Потомство для зверя

Шейд Сигги

Кожаные ножны вдавливаются в его плоть, заставляя замереть.

— Ты мертв, — говорю я.

Ухмылка Лу исчезает, а его губы раздвигаются в подобии изумления. Я провожу лезвием по его горлу, представляя себе каскад крови.

— Хорошо, — он отпускает мое запястье и убирает пальцы с моего клитора, оставляя за собой ноющую боль. — Ты выиграла.

— Что ты делаешь? — вскрикиваю я.

—

Видимо, остаюсь с синими яйцами, — бормочет он.

Я отбрасываю нож в сторону и хватаюсь за переднюю часть его рубашки.

— О, нет, не-а. Ты не можешь опять меня раззадорить и уйти.

Он замолкает на несколько ударов сердца, вероятно, размышляя, когда же он успел совершить подобный поступок. Это была наша первая встреча, когда он перенес меня в комнату наверху и сказал, что пора «размножаться». Он так страстно вылизывал меня, заставлял умолять его о члене, а потом ушел, не сказав ни слова.

Его губы сжимаются.

— Это был мудацкий поступок. Не следовало уходить.

— Почему ты ушел? — спрашиваю я.

— Ты выглядела испуганной и смотрела на меня, как на чудовище, — говорит он. — Хотел показать тебе, что я не такой уж и отвратительный.

— Что? — шиплю я.

Он дергает головой в сторону.

— Лу, — огрызаюсь я.

Его голова дергается.

— Я думала, что ты огромный, пугающий, вспыльчивый и загадочный, — говорю я. —Женщина в аукционном доме сказала мне, что у тебя прозвище «Зверь» и ты самый жестокий член ирландской мафии, так что я, конечно, испугалась. А когда я увидела этот массивный член, запаниковала.

— Массивный? — спрашивает он с ухмылкой.

— Сосредоточься, Лу, — говорю я. — Ты совсем не такой, как я думала. Ты умный, сильный, верный и добрый. И мне очень нравится, как ты выглядишь. С тобой я чувствую себя одичавшей.

— Одичавшей? — говорит он соблазнительно низким голосом.

— Но самое главное, я никогда – ни тогда, ни сейчас - не считала тебя отталкивающим, чудовищным или каким-то неприятным. А теперь, пожалуйста, прижми меня к грязи и трахай до тех пор, пока я не забуду свое имя.

Глава 33

Лу двигается ближе, его руки лежат по обе стороны от моей головы, а затем он прижимается к моим губам. Поцелуй мягче и нежнее, чем я ожидала, учитывая обстоятельства, но я дрожу от его прикосновения.

Он проводит языком по моей нижней губе, отчего по коже пробегают мурашки. Я раздвигаю

губы, чтобы впустить его в себя, и наши языки сливаются в медленном, чувственном танце.

Я обхватываю его за шею, притягивая к себе, и поцелуй становится еще глубже. Тепло разливается по моим венам, и я выгибаюсь дугой навстречу его огромному телу, желая большего, нуждаясь в этом. Его руки обжигающе скользят по моим бедрам, которые лижут мою кожу восхитительным жаром.

Лу хватает меня за бедра, раздвигает ягодицы и располагается своей эрекцией между них. Я стону от его твердости, беззвучно призывая поторопиться.

Он отстраняется и осыпает мою шею поцелуями.

— Я и раньше считал тебя красивой, — шепчет он мне в горло. — Но, не имея возможности видеть тебя, я понял, как много красоты исходит изнутри.

У меня перехватывает дыхание. Никто никогда не делал комплиментов моей личности. Не в таком смысле. Меня называли жесткой, решительной, добросовестной, хорошей работницей, но никто никогда не говорил, что у меня есть внутренняя красота.

— Правда? — шепчу я, отчаянно желая большего.

— Ты самая сильная женщина из всех, кого я знаю, — говорит он. — Ты храбрая, но еще ты любящая и добрая. Чем больше времени я провожу с тобой, тем больше восхищаюсь.

Мое сердце трепещет, а на глазах появляются слезы. Сайлас считал мою силу раздражающей, а Лу - предметом восхищения. Кто бы мог подумать, что слова так сильно повлияют на мои эмоции?

— Раз уж ты выиграла нашу маленькую игру, то выбирай, как хочешь, — говорит Лу. —Грубо или нежно?

— А разве я не могу получить и то, и другое?

Он отодвигается назад с такой пронзительной ухмылкой, что у меня сводит живот.

— Что ты задумал? — шепчу я.

Лу хватает вырез моего платья и рвет его. Ткань разрывается с громким треском. Воздух затихает, будто живые изгороди стали гуще.

Я замираю, сердце колотится.

Похоже, сейчас мне придется несладко.

Огромная рука Лу сжимает мое горло. Хватка крепкая, но не жесткая, а размер и сила его пальцев вызывают во мне всплеск сладкого ужаса.

Это как катание на американских горках или просмотр фильма ужасов, не выходя из дома. По коже бегут мурашки, но разум знает, что я в безопасности.

Я так крепко вцепилась в его плечи, что, кажется, мои ногти прорвали ткань его рубашки. Мои бедра покачиваются взад-вперед на его длине, создавая восхитительные искры. На нем слишком много одежды. Дергаю за воротник, но его пальцы на моей шее сжимаются с предупреждением.

— Будь хорошей девочкой и потерпи, — рычит он.