Потеря поля
Шрифт:
Я начала отходить.
Парень рассмеялся. Это был глубокий, веселый смех.
— Боже, ну и банальщина.
Я остановилась.
— Футбол в вечер пятницы, чертовы ковбойские сапоги с джинсовой юбкой, куртки-леттерманы [4] на плечах девушек, при такой-то жаре. О, и ковбеллы. Не могу не упомянуть про них. Они бесценны.
Парень закончил свою тираду и достал зажигалку. Зажегся маленький огонек, и он поднес сигарету к губам.
— Не вызывай копов, Дейзи Мэй. Это просто обычная
4
Университетская куртка, она же бейсбольная, она же varsity jacket, она же letterman jacket — классический атрибут американских школьных и университетских спортсменов. Это короткая куртка с контрастными рукавами, стеганой подкладкой, коротким трикотажным воротником, манжетами и поясом-резинкой.
Я должна была уйти и забыть об этом. Но тут парень сдвинулся, и свет фонаря на поле, проглядывающий над трибунами, осветил его и я смогла лучше его разглядеть. Он не казался опасным. Был высоким, стройным. Я заметила, что что-то блеснуло в его ушах и, что его белокурые волосы были намного длиннее, чем мне показалось раньше. Они были заправлены за уши. Но его одежда выделялась больше всего. Он не был одет как парень из Лоутона. Скорее напоминал мне кого-то из эпизодов «Беверли-Хиллз 90210». И он называл нас банальными?
— Который из тех болванов твой? Должно быть, кто-то из них. Ты глаз не спускаешь с поля. Я заметил тебя, потому что ты потрясающая, но ты и так это знаешь. Я видел много красивых женщин. Не то чтобы ты была уникальна, но я замечаю, когда люди ведут себя не по правилам. На тебе костюм Дейзи Мэй, но ты отличаешься от остальных. Тебе плевать на одиночество, и ты не проверяешь, смотрят ли на тебя люди. Черт, я наблюдал за тобой больше часа, а ты ни разу не посмотрела в мою сторону. Чертовски увлекательно.
Мне не нравился этот парень. Уйти было лучшей идеей. Но парень прав. Я была одна, и мне пришлось бы вернуться туда, пока они все взволнованно говорили о двух тачдаунах, и набивали рты начос.
— Кто ты такой? — спросила я вместо этого.
Парень усмехнулся и сделал еще пару шагов на свет. Теперь я ясно его видела. Его ярко-зеленые глаза были неестественными и скорее всего это линзы. Если нет, то парень инопланетян или, возможно, вампир, и я только что попала в одну из своих книг о паранормальных явлениях, которые так любила. Держу пари, это просто контактные линзы.
— Все еще нужен ответ, или ты знаешь? — спросил он.
Откуда, черт возьми, я могу его знать?
— Мы никогда не встречались. Я бы запомнила твой фальшивый цвет глаз и серьги с бриллиантами, — ответила я более раздраженным тоном, чем хотела.
Незнакомец провел рукой по лицу и подавил смешок.
— Этот городок действительно устарел. Скажи-ка, у вас у всех есть смартфоны, или все еще пользуетесь раскладушками? Или еще лучше, стационарными телефонами?
Никогда в жизни у меня не было такого странного разговора. Парень перескакивал с одной темы на другую. Перерыв подходил к концу, и мне нужно
Я повернулась и пошла прочь.
— Тот, который хромает, твой, — крикнул он.
Теперь я не была уверена, что этот парень безопасен. Он был немного жутковат со своими знаниями. Вроде сталкера.
— Он единственный на том поле, кто хотел бы оказаться в другом месте.
С этим не поспоришь. Но ведь я изучала Нэша всю ночь. Обращала внимание на язык его тела. Волновалась за него. Как об этом узнал этот парень?
Я снова посмотрела на него.
— Кто ты такой? — потребовала я.
Незнакомец наклонил голову и провел рукой по своим длинным волосам, как модель в рекламе. Это было странно и раздражало одновременно. Он реально без ума от себя. Парень, как мужская версия Блейкли. Вот только я бы предположила, что он умнее. Этот разговор был самым странным в моей жизни на сегодняшний день, но парень не показался мне пустоголовым болваном. Я уже начала беспокоиться, что он серийный убийца, с его глубокими наблюдениями и интересом к незнакомым людям.
— Ты когда-нибудь смотрела «Ютуб»? Или люди здесь не знают, что такое интернет? — То, как он спросил последнюю часть, было очень плохой имитацией протяжного произношения. Как будто он смеялся над тем, как мы здесь разговаривали.
— Ты, должно быть, самый грубый человек, с которым я когда-либо разговаривала, — ответила я. — Конечно, у нас есть смартфоны, мы используем персональные ноутбуки в классе, все наши учебники в сети, и, хотя я не смотрю «Ютуб», но знаю, что это такое. Моя мама постоянно смотрит кулинарные уроки.
После того как сказала все это, мне захотелось взять свои слова обратно. Я должна была уйти. Этот парень не в себе и выглядит подозрительно. И мне следовало заткнуться и идти своей дорогой.
Табло зажужжало, завершая перерыв.
— Мне нужно идти, — сказала я, прежде чем быстро отойти от него.
Больше парень ничего не сказал. Я добралась до лестницы и направилась к своему месту, ни разу не оглянувшись, чтобы посмотреть, идет ли он за мной. Когда добралась наверх и села, я вдруг почувствовала благодарность за то, что меня окружают все эти люди. Это успокаивало. Как только взглядом нашла Нэша, он повернулся, чтобы посмотреть на меня, и улыбнулся. Я вздохнула с облегчением, что оказалась здесь и вернулась туда, где должна была быть. Нэш слегка отсалютовал мне и вернулся к разговору с Райкером, который стоял рядом с ним в полной боевой готовности.
Впервые за вечер я огляделась по сторонам. Я видела толпы людей, трясущих ковбеллы и синие трещотки, и в воздухе раздавались радостные крики в честь «Львов». Когда стала переводить взгляд на Нэша, он остановился на незнакомом парне в самом дальнем левом углу. Он не сидел, и никто, казалось, не замечал его. Его внимание было сосредоточено на мне.
Когда незнакомец увидел, что я смотрю на него, то ухмыльнулся и кивнул головой в сторону поля в направлении Нэша, а затем ушел. И я была несказанно рада этому.