Потому что люблю
Шрифт:
Но тогда и родной матери с ней рядом не будет... Выходит, история повторяется? — подумала Джо. Неужели ее мать испытывала те же чувства, что терзали ее сейчас? Сердце защемило от тоски — должно быть, та немало страдала, а Джо всегда считала мать эгоистичной и жестокой. Оказывается, порой обстоятельства заставляют женщину отдавать ребенка — разве можно допустить, чтобы дитя видело несчастья своей матери?
Джо подошла к кроватке, обычной деревянной кроватке, которую Кэтрин прислала в тот же день, когда была отвергнута пышная, похожая на торт, колыбель. Клэр спала,
Затем она вернулась в свою комнату и присела к туалетному столику, уронив голову на руки. Как быть? Невозможно оставаться в этом доме и мучиться от безответной любви. И невозможно оставить Клэр. Но и взять ее с собой тоже нельзя. Значит, все же придется оставить... Но Джо знала: раз уж она уйдет, то не вернется, не сможет вернуться даже ради того, чтобы повидаться с девочкой, — тогда будет куда труднее уйти от нее опять!
Поймет ли ее когда-нибудь Клэр? Простит ли? Надо бы написать письмо, а потом, когда Клэр вырастет, Дэвид отдаст ей послание матери. Если только захочет...
Джо порылась в ящиках, нашла блокнот и ручку и стала писать:
«Моя любимая Клэр! Я надеюсь, что ты прочтешь эти строки, когда станешь уже взрослой и сможешь простить меня за это...»
Слеза, скатившаяся по щеке, упала на письмо, буквы расплылись. Джо смяла листок, взяла другой и начала писать заново:
«Моя дорогая крошка! Ты должна знать, что я очень люблю тебя и всегда буду любить. Мне так трудно оставить тебя, сердце мое разрывается на части, но я считаю, что так будет лучше для тебя...»
Джо перечитала написанное и недовольно поморщилась: слишком пронизано жалостью к самой себе. Не пойдет. Она уставилась на чистую страницу и, нервно кусая конец ручки, думала, как же ей объяснить той, будущей и незнакомой Клэр, почему ее мать приняла столь страшное решение — бросить младенца и уехать...
Она израсходовала полблокнота, завалила стол комками бумаги, но так и не смогла найти нужные слова, не сумела объяснить свой, пока предполагаемый, поступок. Внизу раздался звонок. Да это же Кэтрин! Она обычно приходила в это время выпить чаю, повидаться с внучкой... А Джо обо всем на свете позабыла.
Она сгребла бумагу в кучу, которую засунула в ящик комода. Вечером надо попробовать снова, раз сейчас ничего не получилось. Да и следует побыть с Кэтрин... Джо причесалась, зашла в детскую, взяла на руки проснувшуюся Клэр и поспешила вниз.
Мать Дэвида уже шла им навстречу, за ней с важным видом шествовал Саймон, нагруженный пакетами, на которых красовались золотые эмблемы самого дорогого магазина в Монреале.
— А вот и мой ангелочек! — защебетала она, протягивая руки к внучке. — Прелесть моя, куколка! Ну, улыбнись своей бабушке. Что это ты сегодня такая серьезная?
— Ей, кажется, надо сменить штанишки, — заметила Джо. — Она только что проснулась.
— Ах, боже мой, какая неприятность, — рассмеялась Кэтрин,
— Конечно, — ответила та, вымученно улыбаясь. — Учтите, там может оказаться большой сюрприз.
— А что нам до этого, правда, моя драгоценная? Подумаешь, грязный подгузник. — Кэтрин поцеловала внучку в носик. Потом взглянула на Джо и нахмурилась: — Ты что-то бледная... Плохо себя чувствуешь?
— Ну, я... я просто немного устала, — запинаясь, ответила она. — У нас с Клэр выдалась беспокойная ночь. Кажется, у нее режутся зубки.
— Бедняжка! — искренне посочувствовала Кэтрин. — Слушай, а может, ты вздремнешь, а? Пару часиков поспи, а я присмотрю за малышкой. Не волнуйся, все будет хорошо.
— Вам нетрудно? — спросила Джо, обрадовавшись неожиданной возможности побыть одной и обдумать все еще раз.
— Что ты? Какие трудности! — заверила ее та. — С удовольствием займусь внученькой. Пойду сейчас переодену ее, а потом мы с ней отправимся гулять. Такой чудесный солнечный день! А ты отдохни хорошенько, увидимся за чаем.
— Ладно... Только вы, пожалуйста, посидите с Клэр в тенечке, — предупредила Джо и, увидев, что Кэтрин удивленно на нее смотрит, сообразила, что давать указания этой бабушке не нужно. — Извините, вы все знаете лучше меня. Я так... В общем, спасибо. Пожалуй, я, правда, прилягу.
Кэтрин пошла в ванную переодевать свою любимицу, горничная побежала в детскую за вещами для Клэр, а Джо отправилась в свою комнату. Она не легла, а села у окна. Вскоре в саду появилась бабушка с внучкой на руках. Саймон принес плед и расстелил его на земле в тени раскидистого клена.
Джо наблюдала за тем, как мать Дэвида играет с малышкой, слышала заливистый смех своей Клэр, и сердце у нее щемило. Как она может лишить Кэтрин внучки? Как может оставить девочку без бабушки — такой любящей, заботливой? Нет, это будет несправедливо!
Голова у нее раскалывалась, даже в висках стучало, напряжение было таким, что все тело ломило. Какое там прилечь! Все, что ей было сейчас необходимо, — это прогуляться по парку. Она не была там с того дня, как встретила репортеров.
Джо уже направилась к двери, как вспомнила, что нужно уничтожить все черновики письма, которые она впопыхах засунула в ящик с бельем. Вдруг горничной вздумается наводить там порядок?
Джо бросилась к комоду, вынула листки, порвала их на мелкие кусочки и засунула весь этот мусор к себе в сумочку, намереваясь выбросить по дороге. Потом тихонько вышла из комнаты, спустилась на цыпочках в холл и выскользнула за дверь.
10
Уже стало темнеть, когда Джо обнаружила, что заблудилась. Она, очевидно, прошла через парк, вышла на неизвестную ей улицу и побрела по ней, погруженная в свои мысли. Когда она очнулась от размышлений, то поняла, что не представляет, где находится.