Потому что я хочу навсегда
Шрифт:
— Мишка! — крикнула Гела. — Выходи!
— Выходи, подлый трус! — вторила ей Даря, хищно щуря чёрные, как сама тьма, глаза. — Будем наказывать!
— Отшлёпаете? — Мишка на миг показался в окошке чердака и тут же скрылся.
Народ бросился за ним, спокойным остался только Евгений.
— Вот паршивец! — буркнул Женя и неспешно пошёл за друзьями.
— Ай, ну не все же сразу! Я отбиваться буду! — Михаил пытался спрятаться от праведной мести за какими-то коробками, но друзья всё равно настигали.
Вадим наблюдал за баталиями со
Наконец обстановка разрядилась и полупобитый, полузатисканный Миша смог отдышаться.
— Ну что? Хорошее я вам приключение устроил? — ухмыльнулся он.
Ребята недовольно забурчали, но вынужденны были признать, что интересно всем было точно.
— Как ты из туалета выбрался и свет отключил? — полюбопытствовал Евгений.
— Да и чердак у нас на замке. — заметила Глаша.
— Из туалета через окно. Оно там высоко, но если постараться, то можно. Потом вырубил пробки, подпёр дверь, что бы вы раньше времени свет не включили, и тоже через окно выбрался наружу. По дереву залез на крышу, ну а вскрыть чердак вообще легко было. Гены, знаете ли, не пропьёшь. — Миша весело хмыкнул, хотя в его глазах на миг появилась грусть.
О своей семье Михаил особо не распространялся, но из тех обрывков, что ребята слышали, было ясно, что у его отца были проблемы с законом.
— Ладно, пошлите свет включать и пить чай! — позвала Глафира. — Вы все продрогли.
Ребята через чердак спустились вниз и уже оттуда вышли на улицу.
Миша с обезьяньим проворством забрался по выступающим камням к окну, затем, словно кот, просунул в узкую щель голову, а потом и всё тело. Через мгновение двор озарился светом.
— Волшебство! — запрыгала Марьяна.
— Да будет свет! Ура! — присоединились к ней подруги.
В комнате ребята растащили пледы и уселись греться. Всё-таки октябрьская ночь была промозглой.
Глашка стала возиться с чайником и свежей заваркой.
Ангелина уже почти привычно свернулась калачиком на коленях у Вадима, после приключений тянуло в сон. Девушка то и дело тёрла глаза.
Вадик накрыл Гелу пледом и стал перебирать золотистые кудряшки. С одной стороны, сейчас прекрасный момент что б запустить руки под покрывало и немного пошалить. С любой другой он бы так и поступил. С любой другой, но только не с Ангелиной.
Вадим сам не понемал природу своих чувств. Он и раньше встречался с девушкой, были попытки серьёзных отношений, но все они привлекали его своим умом, умением не выносить мозги и быть максимально удобными. Как только в отношениях начинались проблемы, Вадик спешил их заканчивать. Гелку удобной не назовёшь точно! Вот только почему тянет к ней больше, чем ко всем остальным вместе взятым?
Марья к Евгению возвращаться не стала, вместо этого она плюхнулась на подлокотник кресла к Сашке. Александр, который уже смирился со своей участью, стянул подругу и устроил её на своих коленях. Всё-таки дружеские колени удобнее, чем узкий подлокотник.
Женя на перемену
Мишка уселся на диван, Дариша удобно устроилась у него на плече.
Артём с завистью смотрел на ребят. Особенно он завидовал Михаилу, живая, язвительная красавица-Даря Тёмке очень понравилась.
— А всё-таки нагнал я на вас страху! — не мог успокоиться Мишка. — Признайтесь, перепугались до смерти! Дрожали ведь от страха!
— Да не фига не страшно! — отмахнулся Сашка. — Загадочно — да. Интересно, жутковато. Но ты знаешь, зубами от страха никто не стучал. Попищали немного, но больше от неожиданности.
— И что же тебя пугает? — заинтересовался Михаил. — Прям до дрожи!
— Не знаю. — Сашка задумался. — Явно не привидения, живущие на чердаке. Что-то более реальное, осязаемое.
— Согласна с ним. — кивнула Глаша. — Мы боимся не подкроватного монстра, а того, что этот монстр с нами сделает. Мне было страшно не от загадочных стуков и темноты, а от того, что в моём доме происходит что-то странное, непонятное. Дом перестал быть безопасным. Больше всего мы боимся того, что знаем и понимаем.
— И чего же боишься ты? — спросил Миша.
— Потерять гнездо, корни. Мне очень важна связь с семьёй. Важно знать, что у меня есть дом, где меня любят и ждут. Люди, которые всегда поддержать. От этого я наполняюсь энергией. А ты?
— Не знаю. — Михаил задумался. — Наверное жить не в кайф. Сейчас я живу и получаю от этого удовольствие, если я не хочу чего-то делать, я это просто не делаю. Но я боюсь, что придёт момент и обстоятельства заставят меня жить через силу, делать то, что противно. Наверное это мой самый большой страх.
— А я понял, чего боюсь я. — Сашка наконец смог сформулировать. — Больше всего я боюсь, что кому-то из близких будет нужна моя помощь, а я буду бессилен. И из-за этого произойдёт что-то непоправимое. Гел, а ты?
— Не знаю. — Ангелина задумалась. — У меня нет страхов так таковых. В любой сложной ситуации у меня есть внутренняя уверенность, что всё рано всё закончится хорошо. Ну не могу я всерьез испугаться! Но если предположить…Боюсь скуки. Как сказал Мишка, жить не в кайф. Только я не так категорична. Допустим я могу сделать что-то через силу, потому что надо, но я должна знать, что потом произойдёт что-то весёлое и интересное. — Гела закончила и вопросительно взглянула на Вадима. Тут уж не отвернёшься.
— Беспомощность. — лаконично ответил парень. — Пока ты можешь бороться, есть надежда. Но когда исправить ничего нельзя, ситуация становится действительно страшной.
Ангелина слушала задумавшись.
— Соглашусь с тобой. Наверное тоже больше всего боюсь именно этого. Просто мне и в голову не приходило, что бывают ситуации, когда поделать ничего нельзя.
— А я боюсь духоты. — призналась Дарина. — Но не в прямом смысле. Боюсь застоя. Пока каждый день я иду вперёд, узнаю что-то новое, движусь к своей цели — я жива. Но когда стоишь на месте, это существование.