Потерянный осколок
Шрифт:
А вот ликаны безумны в зверином обличии. Как люди они так же потеряны. Добрый ликан, что милосердный орк – не существуют в природе. Ликаном становятся если выпить крови оборотня. Рожденные же ликанами, навсегда теряют человеческую ипостась. Их зовут волколаками. Существуют целые поселения ликанов, особенно много их в степях. Эти твари днем выглядят как любой другой человек, но стоит зайти солнцу и неконтролируемое превращение рождает кровожадных монстров. Полнолуние для ликанов своеобразный усилитель силы, и на третий день их сила достигает пика. От такого не сбежишь и не скроешься. Можно лишь спрятаться за городскими
Да уж, такие опасные рассветы наступают лишь в конце месяца - полного лунного цикла. От полнолуния до полнолуния. Каждый месяц начинается с убывания нашего спутника Руи и длится сорок два рассвета. А месяцев у нас тринадцать. По три у каждого сезона и один перед зимой – месяц затишья. В этот период природа замирает и готовиться к заморозкам. На небосклоне так же появляются еще два спутника, Уна и Тона и почти потухшая звезда Затха. Они сменяют друг друга, иногда освещая ночи несколько месяцев, а потом уходя во мрак на целый сезон. В отличие от своих сестер, Руи покидает небосклон только в проклятую ночь, когда весь мир окунается в кромешную темноту на сутки. В противоположность проклятой ночи существует весеннее равноденствие, когда ночь столь же светла, как день. В этот рассвет все четыре сестры делят небосвод поровну. Ведь Затха видна лишь изредка и, из-за своего слабого света, только ночью, а потому ее воспринимают наравне с Уной и Тоной.
Сегодня ночью Руи будет делить небо с Тоной. Но полной будет только первая сестра, тем самым знаменуя предпоследний рассвет лунного цикла. Очень опасный рассвет. Решено, остаемся в городе. Нужно срочно искать постоялый двор, иначе рискуем остаться на улице.
В конце торговых рядов виднелась коновязь и привязанные к ней кони. Я легко нашла среди них вороного и Палю. А вот где белобрысый?
– Вот скажи мне, Паля, где твой подопечный?
Кобыла удивленно заржала.
– Не понимаешь? Вот у тебя мозгов явно больше чем у Вана, а все равно безответственная скотина. Не найдем его, на дороге заночевать придется.
Паля фыркнула и повернулась ко мне задом. Все ясно, ее мало волнует, где мы будем ночевать.
– Кажется, я погорячилась насчет мозгов. У тебя их тоже отродясь маловато, - кобыла развернулась и попыталась меня цапнуть, - не нравится, да? А теперь ответь, какой сегодня день, колбаска ходячая?
Паля застыла, подвигала губами, а потом в ужасе всхрапнула.
– То-то, не найдем блаженного, я - закуска, ты – гарнир, - будущий гарнир вопросительно на меня посмотрела, ожидая продолжения, - а он как всегда выживет, - развела я руками.
Не удивительно, что она со мной согласилась. Я отвязала вороного и Палю. У меня был план по поимке глупого Вана, но согласится ли со своей ролью кобыла?
– Даю тебе свободу действия, ищи, - на меня посмотрели как на умалишенную, думаю, никто раньше не использовал лошадь в качестве ищейки, - что смотришь, ты чаще всех к нему прижималась, вот и вынюхивай, давай.
Паля демонстративно встала и запрокинула голову, извещая о том, что дальше она и шагу не ступит.
– Когда найдешь его, дам сухофруктов, - даже не шелохнулась, - ладно, копытом промеж глаз, один раз, но только передним.
Вон как поскакала, чуть ли не галопом. Ну что за садистская компания. Хлебом не корми, дай напакостить или треснуть кого-то.
Темнеет, надо поскорее найти убежище. Демон с ним, с пристукнутым. Его трогать, ликанам дороже, не пропадет. Тем более в кобыле я не сомневалась. Не знаю, что она такое, но явно что-то разумное и с паршивым характером. А еще Паля сильно привязана к Малышу, что настораживает, но повода для беспокойства пока не дает.
В конце улицы виднелась вывеска «Цветок волка» на двухэтажной таверне презентабельного вида и с вымощенной булыжником дорогой к самому входу. Дорога - вещь не дешевая, а значит, и место для порядочных постояльцев. Второй этаж свидетельствует о наличии комнат для ночлега. То, что надо.
Тишина и не единой души вокруг. Неудивительно, все же вторая ночь полнолуния. Только почему пустынна только улочка, в конце которой приглянувшаяся мне таверна? Да какая разница, наверное дорогая для простого обывателя. А нас сейчас из-за сложившейся ситуации и презентабельный постоялый двор для аристократии ценами не смутит. Ведь лучше быть нищим, но живым, чем погрызенным зомби при деньгах. А именно им и станет любой, кто от глупости своей рискнет ходить по улицам в полнолуние близ Пустынных земель. И больше не тратя время на раздумья, я отдала вороного мальчишке конюху, что выскочил при моем приближении из пристроенной к основному зданию конюшни, и смело потянула на себя входную массивную дверь, на поверку оказавшуюся сосновой.
– Ясного вечера, - громко поздоровалась, подходя к стойке регистрации. Тут даже такое имеется. Явно таверна из дорогих, - где можно хозяина найти?
Щуплый рыжий подросток с покрытыми мозолями грязными руками вряд ли мог бы претендовать на роль хозяина, но помочь мне он может.
– Он в подвал спустился за вином, - отрапортовал явно произнесенную не раз про себя фразу.
– Скажи, а где переночевать у вас есть?
– Есть пара свободных комнат на втором этаже и еще…
– Дарк!
От этого грубого баса даже я подпрыгнула, не говоря уже о мальчишке. Тот и вовсе голову руками закрыл и пропотеть уже раз пять успел, пока владелец баса шел к нам. Огромных размеров орк с густой рыжей щетиной, кривыми клыками и гладкой, как начищенное серебро, головой, весьма плавно двигался. Удивительно, эта неуклюжая глыба должна при ходьбе, чуть ли не стены раздвигать по бокам от себя. А он ничего, даже плечом косяк не задел, когда в проем входил. Какой-то неправильный орк.
– Светлого будущего вам, - сказал, как послал. Далеко и надолго. А рожа-то какая страшная при этом была. Бр-р-р. Но я пугаться и сдаваться не собиралась
– Ясного вечера, вы хозяин таверны?
– Комнат нет, - и грозно зыркнул на изрядно перепуганного мальца.
– Может все-таки есть? Мы щедро оплатим свой постой.
– Мы? – орк поискал взглядом за моей спиной этого неизвестного «мы».
– Да, я и мой спутник. Нам хватит и небольшой коморки. Нам даже… - договорить мне не дали, поскольку я снова позорно подпрыгнула от этого рыка.
– Комнат нет!
Да-да, теперь это был рык. А Дарк вообще под стойку залез и не подавал признаков жизни. И что делать? Понятно и голодному вурдалаку, что крови здесь ему не дадут. Но снаружи еще хуже.