Потайной ход
Шрифт:
Я сел на тот же семьдесят четвертый автобус, который снова чудесным образом подбросил меня к дому в конце Грейндж-роуд, где находился клуб. Дверь была открыта, старик подметал пол.
— Что вам нужно? — строго спросил он. — Бар открывается ровно в двенадцать.
— Меня направил сюда один человек, — ответил я.
Другой на его месте поинтересовался бы, кто именно меня сюда послал. Во всяком случае, я ждал этого. А он просто пересек комнату, открыл дверь и крикнул что-то кому-то, видимо, по-польски. Оттуда ответили. Старик жестом
— Вас ждет человек, — произнес он.
А ждал меня не кто иной, как Павел, который взобрался на высокий стул у стойки бара и напоминал эльфа, сидящего на шляпке поганки. Он весело оскалился:
— Нашел?
— Нашел. Павел, ваш дом...
— Конечно, конечно. Его обшарили? Ждал этого, очень ждал. Видел людей, значит, должен уйти. Вы умно нашли меня.
— Не слишком умно. Вначале я подумал, что вас убили.
— Теперь знаете — я в порядке. Вы видели книги?
— Да, на полу.
— Не важно где. Вы нашли лист в церкви Чада?
— Да.
— Это я положил его туда.
— Я так и понял. Никто другой не мог этого сделать.
— И вы тут!
— И я тут. Но что мне это дает? В конце концов, у вас есть для меня что-нибудь от Питеркина?
— От Питеркина?
Я редко выхожу из себя. Но на этот раз так вспылил, что даже не помогли попытки сосчитать до десяти. Я схватил Павла за лацканы пиджака и проревел ему в лицо, чтобы он вел честную игру и перестал врать.
— Что я вру? — недоуменно спросил он.
— А то, — орал я, — что, по вашим словам, вы видели Питеркина всего один раз.
Он лукаво посмотрел на меня.
— Может, и два раза...
— Вторая встреча, — прошипел я сквозь стиснутые зубы, — произошла около трех лет назад.
— Примерно.
— Когда он явился сюда с этим треклятым листом, — продолжал я. — Он оставил все у вас и дал вам соответствующие инструкции, так?
Павел кивнул.
— Он сказал, что однажды сюда приду я, поскольку я на тридцать лет моложе и у меня больше шансов дожить. Правильно?
Он снова кивнул.
— Он требовал, чтобы сначала вы полностью убедились, что я — это я, что я настойчив и у меня есть деньги.
— Правда. Абсолютная правда.
— И в то время как все, в том числе Алекс и ее мать, его гражданская жена, думали, что старина Питеркин покоряет вершины Черногории, он был в Йоркшире, за двадцать пять тысяч километров от нее, прокладывал тот самый замысловатый путь, по которому после него должен был пойти я. Почему, Павел?
— Почему спрашиваете?
— Потому что уже существовал план, как сохранить тайну Питеркина. Его разработал лично Бодински. Бумаги должны быть спрятаны в монастыре. Очень надежное место.
— Монастырь закрыт, — поспешно ответил Павел. — Найти Петра было очень трудно, но Бодински нашел. Мы ждали. Петру нужны деньги, чтобы приехать. Мы нашли деньги. Приехал Петр. Взял бумаги из тайника и спрятал в другом месте.
— Где?
— Здесь, — произнес Павел. — У меня в руках.
Движением
— Читайте и изучайте, — сказал Павел.
— Вы знаете, что там?
— Нет, я не хочу знать ничего.
— Я могу прочитать их прямо здесь?
— Конечно.
— Павел, скажите, есть что-либо существенное в той книге, о которой вы вчера специально упомянули? О богах и прочем? — спросил я.
— Вы сами должны догадаться. А меня с этой минуты здесь больше нет.
— Ну почему же вас здесь нет? Вы здесь.
Эльф покачал головой.
— Я сделал все, что должен был сделать. Теперь у меня каникулы. Уеду навещу друзей, «Ариэль-сквер-четыре» не догонят. Вернусь, когда все закончится. Только тогда.
Он встал и исчез, и вскоре я услышал, как где-то вдалеке с ревом оживает его мотоцикл. Секунда — и он умчится, а я оглянулся вокруг в поисках ножа, чтобы вскрыть конверт...
Глава 12
Я разорвал конверт. В нем лежали исписанные рукой Питеркина страницы.
"Я еще раз приехал в Соединенное Королевство, потому что знал, монастырь закрылся. Бумаги необходимо отправить в другое место. Свою тайну я должен сохранить и передать другим.
Но сначала подумал, ведь прошло очень много лет. Может, моя тайна уже потеряла свою значимость? Возможно, ее уже не стоит так оберегать. Все это следует узнать. Но нужны деньги, а у меня их нет. Я вспомнил о человеке из тюрьмы Фримантл. Он как-то рассказывал мне, как извлекать деньги из американцев. Американец, говорил он, очень умен у себя дома, но глуп во время отпуска. Я всю свою жизнь был честным человеком. Если находил монетку на земле, оглядывался, нет ли поблизости человека, который уронил ее. Выплачивал налоги с заработной платы, платил владельцу дома, занимал и отдавал. Всегда был в стороне от неприятностей. Когда дураки старались ограбить меня, я боролся с ними и постепенно научился обманывать, применяя их хитрости.
Я много думал обо всем, что происходит там, на моей родине. Теперь генеральным секретарем стал Никита Сергеевич Хрущев. Может, все стало по-другому и я могу не прятаться, я свободен, могу открыто жить с женой и дочерью, ничего и никого не опасаясь.
Когда Кеннеди начал войну с Кубой, я прикинул, не открыть ли свою тайну США. Я не мог на это решиться. Пусть никаких секретов не существовало уже, я буду хранить в тайне все, что со мной произошло много лет назад.
Чтобы достать много денег, я купил золото. Использовал свои сбережения, сделал самородок, как меня научили, разыскал американцев. Их было полно во Фримантле, некоторые очень богатые на яхтах. Это было хорошее время, счастливое, легкое. Я продал много самородков, а потом меня разоблачила американка. Я не рассказывал раньше об этом трюке с самородком. Но теперь расскажу.