Постпаломники
Шрифт:
— Как вы думаете, почему запрещено покидать города?
Я пожал плечами.
— Запрещено и всё. Опасно, — У меня не было настроения говорить на эту тему.
— Но вот вы одиннадцать лет водите людей, и много опасного встретили?
Я снова пожал плечами.
— Диких встречал.
Глаза певички заблестели.
— И какие они? Как выглядят?
— Как люди, потерявшие человеческий облик. Йети там, неандертальцы… хватит, — Я жестом прервал новый вопрос Илаи, и та сделала обиженное личико.
Тер Бакстер первым ушёл спать. Из темноты
Ко мне сразу же подсел Артур.
— Терри ведёт себя подозрительно. Ему можно доверять? — спросил он шёпотом.
— Вполне. Я всегда проверяю своих клиентов, случайных людей не беру на «экскурсии».
Во взгляде спичрайтора читалось сомнение. Он повернулся к остальным.
— А вы что скажете?
— Странный он, — поёжилась Илая.
— Да бросьте, — добродушно сказал Василий и сделал хороший глоток их термоса. — Нормальный мужик. Чуть с приветом, но разве мы тут не все такие?
Артур сдержанно хмыкнул, поправил очки. Илая сделала задумчивое лицо. По-моему, ей такое не идёт.
Утром, когда все ещё спали, я достал из рюкзака пистолет и переложил в карман.
Остальные проснулись через пару часов после рассвета. Тер Бакстер был готов через десять минут, Василий — через пятнадцать. Артур долго возился со спальником — никак не мог уместить его на дно рюкзака, пока не помог инженер. Певичка умылась, расчесала зелёные волосы, успела пожаловаться на отсутствие нормального зеркала. Затем долго растеряно ходила вокруг спального мешка. Скорее всего, ждала, пока кто-нибудь из мужчин поможет. Василий не оставил девушку в беде.
Выдвинулись мы через полчаса. До Санаксара оставалось немного.
К полудню лес кончился, мы вышли к заброшенной дороге. Через трещины в разбитом асфальте густо росла трава.
— Вау! — Илая провела ладонью по дороге, будто погладила кота. — Настоящий асфальт! Никогда не видела! О, тут даже разметка сохранилась!
Но взгляды остальных были прикованы к горизонту. Уже отсюда хорошо виднелись развалины.
— Это оно? — вполголоса спросил Василий, прикрывая ладонью глаза. — Красиво.
Тер Бакстер хмыкнул, сорвал высокую травинку, сунул в рот. Артур окинул его недовольным взглядом поверх стёкол.
— Вам не нравится, Тер?… — Он успел вовремя остановится, заметив, как Тер Бакстер поднял бровь.
— Симпатично, — ответил тот, правда, смотрел он в этот момент на Илаю.
Я не люблю открытые пространства: сложнее прятаться — профессиональная фобия. Я сощурился. На этот раз объект — развалины Санаксарского монастыря. За свою историю он несколько раз открывался и закрывался, пока сорок лет назад не был окончательно заброшен. Ценности вывезены, купола сняты, колокола переплавлены. Теперь это просто остовы зданий.
В один из моментов нашего приближения к монастырю, солнце скрылось за верхушкой колокольни и осветило её словно нимб. Сзади послышался восторженный вздох Илаи. Да что там, даже меня это не смогло оставить равнодушным.
— Чувствую
— Ага. Пост, — усмехнулся Василий.
— Простите?
— Говорю, постпаломником.
Мы подошли к главному входу — сводчатой арке под колокольней. Я поднял руку, останавливая клиентов.
— Бросайте поклажу. Берите только фонари.
— А можно немного раздеться, очень жарко? — протянула Илая.
Лица Артура и Василия говорили, что они были бы не прочь на это посмотреть. Тер Бакстер сбросил рюкзак, ладонью откинул шляпу назад — та повисла на спине, — мотнул пышными волосами. В руке появился фонарь. Бакстер выжидательно посмотрел на остальных. Мужчины опомнились, скинули вещи. Илая разочаровано поджала губки. Даже за протянутый фонарик поблагодарила Василия сдержано, без всегдашней кокетливости.
Окна зияли чёрными провалами. Кое-где часть стен обрушилась, открывая взглядам внутренности зданий. Илая, уже забыв про недавнюю обиду, увлечённо фотографировала.
— Ярослав, а тут могут быть Дикие? — взволновано (и, как мне показалось, с надеждой) спросила она.
Я огляделся. Перед экспедицией я всегда скрупулёзно собираю данные на объект. Да, Дикие могли быть в этом районе, но беглый осмотр не выдавал следов их присутсвия. О чём и сказал Илае. Та заметно погрустнела, но лишь на секунду.
Неподалёку от входа, во внутреннем дворике валялся ржавый остов грузовика. На кабину, поставив ноги на капот, уселся Тер Бакстер.
Группа потихоньку разбредалась. Василий изъявил желание подняться на колокольню. Оценив риск, я разрешил. Илая с камерой убежала за развалины храма. Оттуда тянуло речной свежестью — монастырь стоял на крутом повороте Мокшы, извилистой и слишком быстрой для равнинной реки. Артур поначалу держался меня, но оставаться наедине, наверное, не хотел, ушёл рассматривать кельи.
Только Тер Бакстер продолжал сидеть на кабине грузовика.
— Какой вид! — Прокричал Василий с колокольни. — Степные просторы, лесные дали, речное раздолье… Потрясающе! Хоть стихи пиши!
Тер Бакстер внимательно рассматривал его, сощурившись от солнца. Инженер опустил голову, взглянул на нас.
— Хоть убейте, не понимаю, чего тут запретного? Почему нельзя хотя бы экскурсии водить в такие места? Это же, как минимум, история!
Он посмотрел на небо, развел руки в стороны и закричал.
— Эхе-хей!!!
Долго, протяжно. Кричал от восторга — редкая черта. Мне даже показалось, что Василий может спрыгнуть от избытка чувств, но нет. Как мало человеку надо для счастья. Со второго этажа здания келий высунулся Артур, очки пустили солнечных зайчиков. Он растеряно поводил взглядом по двору, соображая, кто и почему кричал. Видимо, понял и вновь скрылся. Тер Бакстер выплюнул травинку и закурил.
Я так и стоял посреди внутреннего двора. Куда-то идти не хотелось. Хоть, по контракту должен следить за клиентами, но за всеми не уследишь. Тут хоть Тер Бакстер на виду, формальности соблюдены.