Последствия
Шрифт:
– Пора выходить из кабинета.
– Увидев, что она сидит неподвижно, добавил: - И если тебе интересно, то да, эта комната тоже под наблюдением, за исключением моего стола. Но мне открывается отличный вид на диван и это открытое пространство.
– Он гадко усмехнулся и жестом указал на один из ее самых худших кошмаров. То, от чего она пыталась отделаться. Теперь она знала, что та сцена с ее наказанием записана на видео и он ее просматривает!
– Клэр, мне нужно идти. Вылезай из кресла, сейчас же.
Она рассеянно встала, думая лишь о том, как удержать завтрак.
Вечером они ужинали на заднем дворе. Воздух был теплым, и было большим преимуществом, что они находились в тени. Двор выглядел идеально, как на картинке. Даже несмотря на недавнюю жару, сопровождавшуюся засухой, газон оставался пышным и зеленым, благодаря чудесам поливочной системы и смотрителю.
Сидя в расслабленной позе, Тони делал то, что она так презирала: говорил о своей поездке в Европу, времени в Нью-Йорке, - обо всем, кроме камер и видео. Клэр не могла понять, как он мог вести себя подобным образом, что-то говорить, а потом делать вид, что ничего не произошло. Ей же было трудно думать о чем-то еще. Аппетит пропал, и она едва притронулась к ужину.
Покончив с едой, Тони повел Клэр в домашний кинотеатр - ее отступление, место побега, танцев и пения. Но сегодня Тони не был намерен смотреть мюзикл. Он запрограммировал видеосистемы и ввел код доступа. Вдруг экран заполнили даты и места положения, например: "5 мая, 2010, юго-восточная комната". Он мог прокручивать различные даты и места. Там была не только ее комната, но и гаражи, кухня, фойе, лестница, театр, бассейн, юго-восточный коридор на втором этаже, на первом этаже и так далее.
В качестве унизительной формы пыток он выбрал "20 марта 2010, юго-восточная комната", а потом запрограммировал время. Он прокрутил еще, и время пошло на убыль: 9, 8, 7. Вернувшись к 8 утра, он нажал "ввод", и на огромном экране показалась комната Клэр. На ней был белый халат, и она лежала, свернувшись калачиком, возле двери. Клэр не нужно было смотреть, она и так прекрасно знала, что произойдет. А еще она знала, что Клэр на экране вся была покрыта синяками, ее волосы спутались, а в комнате царил хаос. Теперь она услышала писк, и дверь открылась. Услышав звук, Клэр на экране вскочила, вошел Тони.
– Доброе утро, Клэр.
Клэр на экране посмотрела на Тони.
– Доброе утро, Энтони. Хочу, чтобы ты знал, что я решила уйти домой. Я уйду отсюда сегодня.
Затем заговорил Тони, его темные глаза сияли. Он улыбался.
– Тебе не нравится твое жилище?
– Его улыбка стала шире.
– Не думаю, что ты уйдешь так скоро. Мы заключили юридически законное обязывающее соглашение.
– Теперь уже настоящая Клэр смотрела, как Тони на экране достал из кармана пиджака салфетку из бара и продолжил: - Датированное и подписанное нами обоими.
Клэр больше не хотела смотреть.
– Пожалуйста, Тони. Я не хочу это смотреть.
Она
– Я обещал просмотр. Я сказал, что ты будешь смотреть. И ты будешь смотреть.
Видео продолжалось в реальном времени. Клэр подняла взгляд именно тогда, когда услышала свой голос, очевидно, полный тревоги:
– Еще не конец. Это нелепо. Соглашение не дает тебе права насиловать меня! Я ухожу.
Зная, что последует дальше, Клэр закрыла глаза и услышала звук от удара ладони Тони по ее левой щеке. Ее собственные пальцы бессознательно дернулись в сторону левой щеки. Открыв глаза, она увидела себя, летящую на пол, и наступающего на нее Тони. Она снова закрыла глаза, слыша жестокий голос на экране:
– Возможно, со временем твоя память улучшится. Похоже, с этим проблемы. Позволь мне еще раз напомнить тебе, правило номер один - ты будешь делать все, что я тебе скажу. Если я сказал, конец дискуссии, значит это конец дискуссии. И это письменное соглашение гласит о том, что то, что доставляет мне удовольствие, является согласованным обоюдно, а не изнасилованием.
Настоящая Клэр по-прежнему держала глаза закрытыми. Она знала, что Тони на экране расправлял пиджак. Она слышала, как он продолжал говорить властным голосом:
– Я решил, что будет лучше, если ты какое-то время не будешь выходить из своего номера. Не беспокойся. У нас полно времени, 215 тысяч стоят этого времени.
Она опять открыла глаза и увидела, как Тони наступил на разбившийся хрусталь и снова заговорил таким тоном, что настоящая Клэр задрожала:
– Я скажу персоналу, что тебе можно принести завтрак после того, как будут убраны осколки.
Тони на экране вышел из комнаты Клэр.
– Пожалуйста, останови видео, - закричала Клэр.
Она не могла сдержаться.
– Пожалуйста, я больше не могу смотреть.
Наслаждаясь страданиями Клэр, Тони проговорил:
– О, у меня еще так много видеозаписей, что мы можем смотреть их часами.
– Он нажал какие-то кнопки и вернулся в меню.
– Например, - на экране возникла надпись "19 марта, 2010 года", - как твоя комната могла оказаться в таком состоянии? Уверен, мы могли бы это узнать.
– Пожалуйста!
– умоляла она.
У нее ныла голова, а живот скрутило в узел. Она не могла этого вынести. Она отчаянно пыталась это прекратить.
– Пожалуйста, завтра ты уезжаешь. Не лучше ли сегодняшний день потратить на съемку фильмов, чем на просмотр?
– Глаза у нее были красными и опухшими.
Тони в отчаянии ухмыльнулся. Его голос сквозил беспощадностью:
– Но, может, нам лучше посмотреть еще, узнать, где тебе нужно кое-что подправить.
– Я сделаю все, что ты скажешь, все, что захочешь, чтобы я сделала по-другому, только скажи мне. Но, пожалуйста, не заставляй меня смотреть.
– Теперь Клэр стояла перед Тони на коленях и плакала. Она ненавидела себя за то, что ей приходилось опускаться до мольбы, но эти видео нарушали ее выстроенную защиту. Как она могла прятать эти ужасные воспоминания, если он заставлял ее их смотреть?