроит любое уполномоченное лицо, — поклялся он. — Я буду счастлив побеседовать с начальником вашей службы.

Бугай-охранник взялся

за рацию.

— Андрей Васильевич, — произнес он учтиво. — Прошу прощения, по тут явился какой-то фирмач и хочет записаться…

До Рокотова донесся недовольный громкий голос:

— Фирмач? Гони его в шею.

— Но он желает записаться на прием…

— Ах, он желает… Сказано — гони.

— Да он прилип, как банный лист, не уходит… Мне самому никак.

— Мать твою так и разэтак, на хрена ты туда посажен? Сейчас подойду, и он все скоренько усвоит.

Дальше Влад разобрал лишь сумбурное бурчание. Охранник отключил связь.

— Сейчас Андрей Васильевич спустится, — сказал он будто бы снисходительно. На лице его одновременно появилось и закрепилось мстительное выражение, готовность насладиться унижением чудака.

Или уничтожением.

Тут уж как карты лягут.

Полностью удовлетворенный, Рокотов принялся ждать.

Минут через пять к будке подошел среднего роста лысоватый мужчина с глубоко посаженными глазами и острыми скулами.

Он не стал отпирать ворота, он вышел к Рокотову через будку.

— Коротаев, — коротко и нехотя представился он. — Кто вы такой? Что вам здесь нужно? Гриша, обыщи его. Хоть это ты способен сделать?

Охранник выскочил следом и привычными жестами-оглаживаниями изучил Рокотова, но ничего страшного не нашел.

Влад всем видом показывал, что эти изучающие оглаживания ему чрезвычайно приятны.

— Так что вам здесь понадобилось? — повторил свой вопрос Коротаев, заложив руки за спину. — Это государственные владения. Вы видели знак?

Коротаев брал его на понт: это явно частное владение. Он был уверен, что чужак не отправится на поиски пропущенного несуществующего знака.

Рокотов решил добавить себе спеси и достоинства.

— Меня зовут Станислав Валентинович, — поклонился он не без грации. — Фамилия — Лошаков. Вот мои документы.

Начальник службы безопасности брезгливо взял документ и изучил его, явно сожалея об отсутствии электронного микроскопа.

— Так, — сказал он в итоге. — Это нас всех очень обрадовало. Мы в телячьем восторге. Мы готовы вас целовать. И что из этого вытекает?

Паспорт он не вернул и держал в руках.

Я представляю уважаемую и известную за рубежом австрийскую фирму. — доверительно признался Влад. Он назвал фирму, которую, в свою очередь, назвал ему генерал Ясеневский.

Такая фирма и вправду существовала. Являлась надежно законспирированным центром российской резидентуры.

— Наша фирма занимается всем — строительством, мебелью, общим благоустройством. Естественно, мы заняты поисками состоятельных и почтенных клиентов, а потому я пришел сюда…