Последний
Шрифт:
– Вот такое маленькое колдовство, – довольная произведенным эффектом, сказала Александра.
– Ну, надо же…
Мир пригляделся. Даже наблюдая процесс слияния, он не замечал никаких признаков присутствия Светлячка в руке. Кожа в этом месте не выступала, даже не изменила цвет. Казалось, все осталось по-прежнему.
Александра поднесла ладонь к столу, и процесс повторился в обратном направлении. Светлячок снова лежал на поверхности и переливался серебром.
– Он здоровается с тобой.
– Со мной?
– Да, теперь ты его Хозяин.
– Спасибо, – неуверенно ответил Мир. Подарок его интриговал и пугал одновременно. Ему не приходилось еще встречаться с подобными существами. – А что он умеет?
– С этим ты разберешься потом. Но знай, что он для тебя не опасен, но другим прикасаться к нему не следует. Светлячок не примет никого, кроме тебя или меня. И все же я прошу пока не трогать его, немного подождать. Второе, что ты должен усвоить: никогда и ни при каких обстоятельствах не говорить о нем с посторонними. Если кто-нибудь спросит про него, пусть хотя бы намекнет, что знает о его существовании, знай, этот человек – враг тебе.
– Почему?
Мир с каждым словом понимал все меньше и меньше. Только что ему казалось, что ему дарят нечто полезное, а теперь даже не представлял, что думать. Неуловимая тайна, даже ключ к которой неизвестен, окружала странный подарок.
– Вероятно, его попробуют отобрать или заставить использовать Светлячка в своих целях. Мальчик мой, он не просто симбионт – он символ и источник большой власти.
– Какой власти?
– Ты сам узнаешь, но потом. Время еще не пришло. Пока я хочу, чтобы ты хранил его. Светлячок важнее любой вещи на свете. Никому не показывай и не рассказывай о нем. Помни, что я тебе сказала.
– Да, я запомнил. Во-первых, никому и ни при каких обстоятельствах не показывать его, а во-вторых, кто спросит – тот враг.
Александра удовлетворенно кивнула. Миру захотелось коснуться серебристого шарика немедленно, несмотря на всю странность этого существа. Он чувствовал, что в нем заключена какая-то тайна. Видимо, почувствовав настроение, Александра повторила:
– Не сейчас.
– Но когда? Почему не сейчас?
– Сейчас расскажу, будь терпеливым. Светлячок достался мне при очень неприятных обстоятельствах.
Мир почувствовал, что Александра подходит к главному.
– Тринадцать лет назад мне отдала его одна женщина. Ты часто спрашивал о родителях… Так вот, эта женщина… Она была твоей матерью и взяла слово, что, когда ты вырастешь, станешь юношей, я отдам тебе Светлячка с этими двумя напутствиями.
– Мама?!
Мир не мог поверить своим ушам: все это время Александра прекрасно знала его родителей и не говорила!
– Она просила тебе ничего не говорить до твоего совершеннолетия и взяла с меня слово.
– Мама жива?
Александра не отвечала, но по глазам Мир видел, что ответ будет отрицательным. Он надеялся, что ошибся и услышит: «Конечно, жива, просто так сложились обстоятельства, что вы не могли встретиться, но теперь это возможно».
– Нет, – ответила Александра, –
– Как? Как это случилось?! – спросил Мир. Его уже трясло от напряжения.
– Она погибла в катастрофе. Корабль сел на мель и пошел ко дну. Я смогла спасти тебя, но не ее. Тогда же она мне отдала Светлячка и взяла с меня слово.
– А отец?..
– Его не стало тогда же.
– А где это было?..
– Сиреневое море, пароход «Коралл». Был сильный шторм…
Мир кивал. Да, очень смутно, почти на грани сознания, юноша припомнил какие-то волны, холодные объятия воды, запах металла, но настолько смутно, что в любой другой момент он посчитал бы такие воспоминания ложными. Говорят, бывает такое, но сейчас Мир отчетливо понимал, с какими обстоятельствами связаны эти воспоминания и страх. Да, он помнил и даже не знал об этом. Значит, пароход «Коралл», Сиреневое море. Тринадцать лет назад. Именно там покоятся останки его родителей.
– Кем они были? Я даже не знаю их имен.
– Учеными, достойными людьми. Твою маму звали Амалия. У нее были длинные белые волосы с молочным отливом. Очень красивая. Я бы даже сказала, сказочно красивая, настоящая принцесса.
– Амалия… А отец?
– Отца твоего звали Клиан. Ты больше похож на него.
– А у него, что… были такие же темные волосы? – неуверенно спросил Мир. – Такие же…
– Уродства? Нет, – Александра отчего-то виновато улыбнулась, – вполне обычные волосы. Такая чудная пара.
– А они тоже работали в Академии Просвещения?
– Нет, Амалия и Клиан не работали в обычном понимании этого слова. Я бы их назвала свободными исследователями. Я мало знаю, ведь мы с ними познакомились на борту корабля за день до трагедии, – Александра задумалась, припоминая события. – Я вышла на прогулку и разговорилась с приятной женщиной. Вскоре мы поняли, что на многие вещи и события смотрим схоже. Я тогда занималась исследованиями в области атомов. На эту проблему можно взглянуть с точки зрения дискретной математики и объяснить структуру атомов, как систему с конечным числом состояний. Даю голову на отсечение, что никто раньше не помышлял о такой идее. Им эта идея понравилась. Клиан занимался культурологией и археологией, а Амалия была биологом. Именно после крушения я переключилась на биологию. Так сильно Амалия на меня повлияла… Думаю, они бы заслужили звание великих ученых, если бы не та трагедия.
– А почему они просили не говорить об этом до моего совершеннолетия?
– Не все сразу.
Юноша кивнул. Что-то она утаивала и весьма существенную часть. Наверное, есть веские причины, но форсировать события не стоило, поначалу необходимо осмыслить происходящее. Подумать только, его родители – великие ученые. Какая гора с плеч! И занимались они чем-то очень интересным, раз передали Светлячка Александре.
– Должно что-то сохраниться, – сказал он. – Раскопки, записи в научных журналах – все, что угодно. Нельзя просто раствориться, не отставив после себя ничего.