Последствия

Ромиг Алеата

Молодая девушка вышла из комнаты. Клэр сделала себе мысленную пометку:

"Опасаться воскресений".

Клэр робко подошла к зеркалам в ванной. Приспустив мягкий халат, она увидела на спине длинные красные полосы и новые синяки. Нет, она не заплакала. Она закипела от злости. Конечно, эта злость была направлена на него, да и на нее саму. Ей хотелось, чтобы этот кошмар закончился, но она не могла найти решения. Клэр не привыкла ощущать беспомощность, и она ей не нравилась. Единственным правильным решением для нее сейчас было проявлять твердость до тех пор, пока не появится удобный случай.

В одиннадцать пятьдесят семь Клэр постучала в дверь кабинета Энтони. Дверь открылась, и он

оторвал взгляд от стола.

– Доброе утро, Клэр.

Вежливо улыбаясь, она ответила:

– Доброе утро, Энтони, надеюсь, что все еще утро.

Взглянув в его глаза, девушка задалась вопросом, кем же сегодня он будет. Шагнув в кабинет, Клэр остановилась перед столом в том же самом месте, где двадцать четыре часа назад разыгралась ужасающая сцена его ярости и доминирования. Она стояла с прямой спиной, вздернутым подбородком и приклеенной к губам улыбкой. Блузка, которую она выбрала, и макияж прикрывали видимые свидетельства событий предыдущего дня. Энтони сидел молча и изучал ее. От тишины ей стало неловко. Она молилась, чтобы он не услышал, как быстро колотится ее сердце, или не заметил ее потные ладони. Когда-то давно Клэр узнала, что неловкое молчание являлись техникой, применяемой на собеседованиях. Но она не прервет тишину первой.

Наконец, он произнес:

– Думаю, ты права, еще целых две минуты.

Глаза Энтони, казалось, посветлели. Клэр вздохнула свободнее и улыбнулась. Она пришла вовремя.

– Обед принесут через несколько минут. Я подумал, что мы обсудим некоторые проблемы, с которыми столкнулась наша деловая сделка.

Мужчина поднялся с кресла и направился к Клэр. Она стояла на месте и, выпрямив шею, наблюдала за тем, как он обогнул большой стол и, сделав несколько шагов, остановился лишь в нескольких сантиметрах от нее. Она чувствовала запах его одеколона, ей лишь нужно было поднять голову вверх, чтобы увидеть его лицо. Он ничего не сказал, но жестом дал понять, чтобы они двигались к столу переговоров, где он приготовил для нее стул. Сам же он сел во главе стола по правую руку от Клэр. В комнате было тихо, Клэр думала про себя о том, насколько его джентльменское поведение было фарсом?

– Проблемы? Я не совсем понимаю, о чем ты говоришь.

Прежде чем ответить, он откинулся назад и окинул взглядом Клэр. В ее глазах горел огонь, и она обладала большей смелостью, чем половина президентов его многих компаний. После всего того, что он ей устроил, ему оставалось лишь поражаться ее стойкости.

– Я не был уверен, что сегодня ты придешь сюда.

– Не знала, что у меня был выбор. Полагаю, мои рабочие обязанности включают в себя выполнение того, что мне говорят.

– Правильно. Что ж, тебя оказывается еще можно обучить.

Он очень тщательно подбирал слова.

Губы Клэр дернулись, но сама она оставалась спокойной. Расстройство лишь послужит потере самообладания и даст ему возможность воспользоваться этим. Он может взять контроль в свои руки, но, ей-богу, добровольно она его не отдаст.

– Я стараюсь изо всех сил. А теперь, что за проблемы?

Раздался стук, дверь в кабинет открылась, и занесли обед. Они сидели молча, пока молодая девушка раскладывала перед ними еду. Спросив у мистера Роулингса, нужно ли им что-нибудь еще, и услышав, что в настоящее время все в порядке, та вышла из кабинета и закрыла за собой дверь.

– Проблемы, да. На деловую сделку я потратил 215 тысяч долларов. Я заключаю сделки, которые сулят мне прибыль. И за свои деньги я ожидал более высокого дохода, чем получил за последние три недели.

