Постапокалипсис
Шрифт:
— Кажется, происходит что-то странное, — нервно сказала она, со страхом в глазах глядя на мужа. — По радио ни один канал не работает. Телефон тоже молчит. Андрей, что происходит?
— Не поддавайся панике, дорогая. Скоро мы будем далеко отсюда.
Инна откинулась на сиденье. Как он может просить меня не нервничать, если сам не в духе? Всё катится к чёрту.
— У меня такое предчувствие, будто граница будет закрыта, — произнесла она.
— Да брось ты.
— Я говорю серьёзно, Андрей. Если они отключили все источники связи с внешним миром, то лишь потому, что не хотят всеобщей паники. А значит, и граница будет
— Ладно. — Андрей перевёл дыхание, затем продолжил:- Держу пари, так поступают и в других приграничных с Россией странах. Эффект паники может спровоцировать волнения среди остальных стран, что только усугубит обстановку с ядерными ракетами. Если сейчас всенародной панике позволить выбраться наружу, это может послужить толчком для резких необдуманных действий со стороны ядерных держав. Ведь не только США направляет свои ракеты в нашу сторону, но и другие страны тоже наготове. Сейчас лучшие умы планеты бьются над тем, как уладить российско-американский конфликт, а паника может только усугубить их положение.
— Какой ты у меня умный, Андрей Трубач. — Инна погладила мужа по голове. — Вот только расскажи мне, наконец, почему ты решил ехать именно на Украину.
— А куда ещё? На Восток ехать нельзя- впереди Россия. В Польшу тоже не вариант- там военные базы НАТО. Да и вообще Прибалтика не самое безопасное место на земле. Остаётся Украина. Слава богу, её территория позволяет найти место для дальнейшего путешествия. Вот и всё.
— Теперь понятно. Я больше переживаю за наших мальчиков. Они не готовы для этого.
— Инна, никто не готов.
Впереди у них был долгий путь в неизвестности, в котором могло случиться всё самое плохое, что можно себе представить. Но даже этого не достаточно, чтобы переварить тот кошмар, который грозит жителям всей планеты. Прыжок в бездну ещё не сделан, а значит, ещё есть шанс на спасение. Судьба человечества находится в чьих-то руках, так неужели этот кто-то позволит миру прекратить своё существование? В этом случае не должно быть альтернатив. Должна быть лишь цель, стимул, способный преодолеть все трудности
Глава 2
2. Последние часы Кремля
Это была самая бессонная ночь для жителей российской столицы. После извещения о взрыве бомбы в Тихом океане, Москва ожила в один момент. Беспорядки поглотили всю территорию города. Все вокзалы и аэропорты были забиты до отказа. Люди тонули в непрекращающейся давке. В момент образовавшиеся автомобильные пробки не позволяли людям покинуть столицу. Лишь некоторым это удавалось. Народ был не просто шокирован, он одичал. Теряя своих близких, люди шли на всё, только бы оказаться как можно дальше от Москвы. С этого момента здесь было не безопасно.
Президент сидел во главе стола, гордо вскинув голову перед кабинетом министров, находящемся в полном составе. Никто уже не помнил о субординации. Их совещание больше напоминало разрушенный муравейник, чем дисциплинированный штат сотрудников высшей власти. Все вокруг спорили и ругались, возлагая ответственность на происходящее на что угодно, только не на себя. Рядовые сотрудники постоянно подносили на стол всё новые и новые доклады, в спешке печатавшиеся на нижних этажах, что со временем создало большую груду бумаг, разобраться в которых было почти невозможно. Министр обороны и директор ФСБ в один голос трубили о том, что министерство обороны США специально
Перекрикивая всех остальных министров, глава правительства предлагал экстренные меры по налаживанию контактов с их заокеанскими коллегами, но его слова тонули в непрерывных спорах остальных участников совещания. Президент начинал выходить из себя. В конце концов, он с размаха хлопнул по столу, устремив грозный взгляд на сидящих перед ним людей.
— Прекратите, наконец, этот бессмысленный базар! — взревел разгорячённый глава государства. — Пока вы тут выясняете отношения, крупнейшие державы мира хотят обрушить на нас бомбовые удары невиданной силы. Соблюдайте дисциплину, господа. Дестабилизация обстановки только на руку нашим врагам. А мы ведь даже не знаем наверняка кто этот враг.
Все в момент умолкли. Президент окинул взглядом всех присутствующих, затем продолжил:
— Через десять минут мне надо выступать перед прессой, поэтому, давайте вкратце расставим всё по своим местам. — Он протянул своему пресс-секретарю несколько листков бумаг. — Это отчёты о наших военных ресурсах. Немедленно распространите эти документы во все возможные СМИ, в том числе зарубежные. На Западе должны понимать, что мы открыты для диалога. Это даст им пищу для размышлений, а мы выиграем немного времени.
Пресс-секретарь взял документы и пулей выскочил из кабинета.
— Теперь хотелось бы выслушать МИД, только, по сути.
Министр иностранных дел нервно протирал свои дорогие очки. Слова президента заставили его встряхнуться. Он сделал несколько тяжёлых вздохов, пытаясь быстро обдумать свои слова президенту, но он был так взволнован, что ничего более грамотного, чем в итоге сказал, никак не приходило ему на ум.
— Видите ли, господин президент, наладить связь с руководством Соединённых Штатов пока не удаётся. Там отказываются от диалога. А в Европе дела обстоят ещё хуже. Там чётко дали понять, что пока будет решаться судьба России, мы должны воздержаться от каких либо действий. По правде говоря, я и сам толком не могу понять, что это значит.
— Тогда я вам скажу. — Это был голос с другого конца стола. Все устремили взгляды на немолодого мужчину, развалившегося в кресле. Многие его не знали, но президент как-то порозовел в лице, увидев этого человека в кабинете, в котором допуск дают лишь высшим чинам.
Генерал Эйсмонт, командующий секретной разведывательной организацией, контролирующей ядерный щит Российской Федерации. Такие люди навсегда остаются инкогнито в российской разведке, и даже глава ФСБ не имеет допуска к их личности, но этот генерал пренебрёг правилами и вышел из тени прямо у всех на глазах. Такое поведение должно быть чем-то обусловлено, иначе, зачем человеку-призраку понадобилось появляться на публике. Либо у генерала есть ответы на волнующие всех вопросы, либо есть конкретные предложения, допускающие использование средств его профессиональной деятельности. Наверно, если бы его здесь не было, президент так не волновался бы. Но, увы. В нём было либо спасение, либо крах.