Последыш
Шрифт:
— Вас оставили одних? Боже! Вы же из одного помета?
— Ну да.
— Где же вы росли?
— В детском доме, — с готовностью ответила Ника. Один раз прокатило с Никаноровной, значит, и сейчас сойдет.
— Вот это да… А вы знаете… Как вы вообще существовали? Как перекидывались? Неужели вы не знали…
— Да знали мы, что оборотни, — отмахнулась Ника. — Когда в детдом попали, мы смутно помнили, как перекидывались, потом нам кто-то запретил, потому что вокруг жило много людей и это было опасно. То есть нам так объяснили. — На ходу придумывала Ника. — В детдоме не перекидывались. Потом нам там надоело и мы сюда ушли жить
— И вы не можете найти свою стаю? — голос Вики дрогнул. Похоже, она не понимала, как можно существовать вне родной стаи. Выходило, остаться одним это просто ужасно.
— А как найти? — изумилась Ника, распахивая руки и радуясь, что смогла не крикнуть: «А зачем»?
— Мы не знали, как искать, — подтвердила Мария сквозь занавеску.
— Нужно было обратиться в любою стаю из ближайших! Они помогли бы найти ваших!
Вот уже чего не хватало! Ника с трудом подавила дрожь. Эта активная незнакомка никак не уймется.
— Мы не знали, что тут рядом кто-то живет.
Вика покачала головой, а потом изумлено выдохнула:
— Бедняжки. Вы жили тут совсем одни?! Может, вы даже не знали, что на свете есть другие оборотни? И немало! Наверное, вы думали, что во всем мире одни-одинешеньки и никогда не встретите себе подобных. Это ужасно!
В ее глазах показались слезы. Девчонка действительно их жалела. Удивительное дело.
«Что же тут ужасного?», — хотелось спросить Нике, но вместо этого она осторожно спросила:
— Так ты тут одна?
Вика потеряно кивнула головой, но через секунду добавила:
— Из лагеря я позвоню братьям, чтобы приехали.
Мария судорожно вздохнула, Ника покосилась на нее, взглядом умоляя молчать и не лезть в разговор.
— А зачем звонить братьям? — спокойно спросила она.
— Ну как же… — хлюпнула носом Вика. — Вы тут живете в таких ужасных условиях, совсем одни, так же нельзя! Ходите, как бомжихи. Не знаете, что есть другие оборотни. Стаю свою потеряли! Наверное, кто-то нагулял на стороне с человеческой женщиной и бросил, думал, люди родятся. А родились вы. Я не могу вас бросить. Попрошу папу, возьмем вас к себе, а потом найдем вашу стаю. У отца есть переносная библиотека, ну, сравнивать запахи. Там все стаи нашего континента и несколько зарубежных. Обнюхаете и найдете своих. А если не найдете, наша стая вас удочерит!
— Хорошо, хорошо, — поспешила согласиться Ника — и почувствовала, как крепко вцепилась в плечо рука сестры. Еле сдержалась, чтобы ее не сбросить. — Сколько времени нужно, чтобы твои братья сюда добрались?
— Чтобы взять образцы и приехать? — Вика вытерла глаза и немного успокоилась. — Думаю, завтра к обеду будут.
Ника с торжеством покосилась на Марию. Полно времени, чтобы сбежать!
— Хорошо, мы согласны! — ответила Ника, прикрывая глаза, которые победно блестели. Эта нервная незнакомка, которая придумала целую историю несчастных сестер, могла перестараться. Но как ее уговорить про них не болтать? В голову ничего не приходило.
— Конечно, согласны, — продолжала хлюпать носом гостья. — Вы ведь без стаи и пару свою никогда не встретите! Это ужасно.
Ника привычно пожала плечами.
— Тоже мне проблема.
— Ты что! — воскликнула Вика. — Как без пары. Вы же не люди. У оборотней — главное счастье пару найти. Если не найти, будешь тосковать остаток жизни. Дни станут серыми и пустыми. Отчего волки воют при луне? Это тоска
— Про что? — закосила под дурочку Ника.
— Что самое большое счастье оборотня — пара! Найти своего волка, и жить в гармонии, в маленьком раю до конца своих дней. Людям хватает денег и замены любви, потому что в них мало природы, а мы дети леса, нам нужна настоящая любовь, сногсшибательная, пламенная, одна и до конца времен!
Ника пожала плечами. Пятнадцать лет в стае — существуй эти пары, они с Марией давно бы знали. Нет никаких пар. Что за романтические бредни?
Виктория продолжала рассказывать:
— Вы что? Знаете, на что только не идут оборотни в поисках своей пары? Веками ищут свою единственную любовь. Днем и ночью, в жару и стужу. А если тебе уже стукнуло двести, а пару ты не нашел, все тебя жалеют. Таких оборотней несколько, их все знают, я сама живьем одного видела, Таскарния — он слонялся, как неприкаянный по гостиной и столько тоски в глазах… А есть еще один — Матай Росиати, так говорят, он ищет невесту вообще больше трехста лет! И совсем одеревенел, ничему не радуется. Вот так!
Двести? Триста?! Сестры были уверены, что проживут, как обычные люди лет семьдесят и то, если повезет. Какая-то ерунда в голове у этой Виктории, может, она не в своем уме?
— Чем старше оборотень, тем он несчастней без пары. Говорят, это просто пытка. Все они страдают.
— Угу. — Буркнула Ника. Меньше всего ее волновали страдания каких-то посторонних самцов.
— Мне их всех так жалко.
— Угу.
Понятно дело, она кого угодно до смерти может зажалеть, похоже.
— Что ты все угукаешь? Как будто тебе не интересно! А зря! Я ведь вам добра хочу. Поймите, теперь ваша жизнь изменится. Вам нужно научиться разбираться в оборотнях и стаях. Чем стаи отличаются, кто где альфа. Есть известные альфы, они даже в сети страницы ведут, каждый день селфи выкладывают. А есть скрытные. Вот этот Матай, о котором я раньше говорила, про него вообще никаких подробностей не известно, но их стаю все боятся. Вы точно не из нее.
— Почему это? — с искренним любопытством спросила Ника. Теперь, когда опасность миновала, потому что Вика ни чета озабоченным самцам, Ника расслабилась и даже болтала ногой, пока сидела на лавке.
— Они не пропустили бы рождение младенцев на стороне. Ты что! У них все там по нескольку веков живут, каждый ребенок на вес золота. Нет, вы точно не оттуда. Мне жаль.
Ника, честно сказать, не расстроилась.
— Сколько вам? — спросила Виктория.
Сестры переглянулись.
— Двадцать.
— Вы такие малышки, — теперь странная волчица почти плакала, потому что ее посетил очередной приступ горьких слез. А Ника-то думала, только у Марии глаза на мокром месте.
— А тебе сколько?
— Тридцать семь.
— Что? — протянула из-за спины Мария, Ника ничего сказать не смогла. — Ты не выглядишь на столько.
— Я же оборотень! Мы очень медленно стареем. Потому и к людям не привязываемся — они слишком мало живут. Оборотни должны жить среди своих.
Ника с Марией переглянулись — насколько они помнили, долгожителей в их стае не было. Или как посмотреть? Самки умирали рано, но почти всегда из-за родов, а самцы… кто его знает, сколько им было лет? Самцов всегда было больше, чем самок и они погибали обычно в результате драк, которые устраивали друг с другом в лесах или в результате пьянства.