Последняя цитадель Земли
Шрифт:
В комнате снова повисла тишина. Все понимали: нанесен первый удар в войне, которая вскоре охватит все цивилизованные миры Галактики.
Император положил руку на игровое поле, расположенное на столе перед ним, и передвинул фишку по изгибу цветной проволоки. Это была игра в межпланетную войну, чем-то напоминавшая шахматы, хотя фигуры двигались как в горизонтальной, так и в вертикальной плоскости по сложным проволочным кривым. Отблески пламени играли на фишках, обозначавших корабли и планеты.
— Ты потеряешь свою центральную планету, если не позовешь на помощь голубых, — рассеянно заметила Джулия.
— Это игра для
Дождь чертил влажные узоры на стекле. Ллар Джулии выполз из-под ее кресла, от души потянулся и зевнул, показав розовый язык.
— Почему они так долго не докладывают об этом корабле? — раздраженно осведомился император, с излишней силой направив по кривой очередную фишку. Джулия, наблюдавшая за ее курсом, машинально открыла рот, собираясь возразить, но промолчала. Ллар с кошачьей легкостью вскочил на стол и протянул мягкую лапку, точно передвинув две фишки по соседним проволочкам.
— А, так ты знаешь гамбит Тори, маленький дружок? — Усталое лицо императора расплылось в улыбке, когда его взгляд встретился с невинным взглядом зверька. Он передвинул полупрозрачную красную фишку в другом направлении.
— Хотел бы я быть уверенным в том, что это случайность. Как много они могут знать на самом деле?
Зверек опустил голову, повращал круглыми блестящими глазами и выгнул спину, как игривый котенок. Но когда император протянул руку, чтобы погладить его, ллар проворно уклонился и спрыгнул на пол с пугающей, почти бескостной легкостью.
Экран над каминной полкой осветился. Все, включая и ллара, вгляделись в изображение.
— Корабль, бежавший с Дуннара, приближается к Эрикону, — сообщил диспетчер контрольного центра. — Трем вражеским кораблям, преследующим его, удалось преодолеть линии космической обороны.
Император медленно выпрямился.
— Пойдем посмотрим, — сказал он.
Они стояли в комнате с окном во всю стену, выходившим на космодром. Кондиционеры наполняли воздух влажным благоуханием зеленых холмов. Запах мокрого бетона поднимался от широкого коричневого пространства внизу, где маленькие фигурки техников двигались в разных направлениях, готовясь к срочной посадке.
Одна из внутренних стен комнаты представляла собой экран, на котором они могли наблюдать за происходившим в космическом пространстве, над плотным слоем кучевых облаков, почти постоянно закрывавшим поверхность планеты. Император сел, не сводя глаз с экрана. Джулия положила руки на высокую спинку его кресла и стала смотреть, неосознанно покусывая нижнюю губу. Все остальные молчали, почтительно отступив назад; в тишине слышались лишь звуки их дыхания. На экране они могли видеть, как маленький черный корабль с Дуннара включил тормозные двигатели и бросился в гравитационные объятия Эрикона. За ним, увлеченные самоубийственной погоней, устремились три корабля х'вани. Им удалось ускользнуть от космической стражи лишь благодаря малым размерам и мобильности, а это означало, что радиус действия их оружия сильно ограничен и они не могут причинить большого ущерба, не сблизившись со своей жертвой. Тем не менее расстояние между ними и беглецом неуклонно сокращалось.
— Сейчас им придется повернуть назад, — выдохнула Джулия, крепко вцепившись в спинку кресла. — Они не осмелятся… Смотрите, вон появились наши перехватчики!
Экран разделился на две половинки
Наблюдатели увидели, как корабль выпустил крылья в разреженных верхних слоях атмосферы, словно ныряльщик, вытягивающий руки перед прыжком, выровнялся на их поддерживающей поверхности и устремился к космодрому по огромной нисходящей дуге.
— Один готов, — удовлетворенно произнес император. Джулия оглянулась на верхний экран и увидела, как один из кораблей-преследователей отвернул в сторону; его темный корпус начал раскаляться от трения в атмосфере. Он вышел из объектива камеры, продолжавшей следить за двумя его товарищами. Огромная скорость предоставляла им одно сомнительное преимущество. Они ускользнули от перехватчиков, самоубийственно воспользовавшись тем фактом, что незыблемые законы Эрикона запрещали любому воздушному транспорту самовольно передвигаться над поверхностью священной планеты.
— Они не осмелятся, — пробормотала Джулия сквозь сжатые зубы. Приглушенный шепот за спиной свидетельствовал о том, что остальные разделяют ее мнение.
Вражеские корабли, тоже выпустившие крылья и предпринимающие отчаянные попытки снизить скорость, все больше отклонялись от предписанного курса, за которым любое воздушное движение было запрещено. Перехватчики прекратили преследование. Джулия могла представить себе лихорадочную нерешительность пилотов, разрывающихся между необходимостью уничтожить противника и нарушением древнего закона, установленного силами, еще более могущественными, чем император Галактики.
В нижней части экрана дуннарский корабль заходил на посадку. Снаружи раздались крики, и в следующее мгновение все взгляды обратились к широкому бетонному полю космодрома.
Из мглистых облаков появилась копия изображения на экране. Черный корабль опускался под дождем, в тишине, все ниже и ниже. Потом он на несколько секунд завис над посадочной площадкой и с мягким толчком приземлился на бетон. На экране за спиной Джулии отображалась та же самая сцена.
На самом деле изображение было вернее реальности, поскольку с такого расстояния невооруженный глаз мог различать лишь мельтешение крошечных фигурок вокруг дуннарского корабля.
— Ближе, — распорядился император и повернулся к экрану.
Сцена, разворачивавшаяся внизу, приблизилась с головокружительной скоростью. Теперь они могли видеть, как в борту корабля открылся люк и человек, появившийся изнутри, выпрыгнул налетное поле под моросящим дождем. Он смахнул капли с ресниц и спокойно огляделся, ни в малейшей степени не встревоженный своим положением.
Посланец Дуннара был таким поразительно худым и высоким, что с первого взгляда казался пугалом рядом со своим кораблем. Но, повернувшись лицом к экрану и толпе встречающих, он двигался с уверенностью и изяществом, безошибочно выдававшими высокое происхождение. Он носил свой простой черный комбинезон с замечательной элегантностью, сразу выделявшей его среди окружающих. Пышно разодетые чиновники, вышедшие навстречу, выглядели вульгарно по сравнению с ним.