Потомок Хранителя
Шрифт:
Маленький отряд казался ничтожным средь этого бессмертного легиона. Хару в страхе отступил назад, не в силах что — либо сделать. Интуиция подсказывала, что простые заклинания здесь бессильны, и лишь чудо может спасти их всех. Тем временем, озлобленный голос духа продолжал подстрекать толпу призраков к кровавой расправе.
— Сколько столетий мы ждали! И теперь, наконец, судьба к нам благосклонна! Наконец, она послала к нам светлых ведьмаков, дабы избавить нас от ужасных страданий! Убьем же их и получим свою свободу!
Толпа призраков согласно взвыла и ринулась на друзей, сжимая кольцо.
В единогласном вое мертвецов послышался привычно невозмутимый голос Морана:
—
Друзей не пришлось упрашивать дважды. Поняв, что им не уйти через портал, герои бросились прочь из пещеры, стремясь отступить через выход из Горы Смерти. За ними по пятам ринулись полчища разъяренных призраков, движимых лишь одним желанием — убить и, наконец, обрести свободу. Беглецам то и дело преграждали путь духи, вырывавшиеся перед ними прямо из стен, но Селене и Хару пока еще удавалось отбиваться, смывая врагов с пути заклинанием очистительного света. Приходилось оперировать всей своей силой и ловкостью, чтобы опережать быстро приближающуюся лавину. Отступать же было некуда. Свободным оставался единственный центральный проход. Позади летела многотысячная армия мертвецов, и даже сама Гора, склонившись перед ее могуществом, притупила сияние кристаллов. Приходилось бежать в полутьме, не разбирая дороги, но оступиться было нельзя. Это означало бы верную смерть.
Призраки единым бледным ковром неслись вперед, с каждым мгновением все больше настигая беглецов. Все ходы и тоннели наполнились победоносным воем преследователей. Они знали — беглецам не уйти от их кары. Ситуация оборачивалась настоящим бедствием, но даже в этой суматохе Моран не терял свою рассудительность.
На бегу он крикнул Селене:
— Слушай меня! Когда я скажу, разворачивайся и ставь защитный световой блок такой силы, какой только сможешь! Ведьмаки! Попробуйте объединить световой щит с вашим огнем!
Спорить и препираться не было ни времени, ни сил. Селена сдержанно кивнула, полагаясь на план друга. Ведьмаки переместились в тыл эльфийки, создав подобие оборонительного построения.
— Сейчас! — вскричал Моран, выждав нужный момент.
Эльфийка моментально остановилась, стараясь не думать о тех ужасах, что ожидали ее за спиной. Она развернулась навстречу смертельной лавине и, раскинув руки для создания защитной формы, стала читать слова заклинания. На миг все остановилось, затерялось в пространстве, вся жизнь кругом будто свернулась, управляемая магическими силами Селены. С ее губ слетали прекрасные звуки эльфийской речи, казавшейся звоном отточенной стали. Они несли с собой всесокрушающую волну непреступного как цитадель света.
Хару, Ирен и Адер выступили бок о бок с Селеной, укрепляя ее магию своей.
Острые, схожие с длинными кинжалами, сияющие лучи в объятьях огненного шторма безжалостно кромсали воздух, оттесняя лавину нежити.
Опасность схлынула, но лишь на несколько мгновений.
Не останавливаясь на отдых и продолжая бежать вперед, Селена вновь выстроилась во главе отряда, смывая духов очистительным светом. Трое ведьмаков, силясь помочь ей, встали в тылу отряда на его защиту. Их магия поддержки была далеко не так эффективна, но, сплотив вместе усилия, они еще держались. Озлобленные духи отступили, сдавшись настойчивости противника, и вскоре путь был окончательно свободен. Путники бросились вперед, чувствуя приближение спасительного выхода, как вдруг Моран резко остановился, подняв в воздух тучу кристальной пыли.
— В чем дело?! — раздраженно выкрикнула Селена, с трудом удерживая себя на месте, чтобы обернуться к Морану.