Если эта информация должна было шокировать Клэр, то этого не произошло. Она небрежно взяла вилку, наколола кусочек брокколи и, положив его в рот, ответила:

– Полагаю, вчера ты успешно увеличил свой возврат.
– И накалывая еще один кусочек, добавила: - Кроме того, разве не ты решил, что твои деловые вклады будут заперты

в течение почти двух недель?

Она съела еще брокколи. Одна часть Клэр боялась расплаты, в то время как другая считала, что он по достоинству оценит ее браваду.

– Это правда. Я начинаю считать, что оно того стоило, учитывая то, что я сейчас наблюдаю. – Произнося свои слова, он следил за выражением ее лица.
– У нас ведь нет сроков завершения соглашения.

Клэр не знала, стоило ей радоваться по поводу того, что он был впечатлен. Кроме всего прочего, девушка полагала, что было бы неплохо установить хоть приблизительный срок договоренности, но не сказала ни того, ни другого. Вместо этого она произнесла:

– Тогда, очевидно, проблемы решены.

Клэр чувствовала, что проявила достаточно уважения, чтобы избежать конфронтации, но и достаточно нетерпеливости, чтобы продемонстрировать свою гибкость. Она видела светло-коричневый блеск вокруг его зрачков, каким-то образом зная, что он не вспылит. Клэр научится читать его. Они вернулись к еде.

Девушка позволила Энтони вести большую часть разговора, в течение которого мужчина обсудил с ней несколько правил внутреннего распорядка. Ей разрешалось бродить по дому, однако, во избежание других проблем, ей запрещалось выходить на улицу или рассматривать возможность покинуть территорию. Его кабинет и апартаменты также были под запретом. Ее график большую часть дня будет принадлежать ей, если только он или Кэтрин не скажут ей обратного. Дома он работал не так часто, но когда это происходило, ей требовалось находиться поблизости, в зоне его доступа, независимо от времени. В те дни, когда он будет в офисе, его единственным требованием будет лишь то, чтобы Клэр возвращалась в свою комнату к пяти часам вечера для получения вечерних распоряжений. Он очень занятой человек, поэтому не сможет каждый вечер приезжать домой, чтобы поужинать с ней. Тем не менее, по ночам он намеревался находиться дома, а значит, она получит все инструкции по поводу времени ужина, наряда и других его планов. Если Энтони будет в городе, то Клэр заранее получит инструкции о его намерениях посетить ее комнату и приблизительное время его приезда. Она, как подобает, отвечала на все его заявления.

Вернулась молодая девушка; убрав тарелки, она поставила на стол графин с кофе и две чашки. После еды у Клэр частенько возникала головная боль, и кофе сейчас был как нельзя кстати. Энтони сказал девушке, что они с мисс Клэр выпьют кофе на террасе, на что та поблагодарила его и унесла графин. С той экскурсии по дому Клэр не запомнила террасу.

Когда они вышли из кабинета, она не отставала от Энтони. Выйдя из главной части особняка, они прошли через арки позади большой лестницы, мимо гостиной, и вошли в комнату, полностью выполненную из стекла. Клэр стало немного дурно, пока ее глаза привыкали к солнечному свету, она вдыхала свежий весенний воздух. Комната была украшена яркой мебелью из ротанга с подушками, а также тропическими растениями. Энтони сел в кресло для двоих, а Клэр - на стул. По бокам помещение было открытым, впуская прохладный свежий ветер. Ее ложное спокойствие исчезло, когда, ощутив, как свежий весенний ветер развевает волосы, Клэр прислушивалась к тихим звукам природы.

Когда она была ребенком, ее отец, полицейский в Индианаполисе, знал, как сильно Клэр любила бывать на свежем воздухе. Каждую весну он возил ее в один из многочисленных парков штата. Они вместе проводили выходные, уходя в походы, вылавливая рыбу, разговаривая и гуляя. Дедушка, его отец, работал в ФБР, поэтому научил всех членов семьи проявлять осторожность. Однако по выходным он позволял Клэр верить, что она сама могла управлять их планами и приключениями. Вспомнив детские занятия, она улыбнулась, потому что большую часть управления и защиты выполнял все-таки отец. Аромат свежего весеннего воздуха принес ей воспоминания об этих приключениях, парящих в сознании Клэр.