Потерянный Вампир
Шрифт:
Саид продолжал расхаживать. Туда-сюда, туда-сюда. Цвет неба за окном из темно-синего стал серым, пока он обходил квартиру, чтобы закрыть жалюзи и надежно отгородиться от солнца. Руки и ноги Саида отяжелели, веки опустились, и его охватила летаргия дневного сна. Его мозг гудел от бесчисленных голосов, и Саид прижал ладони к ушам, словно пытаясь отгородиться от манящего звука. Сколько раз по утрам после своего перехода он уходил в Коллектив, прежде чем сон овладевал им? Слишком много, чтобы сосчитать. Эти воспоминания, эти голоса больше не интересовали
— Не заставляй меня это делать. — Умоляющий тон Серас пронзил грудь Саида, как кол.
Рина, казалось, не волновало ее горе. Он сидел рядом с Саидом, вернее, вампиром, в воспоминания которого попал Саид. Перед ними на коленях стоял молодой мужчина. Тихие слезы текли по его щекам, но в остальном он оставался бесстрастным.
— Прости меня, Рин, — сказал мужчина. — Дай мне возможность доказать свою преданность.
— Других возможностей нет. И ты это знаешь.
Саид огляделся по сторонам. Он не был уверен, но предполагал, что это произошло незадолго до того, как Сортиари объявили войну вампирам. Время и место были несущественны по сравнению с Серас. Темные круги — под ее глазами. Она была тощей, худее, чем он когда-либо видел. Ее обычно почти радужная кожа приобрела тусклую бледность, а лицо вытянулось. Он никогда не видел ее такой измученной, полной страха. И такой близкой к тем эмоциям, которые, как она думала, давно ушли.
Она робко шагнула к Рину.
— Ты использовал меня слишком много раз. Пожалуйста, Рин. Мне нужно отдохнуть. Чтобы восстановить силы. — Ее голос упал до едва слышного шепота. — Когда же этого будет достаточно?
Жестокая усмешка искривила губы Рина.
— Достаточно, когда я говорю, что достаточно. — Он произнес эти слова сквозь стиснутые зубы. — Делай.
Серас испустила рваный вздох.
— Еще раз, — сказала она скорее себе, чем Рину. — А потом, пожалуйста, дай мне отдохнуть.
Если Рин и услышал ее, то виду не подал. Вместо этого он наклонился к Саиду.
— Думаешь, вампир — единственное существо, которое может потерять душу? Приготовьтесь узреть истинную силу.
Саид попытался броситься вперед, чтобы дотянуться до Серас. Тело, в котором он обитал, отказывалось повиноваться, и его отчаяние росло. Этот садистский сукин сын использовал Серас, будто она была не более чем инструментом, без единой унции заботы о ее благополучии. Что с ней? Что заставило ее выглядеть такой осунувшейся?
Серас
— Обещаю, ты ничего не почувствуешь.
Саид мог поклясться, что его сердце перестало биться, а дыхание остановилось. Его желудок скрутился в тугой узел, пока он против воли ждал, чтобы засвидетельствовать силу Серас. Никогда еще он не чувствовал себя таким безвольным, как сейчас. Саид боролся с Коллективом, но тот держал его колючими когтями. Как и у Серас, у него не было выбора, кроме как довести этот момент до конца.
Почти с любовью Серас положила правую ладонь на грудь мужчины. Мягкий перламутровый свет засиял под ее пальцами, и тело мужчины слегка дернулось вперед, когда его спина согнулась, прижимаясь грудью к руке Серас. Его голова упала на плечи, и он медленно выдохнул в тот самый момент, когда Серас сделала вдох. Она выгнулась ему навстречу, склонив голову. Свет становился все ярче, наполняя комнату жутким сиянием, которое отбрасывало вокруг зловещие тени. Серас резко втянула воздух, сжав руку в кулак и зажав свет в кулаке.
— Дай ее мне.
Голова Серас упала вправо, плечи поникли. Она медленно повернулась и сделала несколько неуверенных шагов к Рину, который нетерпеливо ждал, сжимая банку в вытянутой руке. Серас перевернула кулак, и ее пальцы медленно разжались, чтобы поместить свет мужской души в банку. Она убрала руку, и Рин быстро запечатал ее, прежде чем поставить на стол перед вампиром.
— По крайней мере, когда энад двин забирает душу, человек знает, куда она ушла.
Глаза Серас закатились, и она рухнула на холодный каменный пол.
Саид издал мучительный крик, который не был услышан, когда он попытался освободиться от тела, которое его удерживало. Рин наблюдал за происходящим, едва интересуясь самочуствием Серас. Она была не более чем вещью, которую можно использовать и отбросить в сторону.
— Риньери, что с ней? — Губы Саида без его разрешения зашевелились, когда он произнес слова мертвого вампира.
— Это требует определенных усилий, вот и все. — Наконец Рин соизволил встать со стула и подойти к Серас. Саиду хотелось перегрызть ему горло клыками. — Возможно, я злоупотреблял ею последние две недели.
Его пренебрежение к ее благополучию было достойно сожаления. Очевидно, она веками страдала от постоянных издевательств, прежде чем у Рина, наконец, хватило здравого смысла использовать свои силы экономно. Он щелкнул пальцами, и из темного угла комнаты появился один из его слуг, склонив голову.