Последыш Древних
Шрифт:
– Ломает! – выдохнул он. – Всего наизнанку выворачивает!
– Потерпи! Сейчас помогу!
Никаких целебных знаков Вайда я не знал. Но имелась обычная магия и заклятие исцеления, знакомое мне с детства, и я его применил. Зеленая магическая пыль осыпала майора, и он затих. Ну а мне предстояло разобраться с находившимися в доме рубайятцами и санитарками.
– Как тебя зовут? – подбегая к парадному входу, я окликнул одну из женщин.
– Маргата, – отозвалась молодка лет тридцати в порванной одежде.
– Живо! Собирай своих подруг и к раненым!
– Ага!
– Тогда бегом, а то сейчас здесь другие дружинники будут.
– Как скажете, господин. – Она кивнула и добавила: – В подвале госпожа Юна…
После этого санитарки, оборванные и с разбитыми в кровь лицами, поспешили к офицерам, а я обернулся к дому, из окон которого на меня смотрели ошалевшие рубайятцы, и услышал их крики:
– Это чародей!
– Братва, стрелами его!
– Какие стрелы?! Бежим за подмогой!
«Сейчас будет вам подмога», – замечая в проеме двери тень человека с луком, подумал я и потянулся к силе предков. Что именно применить, я не знал, положился на интуицию, и она выдала иероглиф Камень.
«Почему бы и нет? Камень так Камень», – я начал закачку энергии, а спустя пару секунд высвободил ее. В воздухе возник силуэт огромного булыжника, и раскрытыми ладонями я оттолкнул его прочь.
Ду-ду-хх!!! – магический камень снес часть стены и, похоронив под обломками большинство рубайятцев, прокатился по первому этажу и обвалил половину здания. Зрелище великолепное, и, на ходу напевая веселую песенку северных следопытов, я направился в подвал, выручать Юну Эстайн:
– Вот-ка! Вот-ка! Вот-ка! Вот-ка! Вот какой я молодец! Разудалый молодец!
В подвале, бывшем винном погребе, откуда прошлый хозяин заблаговременно вывез все ценное, было пыльно, но видимость оставалась нормальной, и я разглядел двух человек. На полу лежала полуобнаженная Юна Эстайн, шарившая вокруг себя руками в поисках опоры. Судя по всему, при ударе Камня в здание она приложилась головой о пустую бочку и приходила в себя. А второй человек оказался рубайятским дружинником. Он стоял на коленях, и у него в руке был зажат кинжал. Нормально. Могло быть и хуже. Слава богам, что Юна еще жива и не покалечена, а дружинник всего один. Толпу в замкнутом пространстве одолеть проблематично, поскольку у меня в магическом арсенале что ни знак, так массового поражения для ударов по площадям.
Прислонив трофейный меч, для которого у меня не было ножен, к стенке, я подошел к дружиннику и ногой ударил его в лицо. Хрустнул перебитый нос врага, и он, выронив оружие, перекувырнулся через себя, а затем завопил:
– Помо-ги-те!!!
Разумеется, его никто не услышал, а я подобрал кинжал, склонился над ним и воткнул клинок ему в горло. Кровь брызнула во все стороны и запачкала мою броню.
«Надо было ударить его со спины, чтобы не мазаться», – спокойно отметил я и увидел, что Юна пришла в себя.
– Ты в порядке? – Я подошел к девушке.
– Д-д-да… – заикаясь, пролепетала она.
– Тогда вставай и бегом за мной. Времени мало.
Несмотря на
Впрочем, она быстро пришла в себя, последовала за мной, и наружу я вышел первым. В руке меч, который я не собирался бросать, а в воздухе уже висел готовый к бою знак Ветер, которым можно было и стрелы отбить, и противника опрокинуть. Дармовая энергия, бери сколько хочешь без всяких откатов и вреда для здоровья, текла рядом, и оттого, что у меня все получалось, хотелось петь во все горло. Чувство всемогущества распирало изнутри, но я ему не поддавался, ибо понимал, что расслабляться нельзя. Никогда. И перед глазами был пример дальних родичей, повязанных эльфами, словно щенки. Да и меня, когда «черные клинки» пришли, спеленали без особых хлопот, и это урок. Сколько буду жить, столько буду помнить.
Наверху было относительно спокойно. Весь двор покрыт толстым слоем серой пыли, а в разрушенном здании стонали и в голос надрывались рубайятские вояки, придавленные камнями. От них я беды не ждал. Но рядом находились другие вражеские отряды, а самое главное – эльфийские чародеи, и я снова поторопил Юну:
– Не отставай! За мной!
Мы шмыгнули в сад и на аллее нашли своих. Санитарки суетились над офицерами, один из которых все-таки умер. Еще трое раненых еле шевелились. И только Агликано, несмотря на все испытания, которые выпали на его долю, был на ногах.
– Оттар, подойди! – позвал меня комбат.
Я подошел к нему, и он, харкнув на траву темным сгустком спекшейся крови, сказал:
– Ты нас спас, хотя я не понимаю, как это у тебя вышло. Но это пока и не важно. В любом случае ты молодец. Однако что дальше-то?
– Будем выбираться из города.
– Не получится. – Майор покачал головой. – Бабы раненых далеко не унесут, да и я вот-вот свалюсь. Так что поступим иначе.
– Как?
– Надо дворами выйти из центра города и остаться в каком-нибудь плохоньком домике. Эльфы и гномы город не удержат. Уже завтра к вечеру или послезавтра утром их выбьют, и нам надо немного пересидеть.
– Опасно.
– Конечно. Но иного выхода нет.
– Согласен с тобой, комбат. Вот только я с вами не останусь.
– Проблемы с «черными клинками»?
– Да.
– Понимаю тебя, поэтому удерживать не стану и вот что скажу. Когда уходить будешь, Юну с собой возьми. Она девка крепкая, далеко уйти сможет, а у нас шансы остаться незамеченными, честно говоря, невелики.
Неожиданно в разговор вклинилась целительница, находившаяся рядом:
– Нет! Я останусь с ранеными!