Потерянный король
Шрифт:
– Все будет хорошо, Орн, - сказал он очень тихо и успокаивающе.
Внутри у мнимого эльфа все оборвалось. Он порывисто обернулся к юноше. Другие путники уже садились на коней, а они все еще стояли одни в стороне.
– Колдун проболтался!
– возмущенно и растерянно пролепетал демон, с ужасом глядя на Элиа.
Тот покачал головой. Его лица не было видно из-за темноты и глубокой тени от капюшона.
– Нет, - сказал Элиа, - Я сам понял, как только тебя увидел. Кроме того, Эзельгер не эльфийское имя. Это я сам его придумал.
Потрясенный
– Я не знаю, что сказать, - пробормотал он, окончательно растерявшись, - Не думал, что мы когда-либо увидимся... Все, что случилось тогда, пять лет назад... Простишь ли ты меня когда-нибудь?
Элиа повернул голову. Лунный свет упал на его лицо, и Орн увидел самый ласковый и теплый взгляд, какой только мог себе представить.
– Я тоже не знаю, что сказать, - ответил Элиа, и на его лице расцвела улыбка, - Я рад, что ты вернулся.
Он вновь ободряюще хлопнул демона по плечу и пошел к своей лошади.
– Я тоже, - прошептал Орн, глядя себе под ноги.
Растерянность и стыд все еще не отпускали его, но тяжелый камень лежавший на душе с момента возвращения к жизни, начал таять, как кусок льда, согретый солнечными лучами.
ПРИНЦЕССА И ВОИНЫ
– Надеюсь, ты не очень мерзляв, мой друг?
– спросил Вернигор у Веда, когда стук копыт последнего всадника из их отряда наконец затих далеко за холмом.
– Никак нет, - бодро доложил Вед, приосанившись в седле.
– Тогда переодевайся. Будем путешествовать инкогнито, - распорядился гроссмейстер и извлек из дорожного мешка, притороченного к седлу, бедную одежду простолюдина и темно-серый плащ с глубоким капюшоном.
У Веда вытянулось лицо.
– Вот прямо здесь на холоде?
– возмутился он, - В чистом поле?
– Да, пока нас никто не видит, - ответил Вернигор, спрыгнул на землю и разложил на седле одежду и плащ, - В чем дело, ты же сказал, что холод тебе ни по чем?
– Ну... м.. хм... м..., - изрек Вед и тоже полез в свой мешок.
Воины едва успели переодеться странниками и объехать вокруг столба Развилки, следуя обычаю, как на дороге, ведущей на юг, послышалось щелканье кнута, стук копыт и скрип колес. Дорога эта спускалась к Развилке с пологого холма, и мгновение спустя на вершине холма показалась конная процессия, состоявшая из отряда в дюжину воинов. Они были одеты в вороненые панцири, синевато блестевшие поверх кольчужных рубах, шлемы с плюмажами из синих перьев и кольчужные "чулки". На их каплевидной формы синих щитах был изображен снежный барс, вставший на дыбы и выпустивший когти. Воины были не одни. Они сопровождали закрытую дорожную повозку, окошки которой были плотно завешены пестро окрашенными шерстяными занавесями.
– А это у нас кто?
– удивился Вед, приложив руку козырьком ко лбу и разглядывая повозку
– Это не наше дело, - пожал плечами Вернигор, - Не задавай им лишних вопросов. Тогда и нас они спрашивать не будут.
– Как скажете, - ответил Вед, - Только они едут на северо-восток. Им с нами по пути.
– Вот и хорошо, - спокойно промолвил Вернигор, тоже разглядывая приближающуюся процессию, - Какое-то время мы будем ехать под охраной.
– Боитесь, что наши дела дойдут до короля Гвидо?
– понимающе кивнул Вед.
– Опасаюсь, - уточнил Вернигор, - И мои дела. Ты здесь только по тому, что так положено. Кстати, кто твой наставник?
– Теперь Робур Младший, - пожал плечами Вед, - Он не хотел, конечно, отпускать меня. Но раз вы остались один. Понимаю, вам тоже не нравится, но Евглен по сути дела оставил вас на меня. Он, конечно, не сказал об этом прямо (Где уж несравненному ученику двух гроссмейстеров разговаривать с каким-то там горшечником!), но я так понял, на меня возложена важная миссия.
– Отравлять мне жизнь болтовней, - вздохнул Вернигор, - Ладно, только умоляю, не называй меня теперь гроссмейстером. Просто Вернигор. И держись скромнее, не дерзи аладанцам. Нам надо поскорее отвязаться от них. Тогда мы сможем ехать быстрее.
Переговорив, они направили коней навстречу конному отряду, охраняющему повозку. Воины уже заметили на дороге двух всадников, одетых в серые шерстяные балахоны. Отряд остановился, не доезжая Развилки, от него отделился воин в доспехах, блестящих серебряной чеканкой. Пряжки в виде птичьих лап острыми когтями удерживали на его плечах ярко-синий плащ. Приближаясь, воин выставил вперед меч. Его остро отточенный клинок сверкнул стальной искрой в гаснущем свете зимнего дня.
– Кто вы такие и куда направляетесь?
– резко и грозно промолвил воин.
В том, как уверенно он сидел в седле, как гордо держал голову, во властных звуках его голоса угадывалось, что он привык повелевать и ожидает ото всех повиновения и почтительности.
– Сам еще не назвался, а уже спрашивает, - проворчал Вед себе под нос, но получил локтем в бок и поневоле склонил перед всадником голову.
– Мы путники с запада, совершаем паломничество к оракулу, - самым смиренным тоном сообщил рыцарю Вернигор, но кланяться не стал, - Меня зовут Вернигор, это Вед, мой ученик. А ты, господин?
– Вернигор и Вед с запада, - покивал головой рыцарь, не отвечая на вопрос Вернигора, - Похоже, вы едете не в ту сторону. Разве Нитар не на востоке?
– Нитар - это далеко, - покладисто объяснил Вернигор, - Мы едем в Кзинтарис. Я путешествую во исполнение воли умирающего отца. Мой брат исчез двенадцать лет назад, и я хочу спросить совета у оракула, где его искать.
– Понятно, - сухо молвил всадник в серебряных доспехах, - Ты сказал, это твой ученик. Какому же ремеслу ты его обучаешь?