Потоки времени
Шрифт:
Под куполом воздушного замка подобно маятнику висел огромный трон, озаренный сиянием, льющимся из окон. Сам трон был задрапирован красной парчой, а спинка инкрустирована жемчужинами. Он мог вращаться вокруг своей оси и таким образом обеспечивал свободное обозрение каждого оконного стекла. Такое расположение трона преследовало и политические цели – все просители были вынуждены парить в воздухе и снизу вытягивать шею к тому, кто сидел на троне. Но Великая Серра не занимала больше этот трон.
Сейчас на ее месте сидела простой ангел – Радиант. Она имела недовольный, даже страдальческий вид, как будто подверглась вечному наказанию. Казалось, бесчисленные изображения, сияющие из окон, утомили ее. Непрерывная
– А, Урза Мироходец, вернулся наконец на место преступления?
– Приветствую вас, леди Радиант, – сдержанно произнес Урза, поклонившись. – В некотором смысле – да, вернулся. Но я пришел ради заключения союза. Я возвратился, чтобы спасти вас от ваших врагов.
– Тех, которых привели сюда вы, – уточнила Радиант. – Врагов вроде вашей супруги Ксанчи.
– Ксанча была другом, а не супругой, – спокойно поправил Урза, – и она ни в чем не виновата. Не она привела сюда фирексийцев. Это сделал я. Они преследовали меня.
– Они преследовали вас, а погубили нас, – проговорила Радиант. – Однажды нам удалось выгнать их, но они никогда не оставят нас в покое.
Урза понимающе кивнул:
– Да. Зловоние Фирексии витает в воздухе. Я почувствовал это сразу, как только прибыл сюда. Не скажу, чтобы запах был слишком сильным, но он повсюду. Он в воздухе, в ветре, в крыльях ангелов, даже в нижнем дворце. Только здесь, в этом воздушном замке, я не чувствую зловония.
Голос леди Радиант стал строже:
– Требуется большое количество заклинаний, чтобы поддерживать здешний воздух чистым.
– Но вы не сможете очистить все царство. Вам никогда не удастся восстановить его былое великолепие. С фирексийцами или без них, все искусственные планеты в свое время разрушаются. Эта планета не исключение. Но я предлагаю вам спасение. Я перенесу вас и всех ваших людей в другое место и дам вам новый дом на Доминарии, который будет таким же красивым и величественным, как этот. И он будет вашим. Все, что от вас нужно, – вступить с нами в союз и бороться против Фирексии на нашей стороне. Не оплакивайте царство и не отчаивайтесь из-за предвидения Серры. Как только эта планета опустеет, она станет частью нашего величайшего оружия. Она сможет зарядить силовой камень в центре воздушного корабля, который защитит наш мир.
– Наш мир, – проговорила Сияющая Радиант. Ее глаза загорелись злобой. – Доминария – не наш мир, а ваш. А все это, – она простерла руки, – наш мир. И он рушится из-за злодеев, которых вы привели за собой. Я сражаюсь против этих злодеев. Как смеете вы с такой легкостью, с такой наглостью предлагать нам отказаться от нашего мира? Вы отказались бы от своего? Ваше знаменитое
– Простите меня, Леди, – кланяясь, произнес Урза, чувствуя, что переборщил. – Во мне осталось еще много высокомерия. Я не понял, как вы преданы этой борьбе, хотя должен был. Я только что закончил свою собственную войну против Фирексии. Они могут скрываться где угодно, маскироваться под кого угодно, возможно, они даже могут принять вид ангелов. Нет более коварного противника, чем фирексийцы. Простите меня за мое предложение. В знак своего расположения я хотел бы поделиться с вами технологиями, которые я разработал, и заклинаниями, которые изобрел мой мастер магии. Все они отлично зарекомендовали себя в войне по уничтожению фирексийцев. Если вы не хотите объединиться со мной на Доминарии, позвольте мне, по крайней мере, быть вашим союзником здесь. Я готов снабдить вас моими механизмами и заклинаниями, чтобы помочь в вашей благородной миссии, в вашей личной войне.
Урза почувствовал, что увлекся в своем желании загладить случившееся. Еще никогда он не был столь великодушен и красноречив.
– Это точно, – сказал новый голос, раздавшийся позади Урзы. Он обернулся и увидел высокого худощавого человека с черной козлиной бородкой и глазами желтыми и прозрачными, словно дольки лимона. – Это личная война.
– Позвольте мне представить моего военного министра, Горига, – по-королевски проговорила Радиант.
Человек с козлиной бородкой слегка поклонился, не отводя мрачного взгляда от Мироходца. В его поведении чувствовались некоторые странности.
– Как вы можете видеть, я владею мана-волшебством. К тому же я способный военачальник. Война ведется под полным нашим контролем, и она личная.
– Я знаю, что ни одна война не может находиться под полным контролем, – слегка улыбаясь, возразил Урза.
Леди Радиант не произнесла ни слова, внезапно закрыв глаза. Ее лицо выражало странную торжественную напряженность.
– Как только мы узнали о вашем возвращении, Урза, мы думали, что вы явились к нам с намерениями не столь благородными. Вы должны извинить нас за это. Мы были настолько удивлены вашим предложением мира…
– Перед вами стоит новый человек, совсем не тот, что был прежде, – осмелился перебить Урза.
– Да, – согласилась Сияющая Радиант более непринужденным тоном. – Прежде чем вы вовлечете свои армии в предстоящий конфликт, возможно, вы дадите согласие сопровождать нас в нашей следующей военной операции. Мы хотели бы повнимательнее рассмотреть ваши предложения и оценить на практике новые методы ведения боя. Следующее наступление наших военных сил планируется через несколько недель. До этого мы предлагаем вам остаться у нас и отметить наше неожиданное единение. Когда мы начнем сражаться в рамках нашего союза, как мы договорились, что называется, бок о бок, мы поймем, насколько этот союз полезен нам обоим.
Урза кивнул.
– Это разумное предложение. – Он низко поклонился. – Я с благодарностью принимаю ваше приглашение.
По мановению руки Радиант рой архангелов и ангелов растворился в воздухе. Остались трое: Мироходец, правительница Царства Серры и темнобородый человек – Гориг.
В шумном отделении шиванской мана-установки Джойра и Карн смотрели через стеклянный люк в стене кристаллической матричной комнаты на создаваемый силовой камень. Скрытые под полом магматические двигатели подавали теплую энергию в сконцентрированный луч рубинового света. Направляясь через серию оптических трубок, отражаясь от серебристых ровных установленных под нужным углом зеркал, он переходил в матричную комнату. Там луч рассеивался большой линзой и вновь разбивался на четыре полоски света, рисуя пересекающимися линиями эскиз силового камня для воздушного корабля в натуральную величину.