Потерянный
Шрифт:
– Похоже, камера сдохла, – констатировал Лайнос, смотря на экран. – Впрочем, тут как раз ничего странного – странно, как этот корабль вообще сохранился в таком состоянии до наших времен. Не знаю, что за защитное поле использовали эти дайтанцы, но сей факт удивляет меня до сих пор.
Керк согласно кивнул. Если исходить из того, что он знал, то этому кораблю не одна тысяча лет, и одно дело – сохранившиеся здания и сооружения, а совсем другое – высокотехнологичная машина, напичканная тонкой электроникой. Конечно же, корпус, сделанный из специальных материалов и предназначенный для противостояния
– Надо будет все здесь проверить, – сказал Керк. – И в первую очередь разобраться с причиной недостатка энергии.
– Все же думаешь, что эти выделенные области сообщают о нехватке?
– Вероятно. Или о нехватке энергообеспечения, или о каких-нибудь других неполадках. Ну-ка, проверим…
Экран послушно отреагировал, сменив схему корабля на изображение какого-то отсека, заполненного лежащими на стеллажах длинными цилиндрами.
– Арсенал, энергообеспечение двадцать процентов… э-э… – профессор замялся. – Не могу понять слово, – наконец сказал он. – Что-то связанное с защитой и ее нарушением.
– Скорее всего, внутреннее защитное поле, – предположил Керк. – У нас на военных кораблях применяют подобное для защиты некоторых отсеков.
– Зачем? – удивился Лайнос.
– В смысле? – Керк непонимающе покосился на профессора.
– Ну, зачем создавать защитные поля внутри кораблей? Насколько я помню, при малом объеме защитного поля имеются проблемы со стабильностью энергетической оболочки.
– Это еще почему? – Теперь пришло время Керку удивленно уставиться на своего собеседника.
Профессор махнул рукой:
– Ладно, вечно забываю, что мы из разных миров. Так в чем функция этих полей?
– Ну, грубо говоря, усиление защиты от внешнего и внутреннего термоэнергетического воздействия, – ответил Керк словами неожиданно всплывшей в мозгу строчки из учебника и тут же пояснил: – При подрыве боезапаса поле погасит большую часть выделившейся энергии, что уменьшит негативные последствия, да и от внешнего воздействия дополнительная защита.
– Хитро, – усмехнулся Лайнос. – Интересно, что ж наши вояки до подобного не додумались?
Керк в ответ пожал плечами, подумав, что причины как раз могут крыться в названной профессором проблеме со стабилизацией полей малого объема, но вслух высказывать это не стал.
– Что ж, – Лайнос внимательно посмотрел на Керка. – Как думаешь, сможем мы улететь на нем отсюда?
– А есть другие варианты? – поинтересовался тот.
– Ну, можно попытаться захватить корабль Конгломерата или сдаться их представителю. Только не думаю, что это хорошие идеи…
– Значит, для нас это не выход, – сделал вывод Керк и, окинув взглядом рубку, добавил: – Знаете, профессор, почему-то у меня такое чувство, что я найду с этой птичкой общий язык.
– Это хорошо, – расплылся
Капитан! Керк замер в кресле, чувствуя, как в душе разливается непривычное волнение. Мир на миг дрогнул, а его сознание словно раздвоилось: один Керк сейчас сидел за пультом корабля, второй находился на берегу ночного океана и смотрел на стоявшую перед ним темноволосую девушку.
– Пришло время возвращаться, – легко улыбнувшись, произнесла девушка. – Тебя ждут…
Керк мотнул головой и вопросительно посмотрел на трясшего его за плечо профессора.
– Извините, задумался.
– Я спросил, как ты назовешь корабль.
– Как назову? – В глазах парня на краткий миг блеснуло отражение поля, покрытого странными светящимися цветами. – «Гера». Я назову его «Гера».
Ай стояла рядом со своим хогрундом, делая вид, что выбирает колючки из шерсти скакуна, а сама искоса наблюдала за дверьми, ведущими в здание, где почти эрм назад скрылся Эрай, отправившись на аудиенцию к одному из Вершителей. Странное беспокойство не покидало девушку, заставляя нервничать и озираться в поисках неизвестной угрозы, вглядываться в застывшие по периметру дворика фигуры стражников.
«Вы должны доверять своим ощущениям», – эти слова настоятельницы она помнила всегда, стараясь прислушиваться к своему внутреннему голосу, и несколько раз это ее выручало. Однако сейчас Ай не могла понять причины своего беспокойства, и это ее злило.
Дворик перед трехэтажным зданием без окон вымощен плитами и окружен забором высотой примерно в два ее роста. Дом стоит на высоченном фундаменте, и к его входу ведет лестница в пару десятков ступеней. Шестеро охранников: двое у ворот, двое у дверей здания и еще двое прогуливаются по дворику. Воины закованы в железо буквально с ног до головы, однако двигаются в этих доспехах слишком свободно, что несколько удивило хранительницу. Например, ее Эрай – облаченный полностью в свои доспехи, пешком он передвигался с заметным напряжением и поэтому предпочитал полное облачение лишь в случае возможной схватки, а так часть доспехов лежала в дорожных мешках, притороченных к седлу его хогрунда.
Вооружены стражники шипастыми булавами с необычайно длинными рукоятями и большими прямоугольными щитами с изображенным на них белым кругом, вертикально разделенным зигзагообразной черной полосой посередине.
«И все же, что меня так беспокоит?» – подумала Ай, еще раз внимательно оглядывая двор и вновь не находя ничего подозрительного.
Неожиданно дверь здания распахнулась, заставив девушку встрепенуться и тут же схватиться за свой клинок – по лестнице не торопясь спускалась Кануд.
– Не стоит, сестра, – с улыбкой сказала агронка, останавливаясь в нескольких шагах от хранительницы. – Мы во владениях Вершителей, и если ты обнажишь здесь оружие, то будешь сразу же убита их охраной, – она кивнула на стражников.
Впрочем, Ай и не собиралась обнажать меч и теперь мысленно ругала себя за несдержанность.
– Я тебе не сестра, – процедила она в ответ.
– А вот здесь ты не права, – агронка покачала головой. – Когда-то я была такой же хранительницей, как и ты.