Последний свет

Обсуждение плана не заняло много времени, поскольку и сам план не отличался особенной сложностью. Можно даже сказать, он был классическим и на Земле его бы даже можно было счесть банальным. Но я делал ставку на то, что в этом мире люди уже давным-давно перестали воевать друг с другом, объединившись против внешнего врага, а значит и представления о всякой тактике потеряли тоже. Поэтому то, что собирался провернуть я, вполне могло сработать.

Если бы Сунь Цзы был жив и если бы он знал меня, наверное, он бы мною гордился. Его крылатый тезис «война это путь обмана» в моем случае подбирался к своей квинтэссенции. Ведь по сути, план заключался в банальном отвлекающем маневре. Два Спектра поделятся на две, а, вернее, на три группы, у каждой

из которых будет свое задание. Первая группа — тех, кто обладает способностями к быстрому отступлению или иными способами не попасться в лапы корпоратов, будет поменьше. Их задачей будет имитировать нападение на центр изоляции снаружи, прямо в лобовую, на забор и КПП. В тот момент, когда внимание корпоратов будет сосредоточено на них, а, зная их, это считанные минуты, в дело вступит вторая и третья группа. Или правильнее будет сказать, вторая группа и Маркус с Гаей. Потому что Маркус — единственный, кто способен набрать достаточно скорости для того, чтобы прыжком долететь до крыши центра изоляции, утягивая за собой стальной трос вроде тех, что мы использовали для протяжки воздушных троп. Пара тренировок в зале — и я научу его, как обезопасить себя световой броней при приземлении, так что беспокоиться о его целости не придется, максимум — запутается слегка в тросе. После приземления он закрепит на крыше трос, если понадобится — с помощью своего оружия, — и по нему на крышу переберется Гая. И ей даже не обязательно пробираться внутрь здания, чтобы отключить сигнализацию и камеры наблюдения — оказывается, ей не обязательно видеть электронные устройства, она их чувствует и способна вырубать даже через стены и перекрытия. И, как только она это сделает, в дело вступим мы.

К сожалению, у нас не было точной планировки центра изоляции, поскольку Маркуса никогда не водили одним и тем же путем, поэтому ничего толком запомнить он не смог, а даже если бы и смог — сомневаюсь, что его память сохранила бы эти воспоминания. Уж скорее выкинула бы или исказила до неузнаваемости, как поступает со всем плохим и травмирующим. И тогда эта информация стала бы не просто бесполезной, а даже вредной и опасной, поскольку, ориентируясь на нее, мы могли бы зайти туда, куда не надо.

Сол тоже не мог нам помочь в этом плане. Во-первых, его связь со Стеф, хоть и отличалась от телепатии, которой блондинка общалась со всеми остальными, но не давала никаких особых преимуществ. По сути, она просто обеспечивала большую дальность в обмене мыслями, но и только. Картинок передавать она не могла, смотреть чужими глазами посредством нее тоже нельзя было. Да к тому же я сомневаюсь, что порядки в центре изоляции сильно изменились со времён содержания там Маркуса, так что Сол если что-то и видел, то каждый раз это что-то было разным.

Одно время я рассматривал вариант не отключать камеры, а проникнуть в помещение охраны и захватить его, обеспечив себе таким образом внутренний обзор центра изоляции, но Маркус зарубил этот план на корню. Он объяснил, что основной гарнизон центра располагается как раз около поста видеонаблюдения, поэтому, стоит там произойти хотя бы чему-то из ряда вон, хотя бы просто кто-то внутри слишком громко чихнет — и мотыльки тут же все бросят и кинутся на выручку, поскольку охранный блок для них стоял в списке приоритетов буквально под номером один. В качестве иллюстрации своего высказывания, он даже рассказал историю, когда в один из дней в центре спешно отменили все проводимые эксперименты и даже прервали те, что уже начались, а позже выяснилась и причина — одна из камер транслировала непонятное пятно, перекрывающее изображение. Позже выяснилось, что это была просто муха, севшая на объектив.

— Но это же значит, что внутри поднимется тревога, даже если мы просто отключим камеры… Разве нет? — удивленно спросила Гая, выслушав все это.

— Поднимется… — медленно ответил я, глядя на Маркуса. — Но это будет нам даже на руку, ведь мотыльки если куда и ломанутся — то к помещению видеопоста… А не туда, куда отправимся мы. Правильно?

