Последняя Надежда

Князькова Нина

– … не мог сказать? Какого… я ее ищу по всей округе, а она у тебя шарашится?

Стоящий рядом Генка Корсаров пристально следил за тем, чтобы Догилев не бросился на Веньку с кулаками. Увидев меня, Корсаров расслабился и приветливо улыбнулся.

– Привет! – Поздоровался он.

– И тебе. Догилев заткнись. Я у Анны Николаевны живу. – И прошла мимо замолчавшего мужчины по направлению к дороге, где стояли две машины. Видимо, Гек решил предотвратить убийство, и не дал начальству искать меня одному.

Дошла я ровно до капота первой

машины, когда меня схватили за шкирку и как котенка забросили в салон на переднее сидение. Кажется, кто-то очень разозлился. Решила пока посидеть смирно и не провоцировать хрупкую мужскую психику на необдуманные действия.

Виталик сел за руль, резко развернул машину и повез меня в неизвестном направлении. А нет. В известном. К баб Нюре. Молча ждала, когда он остановит машину, чтобы выйти на улицу. Однако он заблокировал двери, едва нажал на тормоз.

– Выпусти меня. – Потребовала.

– Нет! – Резко отрезал он и впился в меня своими светло-карими глазами, которые как-то хищно поблескивали в свете ближайшего фонаря.

– Деструкция какая-то. – Проворчала, откидываясь затылком на подголовник. – Догилев, может, хватит уже меня мучить, а? – Серьезно посмотрела на него. – Устала я до чертиков уже. Все нервы вымотал.

Он грустно усмехнулся и отвел взгляд.

– То есть ты меня не мучаешь? Думаешь, я не устал? Считаешь, у меня нервы остались? – Чуть слышно спросил он.

– Виталь, тогда перестань меня преследовать. Хватит меня контролировать и устраивать истерики, когда я всего лишь к другу чай попить пошла. – Развела я руками.

– Ко мне ты тоже на чай зашла когда-то. – Парировал он.

Я устало выдохнула.

– До сих пор жалею. – Нет, жалела я не о том, что это произошло, а о том, что после этого моя жизнь превратилась в хаос.

Виталик резко повернулся ко мне.

– Жалеешь, что мы с тобой переспали? – Неверяще переспросил он.

– Очень. – Искренне ответила, глядя в его глаза.

Он поджал побелевшие губы, превратив их в тонкую полоску и нехорошо прищурился. Резко отвернулся от меня, замки на дверях машины щелкнули.

– Иди, Надя.

Я еще несколько секунд не решалась сдвинуться с места, но все же открыла дверь и, захватив сумку, вышла из машины. Догилев сорвался с места так, как будто за ним черти гнались.

Я немного постояла на улице, стараясь сморгнуть слезы с глаз, но заметив тень рядом с домом матери, быстро прошмыгнула за калитку. Не хотелось бы сегодня еще и с родительницей разбираться. А то, что при виде меня она учинит скандал, сомнений не было. И с чего она хочет, чтобы я с отцом подружилась? Он никогда в моей жизни не участвовал, появляясь раз в пару-тройку лет, а с моих двенадцати лет вдруг решил общение наладить.

– Ты что, на Виталика пистолет наставила, что он так быстро сбежал? – Баба Нюра привычно выглянула с кухни.

Я только головой покачала, усевшись прямо у входа.

– Нет. Просто поговорили. – Расстроенно шмыгнула

носом.

– Поговорили ли? – Покачала головой старушка. – Или снова только себя слушали?

– Он меня не понимает! – Возмутилась я, вешая куртку на крючок.

– А ты его? – Анна Николаевна направила в мою сторону лопаточку. – Ты-то его давно понимала? Анжелика немого понимает, а у тебя с говорящим проблемы. Ты ее тогда спроси, как она так умудряется, авось, чем поможет. Брат же все-таки его родной. Поди, и сознание схожее.

Ну да, конечно. Завтра девчонки придут, обязательно спрошу, как Догилева-младшего понимать. Если бы все было так просто… Как до него донести, почему я не хочу быть его любовницей? Как сказать, что мне надо или все, или ничего? Что плевать я хотела на его деньги, когда мне он сам нужен?

Нет, лучше уж самоустраниться от Виталика, чтобы у него не было такого рычага воздействия, как мои чувства к нему. Чтобы он не мог управлять мной, как отец мамой.

– За стол садись, а то весь день голодная бегаешь. – Позвала баб Нюра. – Причем. От такого мужика…

Я вздохнула.

– Я у Веньки чай пила. – Отозвалась.

Пожилая женщина укоризненно на меня посмотрела.

– Не жалеешь ты парня совсем.

– Кого не жалею? Веньку? – Опешила я.

– Да где же Веньку? Догилева своего не жалеешь. Бедный парень. И за что им с братом такие ненормальные девицы достались?

Вот уж, правда. Парни-то самые бедные в деревне. Беднее не сыскать днем с огнем.

Вечером проверила тетради у шестого класса, подготовила материал на понедельник и уставшая завалилась спать. Но стоило лишь глаза закрыть, как зазвонил телефон. Посмотрела на экран и ответила.

– Слушаю.

– Надежда Ивановна, это вам мама Арины Ивсеевой звонит. Извините, что беспокою вас. Просто, младший у меня болеет, и оставить одного я его не могу, а муж на вахту неделю назад уехал. – Быстро зачастила женщина. – Аришка сбежала из дома без телефона. Уверена, что она в клубе. А ей ведь всего шестнадцать. Не могли бы вы проверить, там ли она? Я уже всех одноклассниц ее обзвонила, все по домам сидят, и ее никто не видел.

– Да, конечно. – Ответила, уже натягивая теплые штаны. – Сейчас схожу, посмотрю, там ли она. Не переживайте вы так.

– Ой, спасибо вам, Надежда Ивановна. Не зря дочь говорит, что вы самая понимающая учительница в школе.

Глава 4

Виталий

Жалеет она. Да что она о себе думает? Или если так берегла себя для будущего мужа, так почему согласилась со мной переспать? Хотя я признаю, что сам напирал тогда. Но ей-то никто не мешал сказать «нет».

Я стоял в деревенском магазине у полки с алкоголем, выбирая бутылку побольше и подороже. Выбор был так себе. Вообще никакой. Такой же, как с бабами в этой дурацкой деревне.