Потому что ночь

Скотт Кайли

— Нет. По крайней мере, не в таких масштабах, — отвечает Генри. — К новому столетию наша численность достаточно снизилась, чтобы все могли расслабиться. Но, судя по полученным мною отчетам, мир там все еще не такой уютный, как раньше, отец.

— Нам следовало поговорить об этом раньше, — укоряет Лукас.

Генри откидывается на спинку сидения рояля.

— Я только что вернул тебя. Прости меня, если я хотел несколько ночей повеселиться, прежде чем подробно рассказать о том, как мир превратился в дерьмо, пока ты спал.

Лукас опирается рукой на спинку шезлонга

и возится с кончиком моего хвоста. Подхватывает прядь волос и наматывает ее на палец. Такое поведение, по меньшей мере, странно. Мы не трогательные друзья. Мы даже не друзья. Хотя, похоже, это серьезный разговор, который лучше не прерывать. Поэтому я слежу за его движениями, но держу рот на замке. Однако мой ботинок нервно сдвигается к персидскому ковру у моих ног. Сегодня вечером мое тело хочет двигаться; сидеть на месте — отстой. Я как неугомонный ребенок.

— Почему ты здесь, Сэмюель? — спрашивает Лукас. — Что тебе нужно?

— Ты должен занять место Арчи, — отвечает он. — В любом другом случае совет будет выглядеть слабым и оставит их открытыми для противостояния. Ты вынудишь их действовать против тебя. Как ты понимаешь, законы были встречены с прохладой. Совет уже публично заявил о своем намерении смягчить их, а также сократить присутствие охранников членов совета на улицах. Но Лев был замечен в Сиэтле. Мы знаем, что его семья не очень хорошо восприняла его неудачу здесь. А беспорядок, который сейчас царит на твоей территории, может понравиться любому, кто ищет место, чтобы создать неприятности.

— Дом на озере Комо прекрасен в это время года, — говорит Генри. — Или пентхаус в Копенгагене. К черту. Даже старый замок со сквозняками в Шотландии был бы терпим, учитывая обстоятельства. На всякий случай, если кому-то интересно, о чем я думал.

— Дело в том, что тебя не было здесь, чтобы помочь разобраться с этим дерьмом, когда нам чертовски нужна была помощь, Лукас, — говорит Сэмюель грубым тоном. — Если ты собираешься остаться в этом городе, ты должен сделать шаг навстречу. Мы не хотим еще одной резни. Но, если Лев снова начнет устраивать хаос, у нас может не остаться выбора.

— Что произошло с семьей Арчи, после его смерти? — спрашивает Лукас, меняя тему.

— Некоторые скрываются. Некоторые присоединились к другим семьям, — сообщает Сэмюель. — Но даже после того, как его семья уменьшилась, один из охранников Арчи, Джошуа, предпринимает шаги. Ходят слухи, что он был семейным убийцей, но нам трудно это подтвердить. Я считаю это маловероятным, поскольку мои источники подтвердили, что именно он заказал убийство тебя прошлой ночью возле того клуба.

— Почему бы ему не сделать это самому, если он действительно убийца? — спрашивает Лукас.

— Я тоже об этом подумал.

— Погоди. Кто-то по имени Джошуа пытался нас убить? — резко спрашивает Генри. — Ты серьезно?

Сэмюель пожимает плечами.

— О, его голова, блядь, моя. Черта с два Джошуа будет платить людям, чтобы те стреляли в нас.

Лукас поднимает руку, призывая к молчанию. Ту, которая не занята игрой с моими волосами. Он делает небольшую паузу, прежде чем

сказать:

— Я не помню, чтобы кто-то с таким именем был особенно близок к Арчи. Он был назначенным наследником? Унаследовал ли он семейные деньги?

— Нет. Это и есть самое интересное. — Улыбка Сэмюеля медленная и какая-то злая. — Арчи держал свой кошелек в узде, а свое богатство хорошо скрывал. В случае его печальной кончины все это должно было достаться его любимчику. Но вы уже убрали Кристоса. Джошуа понадобится время, чтобы выяснить, как именно Арчи распорядился всем этим.

— А пока у Джошуа нет никаких собственных средств. Ему всего чуть больше века, и, судя по сообщениям, он не очень-то разбирается в финансах. Он также сделал предложение одному из недовольных членов охраны Хавьера. Тот, кто открыто заявлял о своей неприязни к совету. Джошуа предложил ему серьезные деньги за голову его сына.

— Откуда мы это знаем?

— Хавьер нанял хакера.

— Это человек, который может взламывать компьютерные системы, — объясняет Генри. — Перехватывать электронную почту, сообщения и так далее.

— Кто-то финансирует Джошуа? — спрашивает Лукас. — И если да, то кто?

— Вот в чем вопрос, — говорит Сэмюель. — Но он залег на дно, и я не могу его найти. Я даже не смог найти стрелка, которого они использовали во вчерашнем нападении. Скажу, что такого уровня организации и секретности я не ожидал. Пока мы не выясним, поддерживает ли его кто-то влиятельный, мы понятия не имеем, будут ли продолжаться покушения на вашу семью и насколько серьезными они будут.

Генри вздыхает и играет несколько низких, дрожащих нот.

— Тебе придется послать за ними, отец.

— Я уже послал. — Лицо Лукаса безучастно. — Хорошо, Сэмюель. Пожалуйста, передай совету, что я согласен занять это место.

Глава 8

Мы втроем провожаем Сэмюеля к ожидающему его лимузину. Затем Генри кивает Лукасу и уезжает в ночь. Похоже, он снова рыщет по окрестностям в поисках врагов. У меня на самом деле есть враги. Вроде того. Как странно. Не думала, что у меня когда-нибудь возникнет такая проблема, но вот, пожалуйста. Хорошо быть на ночном воздухе. Здесь так много запахов, видов и звуков. Во мне бушует нервная энергия. По крайней мере, похоть и голод пока успокоились. Или нет?

— За кем ты послал? — спрашиваю я, как только мы остаемся одни.

На высоком лбу Лукаса пролегли морщины. Это ферма морщин. Однако он по-прежнему красив как грех. Дело не только в острых углах его лица. В его глазах есть что-то проникновенное и мрачное. Как будто он слишком часто за свою долгую жизнь заглядывал в бездну.

— Скоро увидишь.

Так и хочется влепить ему пощечину от досады. Но я этого не делаю, так что бонусные очки мне обеспечены.

— Почему ты все же решил занять место в совете?