Маркус улыбнулся и кивнул.

Так что как ни крути, а внутри нам придется действовать практически наобум. Просто ходить везде в поисках Сола… Ну, и остальных, кого встретим — тоже.

Не бросать же их гнить в камерах. Многие из них ни в чем не виновны. А если и виновны — то пусть корпораты сначала объяснят, в чем именно. Сначала объяснят, а потом — докажут.

Обсудив все детали плана с ребятами, я удостоверился, что все понимают, что надо делать и мы перешли к подготовке. Гая и Валери, быстро найдя общий язык, объединили свои приложения для Пульса, или написали принципиально новое, я так и не понял, но теперь все мы были объединены в одну общую сеть и могли поддерживать связь, что было критически важно в предстоящей операции. К сожалению, они так и не смогли победить невозможность пересылать сигналы из ноктуса в люктус, поэтому одному из нас придется стать связным, который получит от Гаи и Валери сигнал о том, что у них все готово, и, миновав СБ, передаст эту информацию нам, ждущим в ноктусе.

Этим связным была выбрана Лиза. Или, вернее будет сказать, она сама напросилась им быть. А ещё вернее будет сказать, что она безапелляционно заявила об этом, не интересуясь ничьим мнением. Взбалмошной девчонке жуть как хотелось быть важной частью плана (впрочем, ей всегда хотелось быть важной частью вообще всего), и, когда она поняла, что все важные роли я уже распределил и осталась лишь одна — уцепилась за нее, как рак за кусок мяса. Впрочем, я и не был сильно против — роль хоть и была действительно важной, но не была при этом трудной. Мало того — пожалуй, именно Лиза подходила на нее больше всего, ведь из всего нашего Спектра они бегала быстрее всех, да и с базовыми движениями паркура, как я помню, весьма неплохо освоилась. Так что Лиза была действительно той, кто сможет быстрее всех пересечь световую границу и передать нам сообщение, которое мы будем ждать. Разумеется, на этом ее роль не закончится, и после передачи сообщения она вместе с остальными примет участие в проникновении на территорию центра изоляции. Иначе никак. У нас банально нет столько людей, чтобы одного из них просто оставлять не у дел. Чем нас больше — тем выше наши шансы на успех.

Следующим пунктом плана стала закупка одежды. В нескольких магазинах, раскиданных по разным концам города, были закуплены комплекты, одинаковые для всех. Однотонно-черные. Такие же черные, как та одежда, за которой охотились теперь все мотыльки всех корпораций. Та, которую носил я.

Использовать рейдовки было бы глупо — тем самым мы бы дали понять, что на центр изоляции напали два Спектра и это могло заставить корпорации напрячься. Ведь до сего момента не было такого, чтобы светлячки объединялись, тем более против такой угрозы, как корпорации. Кроме того, не сомневаюсь, что они найдут, как перевернуть этот факт в средствах массовой информации, снова выставив нас террористами и угрозой. А так получится, что на центр напали неизвестно кто. Да, любому ослу будет понятно, что это кто-то из просветленных, но кто именно?* Какая организация? И не инсценировка ли это вовсе, чтобы выставить светлячков виноватыми? Это все вопросы, ответом на которые служит простая черная форма, пришедшая на смену рейдовкам.

Единственное отличие от моей ноу-хау-одежды — на спине каждой новой черной кофты яркой серебристой краской нарисовали здешние цифры, обозначающие порядковые номера каждого из участников группы проникновения. На масках, теперь уже бесповоротно покрашенных в черное — тоже. Если бы не все это, отличить одного человека от другого в этих совершенно одинаковых одеяниях было бы просто невозможно. Маркус и Гая, а также те немногие, кто будут проводить отвлекающий маневр, остались без цифр, поскольку будут действовать в отрыве от основной группы. Внутри здания они не должны оказаться, и взаимодействие с ними будет сведено к минимуму.

Еще я нашел время, чтобы немного потренировать Маркуса. Само собой, в Городе такого места, чтобы отработать его будущий прыжок, просто не было… По крайней мере, не было такого, какое не было бы на виду у вездесущих корпоратов, а у них сейчас, как пить дать, на виду абсолютно все.

Поэтому мы тренировались в ноктусе. Только там можно было быть уверенными, что мы не попадемся в поле зрения каких-то камер, которых там просто нет и быть не могло в принципе, или дронов, от которых нас защищала Гая.