Постыдное ремесло
Шрифт:
Замок располагался на берегу озера, и эта водная преграда защищала поместье с юга. Но, с трех других сторон к замку подходил лес, да и между озером и замковым комплексом была полоса берега. Этой ночью темные лезли с трех сторон, вываливаясь из леса, и продвигаясь по берегу вдоль водной глади. Лансу удалось их рассмотреть: это были существа, очень похожие на людей, вернее, на огромных обезьян со зверскими мордами, и торчащими из пастей клыками, с кожей синего или красного цвета, поросшей шерстью. При этом, одеты эти уродцы были как воины —
— Орки! — констатировал Элвин, вглядываясь в нападавших слезящимися от ветра глазами.
Ланс знал об этой расе, живущей где-то в горных лесах на севере. Иногда орки встречались и на землях Монии, где не жили, но бывали по своим делам — например, приходили покупать доспехи и оружие. Про эту расу было известно следующее: они очень сильные, агрессивные, упрямые, нелюдимые и тупые. В Монии орки не нападали ни на кого, и вели себя хоть и не дружелюбно, но мирно — в империи было запрещены битвы, драки и боевое применение магии, и этот запрет строго соблюдался. Разрешены были только дуэли, а воевать могли лишь солдаты Тигриала, и воины из армии аристократов — последние, на своих землях.
Наказания за нарушения были суровыми, поэтому и местные жители, и пришлые гости не осмеливались преступать закон.
Солдаты замка медленно отступали под натиском орков, которых было необычно много — казалось, замок окружают потоки красно — синей лавы.
— Стража не справиться! — заметил принц.
— Отец, идите внутрь! — произнесла Оделия, и добавила — И вы, граф, тоже!
Эльвин кивнул, и увел ничего не понимающего Ланселота со стены.
Оделия запела без слов, сначала тихо, но тревожно. Солдаты бросились бежать, и укрылись в замке. А с озера поднялись, и потянулись прочь сонные лебеди. Голос девушки звучал все громче и громче, и тревога в нем сменилась грозным предупреждением.
На озере поднялись гигантские волны, с громом обрушивающие на берега, лес шумел, деревья раскачивались, как от сильнейшего урагана, стены замка дрожали, а темные падали замертво, корчась в муках…
Ланс впервые увидел работу боевого мага, и понял, что его знания и умения ничто, по сравнению со способностями Оделии. И догадался, почему, несколько дней назад, так легко одолел темных — принцесса и тогда пела. Лансу стало стыдно — он так гордился своей быстрой победой, так выделывался и хорохорился перед девушкой…
После битвы, когда нападавшие были уничтожены и рассеяны, солдаты собрали и погрузили в телеги трупы орков, и отвезли подальше от замка, что бы сжечь. Оделия, уставшая и выдохшаяся, ушла спать, а Эльвин пригласил Ланселота в свой кабинет — выпить вина.
— Что-то новое! — сказал принц, сделав глоток из бокала — Организованная атака организованного войска!
— Да, видимо война вышла на новый уровень! — задумчиво произнес Ланс.
— Нападавшие не выглядели голодными, и усталыми, и не за едой они перли на замок! — продолжил Монийский — Крепкое справное
Граф опять согласился.
Тогда Барно и понял, чем он должен заниматься. Не откладывая, он написал письмо Тигриалу, командующему армией, с пожеланием вступить в ее ряды. Через несколько дней пришел ответ. Ланселот ждал его, и надеялся на положительное решение, но получив и прочитав растерялся — он не ожидал, что это случится так быстро!
Ланс не хотел расставаться с Оделией, и боялся оставлять ее одну, учитывая постоянные атаки на замок темных. Но, приглашение от Тигриала, ответившего графу лично, получено, и отступить от принятого решения невозможно!
ГЛАВА ШЕСТНАДЦАТАЯ
…Утром, выйдя из своей спальни, Оделия обнаружила у дверей Ланселота, в дорожной одежде, в нетерпении расхаживающего по комнате.
— Ты куда — то собрался? — удивленно спросила она.
— Я написал маршалу. Написал, что хочу вступить в армию. Не говорил тебе, пока не получил ответ — не был уверен, что он согласится, ведь командующий не любит аристократов, хотя сам из такой семьи. Вот, сегодня пришло письмо от него.
Ланс протянул Оделии бумагу, она прочла, и расстроилась.
— Я бы отправилась с тобой! Армии нужны маги. Но мне необходимо защищать поместье и замок. Отец стар, и один он не сможет этого делать!
Она помолчала.
— Значит, тебя уже ждут?
— Да, скоро наступление, я должен прибыть до его начала.
Оделия опять взглянула на письмо.
— Но, у тебя еще три дня… Ты так спешишь?
— Прости, любимая, хочу перед отъездом побывать дома. Получить благословение родителей, увидеть Гвен. Я соскучился по ней, по сестренке!
Про то, что ему нужно еще и разобраться с заговорщика, граф предпочел не рассказывать.
Принцесса улыбнулась, хотя ей хотелось плакать.
— Конечно, тебе надо съездить в поместье! — произнесла она — Я дам людей, и сама провожу до границы своих земель. Ты отправляешься прямо сейчас?
Ланселот подошел к принцессе и взял ее за руку.
— Оделия, любовь моя! — он помолчал и продолжил — Могу ли я попросить тебя стать моей женой, после войны, когда я вернусь?
— После войны?
— Да. Всякое может случится. Не хочу, что бы ты была связана обязательствами — вдруг я не вернусь… Или, стану калекой. Не нужно, напрасных ожиданий.
Оделия не ответила. Отвернувшись, она смотрела на виднеющееся в окно озеро.
Ланселот отпустил ее руку и отступил.
— Прости… Зря я… — сказал он.
— Ланс! — произнесла девушка — Я согласна быть твоей женой, но сейчас. Не хочу ждать конца войны!
— Но…
— Ничего с тобой не случится, потому что я буду ждать!
— А согласие императора? — спросил Ланс.
— Мы можем держать наш брак в тайне! — ответила принцесса.
Ланселот опустился на колено и поцеловал руку Оделии.