Потерянная
Шрифт:
Кастрюля наваристого бульона со свежими овощами;
Мясные рулетики с сыром, чесноком и зеленью;
Шоколадные кексы;
Тушеное мясное рагу;
Салат "Почти Цезарь"(личное название);
Картофель запеченный в фольге с рыбой;
Мда… Я оглядела заставленный стол. Что-то я сегодня разошлась. Киран тоже был немного ошарашен. Присвистнув поставил и передо мной стакан наполнив его вином. Я недовольно поморщилась.
— Не переживай. От одного стакана ничего не будет.
Послушно села и принялась за салат с картофелем и рыбой.
— Это
— Рада, что тебе нравится. Мне совсем не сложно.
— Как отработка?
— О, терпимо… Детей жалко, солдат жалко. Тяжело скорее морально, чем физически. Цезар, на удивление, сдержан и щедр. Эта неделя сумасшедшая…
Я погрузилась в воспоминания…
Управляющая приюта провела краткий инструктаж, который базировался скорее на советах самосохранения, после чего выдала мне форму… Скафандр отдыхает, и шлем присутствует. На мой немой вопрос зачем, Ависия лишь сопутствующе улыбалась. Пока мы шли по широким коридорам я пыталась разузнать больше подробностей, ведь должность моя числилась как воспитатель. А в этом я бум-бум вообще… От меня лишь отмахнулись и пробормотали, что я большая девочка, сама разберусь, это неважно.
— Займи их чем-нибудь чтобы друг друга не поубивали и тебя не зацепило. — это было самое емко содержащее напутствие от нее за пол часа общения.
Знакомство с классом прошло так себе. Во-первых: я дико переживала. Это дети! А я и дети, это были вещи несовместимые. Во-вторых: тут были самые разновозрастные дети. Мальчики и девочки, от 5 до 10 лет. В-третьих: управляющая быстро смоталась едва впихнув меня за дверь в класс.
Нормально так… Выдыхаем… Прошуршала своим скафандром до условно обозначенного стола со стулом, и тяжело на него плюхнулась. Дети сидели за длинными столами в три ряда и во все глаза на меня таращились. Я бы тоже так таращилась, если бы увидела еще одну дуру в подобном обмундировании. А еще бы ржала, как лошадь…
— Эээ… — звук потонул в недо-шлеме. Раздраженно сняла его и бросила на стол перед собой. — Привет. — нервно как-то вышло радушие.
Дети, явно нуждались в простом уходе. Кто-то с чумазым лицом, начёсанными волосами, порванной одежде. Насчитав 15 голов я вздохнула. И что мне с ними делать?
— Ты под защитой? — голубоглазый мальчуган, озорно прищурился и толкнул локтем в бок соседа.
— Не совсем поняла вопрос… — скривилась я. Все таки когда тебе так просто ты-кают десятилетки, не особо комфортно себя чувствуешь.
— Я тебя не слышу, просто… А это странно.
— И что тут стран… — договорить я не смогла. Мои слова утонули в булькающих звуках и смехе этих малолетних засранцев.
Как? От куда? Красная жидкость стекла по моей голове и растекалась лужей у стула. Обернулась на звук чего-то упавшего, смахивая с лица и глаз потеки. Краска. Банка из-под краски, я так подозреваю уже пустая, сиротливо лежала на полу, извергая жалкие красные остатки… Ну….
Смех стих, стоило мне подняться, дети присмирели.
Ага,
— Кто это сделал? — чуть ли не крича спросила я.
— Я.
– руку поднял сосед голубоглазого наглеца. — Я не вполне освоился со своим даром, вот и случаются иногда осечки.
— О-осечки? — мальчуган был смугленьким, темноволосым и озорные глаза вообще не располагали моё к нему доверие.
— Да. Я не специально же… А вы подумали…? — мальчик театрально вздохнул. — Что вы, я бы так не сделал!
Выдыхай, Савельева! Выдыхай, я сказала!!! Выдохнула, села на стул… Но стула подо мной уже не оказалось. Махая руками шлепнулась на задницу, от чего все загалдели и заржали. Нашла стул у самой стены взглядом.
Дети цветы жизни??? Видала я такой палисадник…
— Молчать! — гаркнула на них взбешенным волкодавом. Подействовало. Встала на ноги и подошла к зачинщикам этого представления, переводя взгляд от одного к другому. Нутром чувствовала, что это их рук дело… — Смешно было? — улыбка вышла нервной и дерганной. Те сидели едва сдерживая смех. — А если так? — я провела руками по волосам, где краска еще не схватилась, а потом по их лицам, оставляя красные потеки. Я же не садист, области глаз избегала.
На этом, впрочем, мой первый рабочий день и закончился. Ависия долго ржала глядя на меня и поздравила с дебютом. Дала какое-то вонючее средство, но от него краска даже светлее не стала. Оплатила полноценные десять часов, скорее всего сжалилась, и открыла мне переносной портал в тюрьму. Страж, встречавший меня тоже долго ржал… Ну хоть у кого-то хорошее настроение… Моё бы не было таким хреновым, если бы он не позвал остальных Стражей, полюбоваться. Отвели меня в мою камеру только после того, как все наржались…
Айоа еще была на отработке и моего позора не застала.
Киран не соврал. Всем в ошейниках полагались привилегии, в виде ежедневного купания и допустимых предметов личного пользования. Уже через час меня отвели в знакомый бассейн-купальню. Настроение не располагало к скромности или стыду. Терла себя голую до болезненных покалываний под веселые смешки сегодняшнего надзирателя. Едва ли это улучшило новоприобретенный цвет. Но, о, счастье(!) мне вручили чистую рубаху.
Дети! Да это не дети, а исчадия ада. Прошлые мысли о бедных и несчастных маленьких Сохрах сиротах, выветрились из головы. Ни жалости, ни сочувствия я больше к ним не испытывала.
Маленькие гадёныши…
— Привет рабочему классу. — доброжелательно отозвался вошедший Киран. Он, казалось, был совсем не удивлен моим видом. И словно в подтверждение моих мыслей протянул бутылку с мутной жижей. — Это должно хоть немного помочь.
Помогло. Я стала нежно-розовая… Гламурненько…
На следующее утро я уже не была так самонадеянна, и свой шлем от скафандра предусмотрительно не снимала. Нужно хоть немного дольше вчерашнего продержаться. Теперь я понимала управляющую. Сегодня я даже видела эти приторно-лживые улыбки на лицах. Ну или, они мне мерещились.