Воин поднял руку, призывая всех к спокойствию.
— Разве вы не заметили, что они все исчезли? — сказал он слегка хриплым от долгого
— Ну, так чего же мы ждем?! — вскричал Адер. — Скорее к выходу!
— Постойте, — потребовал Гром, — Моран прав, здесь какая — то ловушка…
Друзья настороженно прислушались. Легкий тихий шепот проносился вдоль стен подобно ветерку. Тоннель Горы Смерти медленно наполнялся низким перешептыванием, то затихавшим, то вновь возрождавшимся уже с новой силой. Ни один призрак больше не выдавал себя. Казалось, это было затишьем перед ужасной бурей. Друзья встали полукругом, со страхом вглядываясь в наползающий со всех сторон мрак.
— Что бы это ни было, — проговорил Гром, — нужно держаться вместе. Не отступайте друг от друга ни на шаг!
Все дружно закивали, высказывая дрожащим голосом, слова одобрения.
По стенам тоннеля прокатился волнами легкий неразборчивый гомон, словно нечто невидимое собиралось с силами. Тут воздух в тоннеле задрожал, растворяясь в прозрачных телах, вмиг заполнивших пустоту вокруг спутников. Теперь войско духов рассредоточилось, загородив собой проход с обеих сторон и заточив друзей в безвыходную западню. С ядовитым шипением мертвецы надвигались на своих жертв, смакуя предвкушения скорой расплаты. Даже обереги Селены теперь были бессильны. Врагов было слишком много. Она решительно встала впереди отряда, распластав руки, готовая защищать друзей до конца. Ее ясный, теперь уже не затуманенный страхом взор, был устремлен в гущу некогда живых существ. Их жалкое существование продолжалось лишь благодаря слепым чувствам подсознания, оставшимся после смерти тела.
Хару, прижавшись к спинам Адера и Ирен, с отчаянной злобой смотрел в лицо смерти, готовясь дорого отдать свою жизнь. У него в голове все смешалось. Он никак не мог поверить в то, что все может кончиться вот так нелепо. Неужели, преодолев столько злоключений, им предстоит погибнуть от лап призраков? От этой мысли в груди ведьмака неожиданно зародился клок необъяснимой рокочущей злобы. Он подступал к горлу, давя и разъедая страх, туманя сознание, придавая Хару чудовищных сил, уже, казалось, лившихся через край. Исчезли последние следы страха, лишь свирепая ярость заливала ему душу, овладевала всем телом, взывая к спящим древним силам волшебного рода ведьмаков.
Хару овладела бешеная мощь, завывавшая внутри беззвучным требованием освобождения. Юноша почувствовал, как заклокотали голосовые связки, издавая низкое, полное злобы рычание. Неистовая сила хлестала и буйствовала в сосудах и жилах, подобно бурному ревевшему морю, штурмующему прибрежные скалы. Никогда еще Хару не ощущал себя сильнее! Он отстранил Селену со своего пути и вышел прямо навстречу бессмертному воинству.
— Вы хотели пролить кровь ведьмака?! — вызывающе крикнул он. — Ну, так рискните!
Хару казалось, что он был теперь сильнее всего мира, и даже сам Аскарон не смог бы сейчас противостоять ему. Глаза колдуна налились кровью от напряжения, благодаря которому он еще сдерживал необъятную силу внутри себя. И в тот момент, когда призраки ринулись вперед быстрее, спеша завершить облаву, Хару отпустил всю мощь энергии, скопившейся в нем.
Казалось, время остановилось. Волшебные кристаллы померкли, будто не в силах больше сдерживать тьму. Теперь и Хару стал частью теней. Его глаза горели разрушительным пламенем, в висках стучала кровь, а воздух кругом напряженно трещал и гудел, как перед бурей. От земли поднялся вихрь, вздымая камни и закручивая в причудливом танце кристальную пыль. Стены тоннеля разразились оглушающим грохотом. Где — то в глубинах проходов начинался обвал, закрывая на веки путь к сердцу Горы.