Потерянный рай

Мильтон Джон

Утрате справедливой! Чересчур

Не прилепляйся всей душой к вещам,

Которыми не вправе обладать.

Уйдёшь ты не одна, с тобою — муж;

Ступай за ним, и где б он ни избрал

Пристанище, твоя отчизна — там!"

От скорби ледяной в себя придя,

Адам скрепился и обрёл слова,

Смиренно к Михаилу обратясь:

"— Небесный! Ты, наверно, из числа

Престолов иль, возможно, их Глава.

Князь над князьями, с кроткой добротой,

Ты

страшное известье сообщил;

Сурово сообщённое, оно

Безмерную бы причинило боль,

А исполненье бы могло убить,

Столь много нам, бессильным, доведётся

Перенести отчаянья, тоски

И горя, ибо мы принуждены

Покинуть благодатные места,

Счастливую обитель, дивный Сад,

Единую утеху наших глаз!

Нам прочие покажутся края

Пустыней нелюдимой и чужой,

Враждебной нам, безвестным чужакам,

Когда б я, неотвязчиво молясь,

Надеялся веленья изменить

Того, Кто может все, — я день и ночь

Вопил бы, но беспомощны мольбы

Пред непреложной волей Божества,

Как против ветра дуновенье уст,

Что возвращается опять в уста

И удушает дерзкого. Итак,

Я покоряюсь Высочайшей воле;

Но горше, чем изгнаньем, удручён

Я тем, что. Рай покинув, удалюсь

От Лика Божьего и навсегда

Лишусь блаженства Бога лицезреть.

Благоговейно посещал бы здесь

Я те места, которые Творец

Святым Своим присутствием почтил;

Сынам повествовал бы: "— На горе,

Вот этой, мне являлся Царь Небес,

Под этим деревом стоял Господь,

Средь этих сосен я Ему внимал,

У этого источника с Творцом

Беседовал!" Я всюду бы воздвиг

Из дёрна жертвенники, алтари

И, камни яркие в ручьях собрав,

На поминанье будущим векам

Сложил бы грудами, дабы цветы,

Плоды и ароматную смолу

Миродержавцу в жертву приносить.

Где в мире низменном я отыщу

Явленье Всемогущего, следы

Его священных стоп? Хоть я бежал

От гнева Божьего, но снова Он

Призвал распаянного, и продлил

Мне жизнь, и семя обещал моё

Умножить; я, утешенный, готов

Хотя бы слабый отсвет созерцать

Господней славы и к Его стопам

Моленья воссылать издалека!"

Приветно глядя, молвил Михаил:

"— Ты ведаешь — Творцу принадлежат

Земля и Небо, — не один утёс

Эдемский этот! Сушу, и моря,

И воздух вездесущностью своей

Он наполняет и любую тварь

Могучей силой действенной живит,

Питает, согревает. Он во власть

Всю Землю дал тебе, — не малый

дар;

Так не считай, что ограничил Бог

Эдемским или Райским рубежом

Своё присутствие. Здесь, может быть,

Располагался бы твой главный стан,

Отсюда поколенья сыновей

Твоих бы разошлись и вновь сюда

Стекались бы со всех концов Земли,

На поклоненье Праотцу людей

Великому. Но ты свои права

Высокие утратил; на равнину

Ты будешь низведён, чтоб наравне

С твоими сыновьями обитать.

Откинь сомненья; в долах и полях,

Равно как здесь, присутствует Господь.

Его благие знаменья везде

Ты встретишь, милостиво осенён

Отеческой любовью, и во всем

Увидишь образ Божий и следы

Священного присутствия Творца.

Дабы ты веру эту укрепил

До твоего исхода в нижний мир,

Твою судьбу и твоего потомства

Тебе открыть я послан. Будь готов

Узнать о добрых и дурных делах,

О благости Всевышнего в борьбе

С людской греховностью и научись

Терпенью истинному; умеряй

Веселье — страхом набожным, слезой

Печали благочестной и сноси

Равно преуспеяньеи беду

Умеренно. Так жизнь ты проведёшь

Наиспокойней, смертный переход

Свершить готовясь в надлежащий час.

Взойди на этот холм. Пусть Ева снит,

Пока грядущее ты узришь въявь.

Я очи ей сомкнул; ты пребывал

В таком же сне, когда она была

Из твоего ребра сотворена".

Признательно Адам сказал в ответ:

"— Иди, я за тобой, надёжный Вождь,

Последую; карающей Руке

Всевышнего покорно подчинюсь

И грудью встречу будущее зло,

Для одоления вооружась

Терпением, и отдых заслужу

Трудом прилежным, ежели покой

Возможно обрести подобной жизнью".

Они в виденьях Божьих поднялись

На гору, высочайшую в Раю;

С вершины этой открывался вид

Земного полушария и взор

До самых дальних проникал границ.

Её не превышала вышиной,

Обширней вида не могла открыть

Гора, куда Врагом второй Адам

Был по иной причине вознесён,

В пустыне, для того, чтоб он узрел

Земные царства и всю славу их.

Оттуда Пращур взглядом охватил

Простор, где возвышались города

В древнейшие и новые, века,

Столицы пресловутых государств,

От Камбалу, где Хан Катайский правил,

От Самарканда, где струится Оке,

Где Тамерлана горделивый трон,

И до Пекина — пышного дворца