Поток жизни. Том 1

Фелинидский комиссар

– Разумеется, ведь ты потратила его для того чтобы увидеть самого прекрасного парня на этом свете, который расскажет тебе как именно нужно нагибать Шинру.

– О-о-о? Ну тогда может уже перейдешь от самовосхвалений к, собственно, рассказу?

– Ну еще чуть-чуть? — я показал пальцами девушке размер этого самого «чуть».

– Если только совсем немножко, — милостиво разрешила она.

– Но сначала мы перейдем в наше убежище, не хватало еще чтобы нас кто-то услышал, — в наш разговор

вмешалась Тифа.

Мы спустились по лифту в помещение, напоминающее старое, но поддерживаемое в некотором порядке бомбоубежище — серые стены, покрытые начавшей трескаться штукатуркой, легкий запах плесени идущий от канализационных труб, несколько древних компьютеров, монитор во всю стену и стол на половину комнаты в центре.

– Раз уж вы разрешаете, — я склонился в поклоне после того как все расселись, — тогда начну. Начну с того, а почему все здесь собравшиеся вообще должны меня слушать. Это довольно неочевидно, как по мне, а уж для вас так и вовсе должно быть непонятно.

– Базаришь, — Баррет впервые со мной согласился.

– Так вот, это потому что я, — начинаю поочередно выкидывать пальцы с каждым произнесенным аргументом, — тупо сильный поц, а значит слушать меня это проявление благоразумия с вашей стороны, раз. Имею нефигового такого агента влияния в Шинре уровня командования дивизии, два. В отличие от вас знаю что именно нужно сделать дабы вся эта чехарда с реакторами если и не умерла в мучениях, то хотя бы подзаглохла, о чем сейчас расскажу, три. Ну а я еще я красавчик, отчего слушать меня просто приятно, четыре.

– Выражаю несогласие по поводу четвертого пункта! — Биггс поднял руку.

– Понимаю, специально для этого здесь присутствует мой второй номер, что может повторить все то же самое, — я указываю пальцем на Айрис.

– Снимаю свое несогласие, — рука опускается.

– Ну еще бы. А теперь к сути. Начнем с простого вопроса — что же есть Шинра? Ведь для того чтобы нанести смертельный удар, было бы неплохо знать, куда именно его наносить. Так что, предположения?

– Конченые ублюдки! — Баррет поднял руку.

– Угроза Планете, — Вэдж.

– Плохие парни? — Джесси.

– Все так, но это упрощения. В первую очередь, Шинра это огромная корпорация, занимающаяся производством буквально всего — от ложек до реакторных турбин. И потому простой подрыв одного, двух или даже всех реакторов просто бессмыслен. У них достаточно ресурсов чтобы отстроить заново хоть несколько десятков реакторов. Напомню, что они в свое время построили Мидгар, а вы все прекрасно осознаете его размеры. Потому парочка реакторов для них что похлопывание по жо…

– Кхм, кхм.

– По щеке, я хотел сказать. А знаете, почему они эти реакторы обязательно отстроят и ничего в итоге не изменится?

– Потому что они жадные скоты! — снова Баррет.

– И это тоже опять упрощение. Дело же в том, что за последнее время Шинра поглотила практически всех своих конкурентов — каких бы то ни было крупных компаний не осталось и вовсе, а условно независимы лишь крохотные дельцы, которые в силу

того, что Шинра контролирует где-то так 95% рынка ВСЕГО, так или иначе от нее зависят. Просто потому что закупать материалы, энергию и прочее им где-то надо, а это где-то сейчас только одно. Идем дальше, корпорация эта существует не просто так, и не для того чтобы нам всем гадить в суп, а для… чего? Ваши варианты?

– Бабки! Деньги! Власть! — заголосили все вразнобой.

– Именно так. Прибыль. Вот их цель. Каждый день, каждый час должна извлекаться прибыль. Из строительства же, производства, сферы услуг — неважно. Золото должно течь в карманы. Это цель существования Шинры. Вот только есть небольшой нюанс — наша Планета, а вместе с ней существующее на ней человечество конечны в своих размерах, а потому ограничен размер самой экономики. Из чего следует вопрос — за счет чего получать прибыль? Товары, которые производит Шинра, можно продать только ее же работникам или упомянутым уже мелким недодавленым дельцам, у остальных просто нет возможностей для их покупки. Отсюда вытекает проблема — прибыль должна расти, но расти ей неоткуда, так как все доступные рынки и возможности уже поглощены процентов на 90-95. Кроме одной. Угадайте, какой?

Народ начал переглядываться в недоумении. Первой догадалась Джесси.

– Мако! Его еще долго можно качать, — щелкнула она в довольстве от догадки пальцами.

– Бинго! Мако-энергия, производство которой можно еще наращивать и наращивать практически задаром, увеличивая ее количество на рынке, уменьшая себестоимость ее производной — электроэнергии. При этом не опуская отпускную цену электричества для потребителей в соответствии с себестоимостью ее производства, можно продолжать получать прибыль. Потому попытки уничтожения реакторов обречены на провал — они слишком важны для Шинры, чтобы забыть про их восстановление. Или про тех, кто это устроил, — я многозначительно посмотрел на членов Лавины.

– Ты нас не пугай, мы и так пуганые, лучше скажи, че делать, если все так обстоит?

– Подожди чуть-чуть, я к этому подхожу. Есть обратная сторона у такой высокой монополизации — все выстроено в единую иерархию, где все в итоге подчиняются директорам подразделений, а те — президенту. Так что, смекаете к чему я веду?

– Грохнуть их всех? И какой толк?

– А вот и не всех. Только лишь двоих — президента и его сынка, что является единственным законным наследником всего этого добра. После чего знаете что произойдет? Главы департаментов вцепятся друг другу в глотки чтобы занять пустующее президентское кресло, и вместо одной огромной всемогущей Шинры останутся несколько осколков, яростно режущих друг друга. А такая обстановка открывает… многие возможности.

В комнате установилась тишина. Я тайком бросил взгляд на Айрис — как та оценила мое предложение по целенаправленному убийству пары засранцев. Девушка нахмурила лоб, но сильного недовольства, как по мне, не демонстрировала. Возможно даже, что она просто раздумывала над продемонстрированными мною познаниями в политэкономии.

– Это конечно было бы круто — взять и хлопнуть президента, но есть вопрос. Как? У него там пара батальонов в Шинра-билдинг наверняка квартирует, — Биггс решил перейти от стратегии к тактике.