Послевкусие
Шрифт:
– Как тебя зовут?
– Сергей.
– Меня зовут Илона.
«Ну и имечко!» – подумал парень. А вслух сказал:
– Чудное имя, как и ты.
– Я чудо?
– Для меня ты чудо чудное. – Парень взял себя в руки, и речь его стала уверенной. – Тебе, наверное, часто говорят об этом?
– Часто. – Илона кивнула прелестной головкой. Её волосы почти касались пола. Официантка подошла к их столику.
– Чем вас порадовать? – обратилась она к парню. Глаза её, словно карандашом вокруг предмета на бумаге, обвели его крепкий силуэт.
– Фреш
Девушка и бровью не повела в сторону Белоснежки, но что-то черкнула в блокноте.
– И… – Она смотрела на юношу.
– А что бы вы взяли для себя в своём заведении? – Сергей даже не открыл лежащее перед ним меню.
– Чизкейк с творогом и вишней, – не задумываясь, ответила официантка.
– Два чизкейка и два зелёного чая с лимоном.
Ни разу не взглянув на Илону, официантка пошла от их столика с явными глазами на затылке. Она представляла, как парень смотрит ей вслед, и старательно держала прямо спину, делая при этом маленькие шажки. Эффектный бант белого фартука выгодно подчёркивал женскую фигуру сзади. Это совершенно точно! Она смотрела сегодня себя в зеркало так, что в шее хрустнуло. Сергей, напротив, не посмел смотреть вслед официантке.
– Ты ей понравился. Мне тоже, – громко, с лёгкой досадой сказала Илона. – Кстати! И парню моему ты понравился. Я показывала ему тебя. Он был со мной здесь.
Сергея обдало жаром, но краснеть он не стал. Подышал глубоко, прошуршал пакетом, в котором лежали новые рубашки. Достал одну.
– Эту я надену, когда поведу тебя на летний каток.
Он достал вторую.
– Эту я надену, когда приглашу тебя в аквапарк. От хлора у меня краснеют глаза и становятся сухими. Но потерпим! – Он достал третью рубашку. – Эту я надену, когда приглашу тебя к себе в гости.
– Нужно будет купить ещё одну, белую рубашку.
Сергей красноречиво молчал, ожидая объяснения.
– Моя бабушка любит белые рубашки на мужчинах. И ты похож на моего дедушку в молодости. Я покажу тебе его фотографию. Ты удивишься! Вот будет сюрприз для бабушки! – Глаза Белоснежки сверкали от удовольствия.
– Ты тоже мне понравилась. Я понравился тебе. Куда денем твоего парня? Или я третий лишний?
«Какая прелесть! Казался таким паинькой», – размышляла девушка.
Илона взяла паузу. Любила она заводить парней, но Сергей не знал об этом и был рассержен не на шутку. И какие могут быть шутки, он третий лишний!
– Я отвечу тебе, – мягко сказала Илона. – Вчера я была здесь со своим парнем. У нас договорённость. Пока у меня не появится новый парень, он будет сопровождать меня в общественные заведения. Эти условия поставила моя бабушка. Видимо, она ему подыгрывает, надеясь на то, что мы продолжим наши отношения. Мы расстались по обоюдному согласию. Странно звучит, но это так и есть. Сегодня я сбежала. И от него, и от обязательств, и от бабушки, и от жары.
Сергей почему-то сразу поверил в чужую бабушку. Он тоже не отпустил бы Илону одну в общественные места.
Он
– Не получается есть пластмассовой вилкой. Всё роняю и крошу. – Девушка с отвращением отодвинула от себя столовые приборы из пластмассы.
Лифт из стекла и зеркала беззвучно распахнул двери прямо напротив «Шоколадницы». Из лифта вышли Борис Николаевич и его новая женщина. Они только что сдали пакеты с покупками в камеру хранения и решили перекусить. Татьяна купила спортивный велюровый костюмчик серого цвета для дома и свободное платье из вискозы до пола. Блузку она ещё не нашла, а у Бориса Николаевича кончилось терпение.
– Ты сразу заметила этот костюм, почему не взяла, а обошла половину торгового центра?
– В другом отделе цена могла оказаться ниже.
Борис Николаевич задумался, отметил скромность и практичность новой женщины. Не стал говорить, чтобы она не думала о деньгах, как говорил бывшей жене. Раз его новая женщина считает деньги, это хорошо.
– Какие волосы у девушки! Посмотри, какая красота! – Татьяна теребила руку Бориса.
– Отпускай свои волосы и носи на здоровье.
Она вскинула на него удивлённые глаза.
– Распускать волосы такой длины позволительно только в юном возрасте.
Как ей удавалось быть всё время к нему прижатой? Если мужчина переводил глаза на спутницу, то в его сторону уже были обращены глаза женщины. Ей требовалось постоянное подтверждение того, что её слышат, видят и ощущают. Борис вспомнил Татьяну, сидящую напротив него в кабинете его друга, ветврача. Прямая спина, тихий голос, спокойный взгляд. Нельзя было сказать тогда, что в ней столько эмоций. Он вдруг почувствовал довольно крепкий укус чуть ниже плеча.
– Ты о ком задумался?
– Ты голодная, раз кусаешься. Пойдём, я тебя покормлю.
– Должна тебе признаться, что я кусачая. Люблю это дело и не могу заставить себя прекратить. Конечно, не до крови.
Татьяна увидела вывеску «Блинчики» и тут же забыла про ресторан.
– Давай наедимся блинов с мясом и сладкие возьмём блины со сметаной! У меня уже слюнки текут. Дома их готовить в такую жару невозможно.
– Ты серьёзно?
Мужчина привык слышать и от жены, и от других женщин, что блины они не едят.
– Серьёзно. Обожаю блины. У тебя проблемы с поджелудочной железой, тебе нельзя?
– Да нет. Блины так блины.
Сергей за своим столиком не знал куда деться. Отец Маши сейчас увидит его в обществе красивой девушки, тогда как он должен быть на пути в Москву к его дочери. После первой встречи с Белоснежкой, он не звонил Маше, и она не звонила ему.
– Добрый вечер, Борис Николаевич, – грустно и вяло произнёс Сергей. Привстал для приличия.
– Здравствуй. Садись, ты не в школе.