Потерянный

Кружевский Дмитрий Сергеевич

– Звук можешь дать? – спросила Градова.

– Да, – спецназовец провел пальцем по пульту. – Можете говорить.

– Подожди, – остановил женщину Владлен. – Это еще кто?

В поле зрения камер дроида появились несколько человек, одетых в зеленую форму. У них на поясах красовались зажимы с импульсными пистолетами.

– Почему на улице?! – крикнул один из них, направляясь к остановившемуся мужчине, который смотрел на людей с оружием с нескрываемым испугом.

– Так из столовой иду, господин младший Смотрящий,

задержался немного.

– А порядки не для тебя? – подошедший неожиданно с размаху ударил человека в лицо, заставив того попятиться.

– Господин Смотрящий! – взмолился прохожий, но второй удар ногой под дых заставил его согнуться и со стоном опуститься на землю.

Однако это не остановило человека в зеленой форме, и он продолжил методичное избиение, пока скорчившийся на земле прохожий не перестал вздрагивать от его ударов. Плюнув напоследок на распростертое тело, Смотрящий развернулся и неспешно направился к своим спутникам, терпеливо дожидавшимся, когда он закончит свое развлечение.

– Что происходит? – растерянно спросил лейтенант, смотря на избитого мужчину, который со стоном перевернулся на спину, открыв взору наблюдающих свое лицо, превращенное ударами тяжелых сапог в кровавую маску.

– А ты не понимаешь? – скрипнула зубами Ирина и, включив личный маркер, скомандовала: – Всей группе, ко мне!

Стены комнаты были покрыты черными дырами, оставшимися от попадания в них зарядов лучевика, а большинство из размещенных на стене кабинета мониторов превратились в почерневшее оплавленное месиво из пластика и кусков микросхем.

Профессор Эрнберг скорчился в углу, тихо скуля и смотря на присевшего напротив него на корточки Андрея безумным взглядом затравленного зверя. Пистолет валялся рядом, но когда Малышев осторожно потянулся за ним, профессор даже не попытался этому воспрепятствовать, лишь еще больше вжался в угол. На миг их взгляды встретились, и ученый как-то жалобно захныкал и что-то быстро залепетал на незнакомом землянину языке.

– Тускло-голубые… – пробормотал Андрей себе под нос. – А вот это уже интересно.

Он взял оружие и, поднявшись на ноги, вытащил обойму. Бросив взгляд на вмонтированный в нее датчик энергии, он тихонько хмыкнул и вставил ее обратно.

– Выжал досуха, – пояснил он, положив лучевик на стол и обернувшись к стоявшему у двери Райскому, державшемуся рукой за правое плечо. – Ты-то сам как?

– Да мелочи, – поморщился тот, – просто ожог. Полоснуло по касательной. Хотя жжет, зараза.

– Потерпи, я Криса оставил дожидаться вашу докторшу. Знать бы еще, где ее носит. А как ты смог дверь в кабинет открыть?

– А она и не была заперта, – ответил Инжел. – Я еще удивился и подумал, что, возможно, профессор уже пришел в себя, решил заглянуть, вот и результат… – Он скосил глаза на раненое плечо. – Старик едва меня увидел, принялся

орать, что не отдаст свою душу демонам, и принялся палить по стенам. Как успел выскочить в коридор, ума не приложу.

В открытой двери появился Крис, вслед за которым вошла Кара с чемоданчиком в руке.

– И где это вас носит, доктор? – поинтересовался Андрей, пропуская женщину к все еще вжимающемуся в угол профессору.

– А вот моя личная жизнь вас совершенно не касается, – неожиданно резко ответила врач, склоняясь над Эрнбергом.

– А она меня и не беспокоит, – нахмурился Малышев, – однако вы являетесь единственным медработником на базе и тем не менее отключили связь…

– Запишите мне выговор в личное дело, – усмехнулась та, открывая свой чемоданчик, и достала из него трубочку пневмошприца и синюю капсулу с каким-то лекарством. Вставив ее в шприц, она посмотрела на мужчин. – Может, поможете, наконец? Подержите его.

На удивление, профессор не стал сопротивляться и позволил сделать себе укол, после чего тяжело вздохнул и, закрыв глаза, обмяк. Андрей помог Крису донести и уложить Эрнберга на висящую в коридоре пластину гравиносилок и вернулся в кабинет. Ханна уже занималась обожженным плечом Инжела, осторожно обрабатывая рану регенерационным гелем.

– Как он?

– Кто именно? – покосилась на землянина врач.

– Эрнберг, естественно.

– Не знаю, – пожала плечами Кара. – Налицо расстройство нервной системы, только причины мне непонятны. Я ввела ему успокоительное, так что проспит часа четыре. После попробую провести общий анализ организма, а там уже можно будет делать выводы.

Она достала из чемоданчика баллончик пульверизатора и принялась распылять поверх геля белую пену, которая тут же застывала, покрывая рану гибким слоем специального пластика.

– Часа через три можешь снять, – сказала она Инжелу, закончив процедуру и упаковывая свои инструменты, затем повернулась к Андрею. – Что-то еще, господин Малышев, или я отправлюсь к своим больным?

– Можете идти, – ответил он, не обращая внимания на непонятный сарказм и неприязнь, сквозившие в голосе женщины. – И постарайтесь в следующий раз, когда понадобитесь, быть на своем месте или хотя бы не отключать связь.

Ханна бросила на землянина хмурый взгляд и, кивнув, вышла из кабинета.

– Не понимаю, что это на нее нашло, – сказал Инжел, осторожно просовывая руку в рукав комбинезона. – Вы что-то не поделили?

– Сам не понимаю, – пожал плечами Андрей. – Я ее всего пару раз видел, и вела она себя вполне нормально.

– Да уж, женщины загадочные существа, – усмехнулся экзобиолог. – Никогда не знаешь, за что на тебя разозлятся. Может, не так посмотрели…

– Командир, – в дверях появился Крис, остававшийся все это время рядом со спящим на носилках Эрнбергом. – Я тебе не нужен? А то побегу.