Потерянная невинность
Шрифт:
— Чем занимаешься? — поинтересовалась Эбби.
Сегодняшний праздник был одним из немногих дней в году, когда он позволял себе отдохнуть. Разумеется, если кому-то не требовалась срочная медицинская помощь, что немедленно отменяло отдых.
— Читаю в Интернете «Нью-Йорк таймс», — ответил он.
— Ну конечно, — поддразнила отца Эбби. — Кого ты пытаешься обмануть? Я знаю, что ты читаешь. Программу своих любимых сериалов.
Ее отец никогда не смотрел телевизор. Эбби могла поклясться, что если он и включал один из них после маминой
— Разве мы не встречаемся сегодня вечером у твоей сестры? — спросил он, на мгновение оторвав взгляд от монитора.
— Встречаемся. Я на минутку. — Подойдя к плите, она потрогала кофейник. — Этот кофе еще пригоден употреблению?
— Вчера он был свежим.
Налив немного в чашку, Эбби понюхала и кивнула.
— Все верно.
Отвернувшись от кофейника, она облокотилась о рабочий стол и снова обратилась к отцу.
— Папа, ты помнишь ту ночь, когда умерла Дева?
— М-м… — не разжимая губ и не отводя глаз от экрана, промычал он.
— Ты ведь знаешь, что в ту ночь Митч был здесь?
— М-м… Твоя мама мне об этом говорила.
Эбби уставилась на отца, возмущенная тем, что он на нее не смотрит.
— Папа, если тебе нетрудно, удели мне пару минут.
Это вышло гораздо резче и многозначительнее, чем она хотела, но, похоже, отец не усмотрел в этом ничего странного. Он отреагировал на призыв тем, что наконец-то поднял на нее глаза.
— Я слушаю тебя, Эбби, — произнес он. — Что случилось?
Она смотрела на этого крепкого, седоволосого, очень умного, трудолюбивого и уважаемого человека, приходящегося ей отцом, и ее сердце переполняла такая любовь к нему, что она едва не расплакалась. Как бы отстраненно он ни держался последние семнадцать лет, это не стерло из ее памяти предыдущие годы любви и заботы. У нее чуть было не вырвалось: «Папа, мне тебя не хватает», — по она сдержалась, зная, что пока не готова к тому, что могло последовать за этим признанием.
— Почему ты спрашиваешь меня об этой девушке, Эбби?
Она пожала плечами.
— Потому что я никогда тебя о ней не спрашивала?
Он улыбнулся.
— Это вопрос?
— Нет. — Эбби улыбнулась в ответ. — Я объясняю, почему вдруг затрагиваю эту тему. Я хочу о ней поговорить.
— Хорошо.
В его голосе прозвучала настороженность, но Эбби не была расположена к деликатности.
— Я хочу рассказать тебе о том, что запомнила о той ночи. — Не дождавшись реакции отца, она продолжала: — Мы с Митчем были у меня в комнате. Вы с мамой были у себя. В какой-то момент Митч, не включая свет, спустился вниз. Нам было кое-что нужно. — Ей показалось, что отец знает, что им понадобилось, поэтому она заспешила, чтобы поскорее с этим покончить. — Когда он вышел из комнаты, я услышала, как у вас в спальне зазвонил
Она замолчала, и отец кивнул, приглашая ее продолжать.
— Я выскочила за дверь и спросила тебя, что происходит, но ты сказал, чтобы я ложилась спать, и спустился вниз.
— Кажется, я это помню, — снова кивнул отец.
— Папа, после этого я уже никогда не видела Митча.
Он опустил глаза, и Эбби показалось, что он забыл о ней, снова погрузившись в Интернет. Но тут он поднял голову и уставился на чудесный майский день за окном.
— Папа, ты его видел? В ту ночь, в доме? Или, может, позже?
— Нет, Эбби, я в последний раз видел Митча вечером, за обедом.
— Ах да, я запомнила кое-что еще, — спохватилась Эбби. — Когда я вернулась к себе, я увидела приближающийся к дому свет фар и услышала шум машины… или грузовика. Это была она? То есть, я хочу спросить, это был Натан, который привез ее сюда, в твою клинику?
— Полагаю, что да.
— Папа, что произошло потом? Он сам занес ее в дом? Это Натан звонил тебе ночью? Ты знал, что он приедет? Ты знал, что они нашли на своем пастбище мертвую девушку?
— На все эти вопросы, Эбби, есть один ответ: да. — Отец откашлялся. — Если ты хочешь знать, что произошло потом, я могу рассказать то, что помню. Я попросил его занести ее в одну из смотровых комнат, но мы оба знали, что она мертва. Разумеется, Натан это определил, как только ее нашел. Поэтому все, что мне оставалось, — это оставить ее там до утра. А потом ее забрали Мак-Лафлины.
Отец замолчал.
— И это все? — настаивала Эбби. — Больше ничего?
— Это все, Эбби. Почему ты думаешь, что должно было быть что-то еще?
Эбби снова почувствовала, что к глазам подступают слезы, но с усилием сглотнула комок в горле и приказала себе успокоиться.
— Я не знаю. Просто я задавалась вопросом… что, если Митч это все увидел… возможно, это его потрясло… и я не знаю…
Отец растерянно смотрел на нее.
— Наверное, я до сих пор пытаюсь понять, почему он уехал, — призналась Эбби. — Хотя, когда я произношу все это вслух, это звучит как полный бред. То есть, я хочу сказать, это, конечно, ужасно — увидеть убитого человека, но само по себе это не причина для того, чтобы уехать из дома с тем, чтобы уже никогда не вернуться.
— Пожалуй, да.
В голосе отца снова зазвучала настороженность.
— Папа, ты ведь знаешь, что я тут ни при чем? Что бы ни говорила обо мне Надин, это неправда.
— Эбби… — Отцу явно было не по себе. — Ну конечно же, я это знаю.
Она отвернулась и, пытаясь скрыть от него свои переживания, начала заваривать свежий кофе. Она пыталась убедить себя, что это просто смешно — так волноваться, вспоминая события семнадцатилетней давности. Вымыв кофеварку и вставив в нее новый фильтр, она засыпала свежий кофе, нажала кнопку «пуск» и снова обратилась к отцу: