Потанцуй со мной!
Шрифт:
В это же время в другой квартире состоялся похожий разговор.
— Ну что, встретил? — Димон лениво повернулся. Почти весь день он провалялся на диване у телевизора и половину этого времени просто проспал — загулы в ночных клубах не прошли даром, теперь днем он постоянно дремал и никак не мог отоспаться.
— Да, — коротко бросил Витек, подходя к платяному шкафу.
— Ну, и?
— Ты о чем?
— Не о чем, а о ком! Об этой девчонке, третьей близняшке. Как она тебе?
— Как она мне? Да ничего особенного.
— На
— Нечто среднее. Да я не разглядел ее толком… — Витек рылся в шкафу. — Собственно, там и разглядывать-то было нечего. Девчонка как девчонка. Самая обычная. Такую один раз встретишь, в другой раз не узнаешь.
— Ну, а она? Приняла тебя за меня?
— Все, как договаривались! Называет меня Димой, считает чуть ли не братом и все такое.
— Отлично! Спасибо, друг, выручил. А то я уже не знал, куда мне прятаться от этих назойливых девиц. Одолели! Хоть одну на тебя спихнул. Да ты чего ищешь-то?
— Так, рубашку одну… Хотел свою сменить, несвежая уже.
— И куда же это ты собрался в свежей рубашке?
— Сбегаю в школу, может, они уже проверили алгебру.
— Дело, — кивнул Димон, натягивая на себя плед. — Если там чего выше трех, с тебя причитается!
— Будет, будет, — пообещал Витек. — Кстати, я решил с бальными завязать.
— Ты серьезно? — Димон с интересом посмотрел на приятеля. — Не гонишь?
— Не гоню. Больше не могу этой слащавой лабудой заниматься.
— А как же выпускной? Ты же каждый год там выступал.
— Выступал, а теперь не буду.
— Директриса с ума сойдет! Как это: ее любимый Витек — и не выступает.
— Пусть сходит, это ее проблемы.
— А Наташка? Она что говорит?
— Она еще не знает, — уклончиво ответил Витек. — А на выпускном я могу и с брейком выступить.
— О! Отлично! Давай на пару сбацаем! Я даже знаю, какой танец мы сделаем, — Димон вскочил было, чтобы тут же начать демонстрировать давно уже вынашиваемую композицию, но Витек остановил его.
— Конечно, сбацаем! Только не сейчас. Отдохни, лады? Я скоро приду, тогда все и обсудим.
— Иди, иди! А я еще немножко покемарю. Тут по ящику какой-то мужик не то Некрасова читает, не то Шекспира, усыпляет почище димедрола! — Димон снова натянул на себя плед и щелкнул кнопкой на телевизионном пульте.
— Спи, спи, — проговорил Витек, пряча за спиной чехол с бальным костюмом. — Расслабляйся.
Впадая в сладкую дремоту, Димон блаженно улыбался. Как хорошо стало все после того, как он помирился с Урловым! Классный парень Витек, и почему он так его ненавидел? Настоящий друг, вытащил. За экзамен теперь будет не меньше четырех, от сестер избавился, и партнер для брейка теперь есть, а больше ему ничего и не надо.
…В этот вечер Тина вернулась домой с большим букетом розовых тюльпанов. Она поставила цветы в вазу и, сев рядом, долго ими любовалась. Но сестры
— Твой кавалер, никак, школьную клумбу оборвал, — обратилась Марфа к Тине. — Там точно такие же вчера высадили.
— Именно, — кивнула Аглая. — Уж не мог купить!
— Ничего он не обрывал! — обиженно буркнула Тина. Она унесла цветы с собой в спальню и поставила на подоконник у изголовья.
— Не нравится мне вся эта таинственность! — покачала головой Марфа, нарезая на кухне хлеб для бутербродов. — Убегает на целый вечер, ничего не рассказывает…
— Да, на Тинку не похоже, — согласилась Аглая. — Чтобы эта болтушка столько молчала — это что-то новенькое!
— А может, она влюбилась? — предположила Марфа.
— Вот и я боюсь, — вздохнула Аглая.
Сестры поняли друг друга. Еще недавно они были бы рады свести младшенькую с Димоном. Но теперь, в свете последних событий, их отношение к нему резко переменилось. Они называли его не иначе, как «этот тип», да и вообще в своих разговорах старались не упоминать его имя. Димон разочаровал их, особенно после примирения с Урловым.
Глава 14 Сестры начинают ссориться
Фамилии Урлов и Утехин, как всегда, стояли в списке рядом, и против каждой была проставлена пятерка. Йес! Димон ликовал. Он сделал это! У него получилось! Никогда еще у него не было таких оценок за контрольные, и видеть пятерку рядом со своей фамилией оказалось неожиданно приятно. Когда вернувшийся накануне вечером Витек сообщил, что оценки еще не вывесили, он было приуныл: а вдруг их афера не удалась! Теперь же оказалось, что у них все получилось даже лучше, чем планировалось.
— Не ожидал, Дима, не ожидал! — это был голос Сыча. Димон обернулся — учитель растроганно поправлял очки и широко улыбался. — Безупречная работа! Таких в классе только две — ваша и Виктора Урлова. Даже у Светлова были кое-какие недочеты. Все-таки я вас чему-то научил! Пятерка за такую сложную работу — это наша с вами общая большая победа.
Он жал Димону руку, а тот старательно прятал глаза, чувствуя стыд и радость одновременно. Оказывается, Сыч знает, как его зовут! Ну, ничего. Зато он, Димон, не только приблизился к Казантипу, но и утер нос веселой компашке. Он уже представлял, как сообщит этим умникам о пятерке и как вытянутся у них лица!
Он нашел в списке их фамилии — у Светляка и Лайки, конечно, пятерки, у этой толстой — четвертак, а у Вовика — так и вовсе тройбан! Теперь его отец гайки закрутит, к машине и близко не подпустит. Да только так ему и надо! Нечего было отрываться от настоящих друзей. Если бы этот предатель был с ними, они бы с Витьком и ему пятерочку устроили!
«Предатель» вместе с остальной компанией не замедлил появиться возле списка.
— Ты посмотри, что творится! Сыч, гад, тройбан влепил! — возмущался Вовика. — По полной программе обломал!