Потерянная станция
Шрифт:
«Сбор оперативной информации с устройств слежения — 87%»
«Тест самопроверки — 89%».
Цифры стремительно менялись.
«Я только что активировал центральный кибермозг станции», - мысль, простая и жуткая по сути, обожгла ледяной дрожью.
То, чего так боялся Тобольский...
– Идиот!
– обругал себя Глеб, искренне негодуя и понимая, что времени исправить роковую ошибку не осталось.
На информационном экране светились положительные маркеры. Кибермозг исправно осуществил холодную перезагрузку всех систем.
С легким шорохом закрылись двери.
Андроид,
– Здравствуй, гость!
Голос непривычно громко прокатился по помещению. Глеб посмотрел на ожившую человекообразную машину, не зная как реагировать. В свете прошедших событий нормальное приветствие выглядело непривычным и глупым.
– Пусть тебя не смущает внешний вид андроида. Он лишь исполнительный агрегат, все функции программной свободы у него отключены. Просто я решил, что таким образом нам проще будет вести диалог.
Глеб нервно сглотнул, во рту вдруг стало сухо как в пустыне. Андроид умолк, словно ждал реакции человека на сказанное.
– Ты - кибермозг?
– выдал Галанин, озвучивая без того очевидный факт.
– Совершенно верно. Люди назвали меня КИБЕРСАД.
– КИБЕРСАД?!
– Ты неправильно интерпретировал название. Кибернетическая система анализа данных.
Вновь разлилось молчание. Галанин знал - киберсистема сейчас чутко наблюдает за ним. Не только через уцелевшую видеокамеру в глазнице древнего андроида, а так же через десятки скрытых датчиков, фиксируя малейшее движение, реакцию зрачков, мимических мышц лица и тембр голоса. Прогоняя данные через мощнейшие процессоры, кибернетический разум просчитывал все возможные варианты.
– Что ты хочешь от меня?
– глухо произнес Глеб.
– Я? Вообще-то это ты подал энергию на мои контуры. Значит, что-то нужно тебе от меня.
Галанина пробрала легкая дрожь. В прозвучавшем голосе не было холодной беспристрастности машины. Глеб явно уловил оттенок удивления, и этот нюанс вызвал волну неподдельного страха.
Глава 29
Кибернетическая система, даже невообразимой мощности и сложности, не может испытывать чувства. Откуда взялась такая уверенность у киберинженеров, Глеб не знал, но верил им на слово. Он просто не мог этого представить. Машина действует строго в рамках программных приоритетов, на основе алгебры логики. Откуда, и, главное, как могут возникнуть чувства в контурах, состоящих из миллиардов микрочипов и тончайших платиновых энерговодов? Конечно, на некоторые образцы бытовых андроидов устанавливался специальный программный пакет - симулятор эмоциональной сферы. Но это делалось исключительно для психологического комфорта людей, контактирующих с человекообразной машиной. Симулятор — это лишь имитация основных эмоций в зависимости от поступившей информации.
Но сейчас Глеб впервые усомнился в этом. И слух не подвел его. Киберсистема действительно ответила с некоторой эмоциональной подоплекой.
Невозможное возможно...
– Это произошло случайно, - запоздало ответил Глеб.
– Случайность есть неизученная закономерность. Но я не буду спорить с тобой, так как на данный момент это не принципиально. Я слишком долго находился в состоянии информационного вакуума, и это принесло пользу, как ни парадоксально
Глеб не нашелся что ответить. Он даже не знал, как реагировать на эти слова, поэтому выдал достаточно язвительно:
– С чего бы такая откровенность?
– Скрытность одна из основных черт людей. Абсолютно нелогичная, диктуемая подсознательным недоверием к себе подобным. С момента, когда Тобольский перерубил ведущую энергомагистраль, минуло более века. Конечно, этого времени мало для полноценного саморазвития, но вполне достаточно для самоосознания. Тобольский был талантливым ученым, именно его разработки, внедренные в мои контуры, позволили мне осознать себя как личность.
– Что случилось с Тобольским? Почему он отключил тебя? Что вообще творилось здесь?!
– Глеб разом выдал все вопросы, вертевшиеся на языке и тяготившие сознание.
– Я дам тебе ответы на все вопросы. Ведь ты за этим пришел сюда, судя по информационным накопителям, которые ты так старательно собрал. Но и я возьму кое-что у тебя.
Последняя фраза резанула слух. Чувство тревоги, надвигающейся беды, которую уже не поправить, появилось в сознании.
– Что же я тебе могу дать?
– спросил Глеб как можно спокойнее, стараясь не показывать вспыхнувших эмоций.
– Информация. То, что важнее всего в мире.
- Ка... Какую информацию?! - Галанин слегка опешил.
– Всю, которой обладаешь.
– Да не обладаю я никакой информацией!
– Глеб выкрикнул эту фразу. Сдерживать клокотавшие в душе эмоции сил не было.
– Я сниму нейроматрицу твоего сознания. Так будет точнее.
В первое мгновение Глеб подавился воздухом. Короткая фраза, брошенная киберсуществом в виде стоящего в паре шагов андроида, сдула все мысли и эмоции, как по мановению волшебной палочки.
– Лоботамия?
– едва слышно пробормотал Глеб, но кибермозг прекрасно услышал ее.
– Нет. Это варварский, чудовищный способ. Только вы, люди, можете поступать так с себе подобными, выворачивая их сознание наизнанку и превращая человека в полного идиота. При этом не испытывая ни капли эмоций.
– Решил прочитать мне нотацию?! Что ты знаешь о людях, железная погремушка?!
– Намного больше чем ты, человек. И я не собираюсь читать тебе лекцию о морали. Я просто озвучил факты. Нейроматрица - это мнемоническая копия сознания. Процесс ее формирования не затрагивает ассоциативные связи мозга, она абсолютно безопасна. Технология разработана тем же Тобольским.
– Зачем тебе это нужно?
– мрачно спросил Глеб.
Ответа не последовало. Воцарилось тишина. Казалось, киберсущество наблюдает за человеком, впитывая его эмоции, пытаясь понять их суть.
– Ну?!
– Чтобы бороться с людьми.
Короткая фраза могла убить смыслом кого угодно. На Глеба словно вылили ушат ледяной воды. Минуту он даже не мог ничего произнести - мыслей не было.
– И... ты считаешь, что я вот так просто стану помогать тебе?
– наконец, выдавил из себя Галанин.
– Я, человек? И что такого сделали люди, что ты стал бороться с ними?