Потерпевшие кораблекрушение
Шрифт:
– Вот значит, какова благодарность за помощь, - процедил я. – Не нужно, Сэнга, я сам справлюсь. К слову, не так я и боюсь смерти, а вот вы… - я сделал паузу, - как я бы хотел увидеть тот момент, когда до вас дойдёт, что всё кончено – смерть уже смотрит на вас. А ещё было бы неплохо, чтобы смерть пришла с моим лицом. Прощайте.
Я сел на край настила, свесив ноги в воду, потом перевернулся животом на плот и аккуратно без всплеска оказался в воде полностью. Потом оттолкнулся от плота и заскользил по водной глади подальше от недружелюбных новых знакомых. Мимоходом пожалел об окончании своей речи. Как-то мелочно
«И пайку утреннюю не получил, может с её помощью и подольше продержался бы, - невесело подумал я. – Или, хотя бы нужно было забрать накидку и сунуть моток лески с крючком в карман. Так у меня были шансы даже жить на воде: с помощью плёнки соорудил бы карманный, так сказать, опреснитель, а снасть обеспечила бы меня едой.
Хорошо ещё, что из-за высокого содержания соли в воде я неплохо держался на её поверхности. Плотность моря нивелировала моё неумение нормально плавать. Вроде бы на Земле самое солёное – это Красное море. Я даже был там, где по библейской мифологии евреи прошли по дну залива, уходя от своих угнетателей. Вода там и в самом деле сильно отличается от того же Чёрного моря и Азовского. Если мне память не изменяет, то в том заливе, где я трижды провёл свой отпуск, солёность воды была порядка сорока процентов с копейками. Тогда здесь все шестьдесят или больше.
Ранки на теле – ссадины и царапины, вскоре стали гореть огнём, когда от воды размякла короста на них, и соль добралась до чистого мяса.
«Зато обеззараживание отличное», - мысленно подбодрил я себя, гоня мысли об акулах, которые в моём мире могли учуять каплю свежей крови за километр.
В воде я болтался уже около часа. Кроме зуда от соли в царапинах меня стала донимать жажда. Зато страх перед чудищами Саха притупился или я просто устал бояться. К тому же, рядом со мной даже мелкой рыбёшки не проплыло, словно в этих водах всё мертво, как в пресловутом Мёртвом на Земле.
«А был ли мальчик?», - хмыкнул я, подразумевая все те рассказы и страхи про местный аналог Чернобыля и Фукусимы, которые услышал от Сэнги, когда знакомился с биографией обитателей плота.
– Го…и…н …а! …о…и Ю..а!
Я даже не сразу поверил, что слышу человеческий голос. В первый момент подумал, что это от жажды и жары появились галлюцинации.
– Госп… Юра!
Так, а ведь, это меня зовут, и голос вроде бы принадлежит Сэнге. Да и удивительно в этом месте встретить своего тёзку и девушку с точно таким же акцентом, как у моей помощницы по ремонту плота.
«Не может быть, чтобы у этих куриц проснулась совесть, - мелькнула мысль. – Или там случился бунт, и кое-кто отправился искать меня самостоятельно? Интересно, а как-то обойти магические клятвы и ритуалы возможно?».
– Го…и …а!
Пока гадал, голос стал удаляться. В этой дымке, всё искажающей вокруг – от зрительной картинки до звуков, было совсем не просто ориентироваться. А вот потеряться – легче простого.
– Эге-гей! – заорал я и даже попробовал приподняться в воде, чтобы осмотреться. – Сэ... аббллблуа-а…
Закономерно всё закончилось тем, что я с головой ушёл под воду и глотнул её вместо воздуха.
– Господин Юра!
В следующий раз, когда я услышал голос Сэнги,
– Уф… спасибо… Сэнга, - отдуваясь, произнёс я. – Какими судьбами тут? Сбежала?
– Госпожа Ласка согласна передать меня вам в обмен на секрет пресной воды, - произнесла она быстро. При этом выглядела она крайне напряжённой и, я бы сказал, испуганной даже.
– Что такое? – поинтересовался я и осмотрелся по сторонам, потом до меня дошло. – Боишься хищников? Так нет их здесь. Я тут вон сколько пробыл в воде и даже мелкой рыбёшки не увидел, они сами людей боятся, наверное.
– Я видела, - ответила та и налегла на вёсла, направив лодку только одной ей известным маршрутом. Может быть, ориентируясь по той невидимой магической ниточке, что связывала её и Ласку. – Несколько раз проплывали совсем рядом. Наверное, не напали только потому, что я на вашей лодке.
Девушка, пока искала меня, раз десять замирала от страха и выпускала из слабеющих ладоней вёсла, когда перед носом и рядом с бортами вспухал водяной бугор от проплывающего монстра. Иногда лодку даже приподнимало такими волнами, а один раз из воды совсем рядом показалась чёрная спина с коротким мощным плавником, которая лишь чуть-чуть уступала по ширине резиновому плавсредству.
Служанка считала, что твари не нападают, так как в моей лодке находится защитный амулет, точно такой же, как на плоту. Или странный материал обработан особым алхимическим составом, который отпугивает даже хищников Саха. И нечто подобное я держу при себе (или же одежда имеет те же особенности, как и лодка), раз при первой встрече никто на меня не позарился, когда находился без сознания и сейчас сумел столько времени провести в одной одежде.
А вот я сам предполагал кое-что другое.
Я для этого мира чужд, точно так же, как обитатели Саха чужды девушкам на плоту. Вот местные хищники и сторонятся меня, на животных инстинктах опасаясь чужеродности, исходящей от моей ауры.
Я устроился на скамейке и посмотрел на свою спасительницу:
– Что дальше, Сэнга?
Та опустил взгляд в пол, и торопливо проговорила, быстро работая вёслами в стремлении поскорее оказаться под защитой амулета на плоту, который ей был понятнее и казался надёжнее, чем мои вещи:
– Возвращаемся на плот, там госпожа Ласка проведёт ритуал передачи меня вам. Только вы сначала поклянётесь, что точно добудете пресную воду.
Я только хмыкнул в ответ и покачал головой.
– Что ж раньше-то не начали с этого? Мне уже как-то и неохота возвращаться в этот балаган и серпентарий. Сама же видела, что ни одна тварь меня не тронула.
Девушка после моих слов даже перестала грести и с удивлением посмотрела на меня.
– Да я так, к слову это сказал, - махнул я рукой. – Не подумай ничего такого. Всё-таки, на плоту мне удобнее и приятнее, чем плавать в этой жутко солёной воде.