Потапов, к доске!
Шрифт:
— Чтоб вас, окаянных! Ни днём, ни ночью от вас покою нет. То хоть в школе полдня сидят, а летом так цельный день гам стоит. А ну марш отсюда. Ведь что удумали, прямо под окнами орут.
Когда их прогнали ещё из двух мест, Лёха спросил:
— А может, можно без криков?
— Ты что, это ж самое главное! Классно у нас получается! Видал, как все задёргались?
Так или иначе, но тренироваться возле дома им не давали, и ребята решили пойти на пустырь, который чудом сохранился среди высотных домов. Это было самое подходящее место для устрашающих криков. «Каратисты» орали и брыкались до тех
Наконец Женька решил, что крики у них отработаны, и перешёл к показу самих приёмов. Он встал в позу и велел Лёхе идти на него с воображаемым ножом.
Рослый Лёха двинулся на маленького, щуплого Женьку, но тот бесстрашно подскочил к превосходящему по силе противнику, схватил его за руку и крутанул изо всех сил. От неожиданности Лёха рванулся в сторону, и Женька упал.
«Учитель» подскочил и, отряхиваясь, набросился на ученика.
— Ты что делаешь? Тебе сказали с ножом идти, вот и иди. И нечего дёргаться. Весь приём испортил!
— Я же не нарочно, — оправдывался Лёха.
— Ладно. Давай лучше я на тебя пойду, а ты обороняйся. Только по-настоящему обороняйся, а не дёргайся, как параличный, — приказал Женька.
Лёха встал в позу. Женька наскочил на него и в тот же миг опять оказался на земле.
— Ты что, издеваешься? — не на шутку рассердился Женька, потирая ушибленную коленку. — Ты нарочно, да?
— Сам сказал обороняться, — пожал плечами Лёха.
— Вот именно, я тебе человеческим языком сказал: «Обороняйся», а ты что руками размахался?
— Откуда я знаю, как надо обороняться?
— То-то и оно, что не знаешь. Оборониться нормально не может, а туда же, в спецназовцы метит, — пробурчал Женька. — Смотри, как надо. Я на тебя прыгаю и хватаю за руку. Ты пытаешься вырваться…
Лёха попытался. Женька свалился и ушиб вторую коленку.
— Всё, с меня хватит! — с обидой крикнул тренер. — Я для него стараюсь, приёмам обучаю, а он — на тебе, специально всё портит.
— Да не специально я, ну честное слово. Женька, давай ещё разочек попробуем, — взмолился Лёха.
— Ладно, объясняю последний раз, для особо тупых, — съязвил Женька и опять пошёл в наступление.
Он схватил Лёху и стал заламывать ему руку за спину, но тщетно.
— Ты что, не видишь, что я тебе руку заламываю? — прошипел Женька.
— Ну вижу, — как ни в чём не бывало ответил Лёха.
— А чего тогда стоишь, как пень? По приёму ты руку должен назад завести.
— Так бы сразу и сказал.
Следующий приём начался удачно. Лёха согнул руку, Женька его заломал и, как полагается, прыгнул сверху. Лёха помнил, что дёргаться нельзя, поэтому, собрав все силы, стоял, стараясь не шевелиться. Женька болтался у него на спине, конвульсивно дёргая ногами и пытаясь свалить непонятливого ученика на землю. Наконец он не выдержал и закричал:
— Падай! Падай, кому говорят!
Лёха выпрямился, при этом чуть было не упал Женька.
— Тут же грязно, — возразил Лёха.
— А ты как хотел, и приёмы освоить, и ни разу не упасть? Это тебе не шуточки. Хочешь в схватке побеждать, можно и испачкаться.
Ради такого дела стоило помучиться, и Лёха согласился. Обучение ему давалось с трудом. Он совсем не умел обороняться, но оказалось, что нападает ещё хуже. На руках и ногах
— На сегодня хватит, а то ты, наверно, устал.
Друзья побрели домой. Они шли молча. Женька опирался о Лёху, а Лёха думал, до чего же трудно помнить все приёмы, чтобы не забыть, когда нагнуться, а когда упасть. Словно прочитав его мысли, Женька дружески кивнул ему и ободряюще сказал:
— Ничего, Лёха, и у тебя когда-нибудь получится. Тяжело в учении…
Рецепт
Хор
В новом учебном году в школе начали работать секция баскетбола, школа современного танца, клуб любителей литературы, кружок «Умелые руки» и хор. В общем, в свободное время каждый мог выбрать занятие по интересу. Многие ребята стали подумывать, куда записаться. Женька с Лёхой тоже не остались в стороне, но неожиданно выяснилось, что интересы у неразлучных друзей не совпадают. Лёха загорелся секцией баскетбола, тем более что учитель физкультуры пообещал взять его в школьную сборную.
Зато Женька ненавидел баскетбол всей душой. Мало того что он никогда не мог попасть в корзину, ещё хуже обстояло дело с передачей мяча. Однажды он попробовал принять пас и до сих пор вспоминал об этом с содроганием. Ему показалось, что его в живот протаранило не мячом, а пушечным ядром. С того раза Женька благоразумно пытался увернуться от подачи. Сначала это вызывало негодование команды, но потом все привыкли и просто просили незадачливого игрока не путаться под ногами. Это сильно унижало Женькино достоинство, но он рассудил, что здоровье дороже.
Вместо баскетбола Женька предложил записаться в клуб любителей литературы, к тому же занятия у них должен был вести настоящий поэт, но при одном упоминании о стихах Лёху охватила смертная тоска. Он твёрдо заявил, что ему и уроков литературы хватает с лихвой, чтобы ещё портить себе свободное время.
Друзья зашли в тупик, и в этот момент к ним обратилась Лена Синицына. Она всегда была активисткой, что называется, в каждой бочке затычка. На этот раз её назначили ответственной за хор, ведь она ходила в музыкальную школу.