Последний прыжок
Шрифт:
– Во что она была одета? – Люба хищно подобралась.
– Да в рвань какую-то! – всплеснула руками старушка. – Я даже удивилась, как её вообще пропустили в здание, раньше в музей ходили только приличные люди, а сейчас пускают кого не попадя…
– Не стоит обсуждать эту тему, – ледяным тоном осадила её начальница.
– Конкретнее. Какую рвань?
– Да я же не успела толком рассмотреть, говорю же. Комбинезон, что ли… Нет, скорее, джинсы… И кофта красная, как они там называются сейчас… Но что-то рваное или грязное как будто.
– Интересная деталь. Так, а дальше?
– Ну а что дальше. Тут вернулась Маринка, которая в том зале работает, она в тридцать седьмой отошла на пару секунд. Я вернулась быстро к себе. А спустя минуту Маринка и закричала, что картины нет… И всё…
Люба посмотрела на директрису.
– Про эту женщину говорил Григорий Андреевич?
– Про эту, про эту, – с непонятным выражением лица ответила та.
Люба отпустила последнюю смотрительницу и на секунду прикрыла глаза. Так, с этим покончено, теперь осталось посмотреть кино. Но сначала надо узнать, как дела у ребят.
Словно ответом на её мысль открылась дверь, и показался Роман. Он хмурился и похрустывал пальцами, верхние две пуговицы рубашки как всегда были расстёгнуты и наружу лезла рыжая шерсть. Ирма Нормановна посмотрела на него с живым интересом и слегка зарделась.
– Люб, мы всё, – пробасил он. – Я Настю отпустил, ей к ребёнку там надо куда-то.
Она встала и, делая страшное лицо, поспешила к двери. Только выйдя в коридор и тщательно прикрыв за собой дверь, девушка спросила шёпотом:
– И как?
– Да никак, – пожал он широченными плечами и шумно вздохнул. – Никто ничего не видел, не слышал, никакого отношения к краже не имеет.
– Я почему-то даже и не сомневалась, что так выйдет, – недовольно хмыкнула она, почёсывая лоб. – У нас никаких концов, кроме мифического мужика в костюме и светловолосой женщины.
– Зацепка? – слегка удивился он.
– Пока только голословное утверждение директора и начальника охраны. Чтобы убедиться в этом, теперь нам нужно просмотреть километры видеозаписей.
– Пожрать бы, – буркнул он. – Ты-то у нас робот, ты можешь часами без еды херячить, а у меня режим.
– И то верно, – она посмотрела на часы и поразилась тому, что уже так много времени.
Люба открыла дверь:
– Ирма Нормановна, скажите, пожалуйста, а как вы тут решаете вопрос с обедом?
– У меня своё, из дома, – чуть смутилась женщина. – Да и у многих так же. Есть комната отдыха для персонала, там микроволновка и всё такое.
– Давай, дуй куда-нибудь за борщом, блинами и пирогом с курицей, – приказала Люба коллеге, и тот тут же сорвался с места и умчался вниз. – Я предлагаю сделать небольшой перерыв для физиологических нужд, а затем сосредоточить наши усилия на просмотре видео. Надеюсь, они все уже готовы?
– Уверена, что готовы, – с заметной неуверенностью ответила директриса, хватаясь за рабочий телефон.
Люба отыскала
Так и не найдя в себе ответа, она вернулась к кабинету директрисы.
– Где у вас комната для принятия пищи?
– Пойдёмте со мной.
Они завернули в другой коридор и дошли до самого конца. За неприметной серой дверью обнаружилась весьма уютная комнатка с кухонной мебелью, микроволновкой, холодильником и тремя столиками. Несколько человек как раз сидели и торопливо обедали.
– Сидите, сидите, – велела им директриса, подводя Любу к микроволновке. – Полагаю, что ваш коллега скоро обеспечит вас провизией, но вы пока при желании можете отведать бутербродов с сыром.
– Спасибо, но я не хочу оставлять вас голодной, – с холодной любезностью ответила Люба. – Я пока присяду в угол, чтобы никому не мешать, и позанимаюсь с документами по другому делу.
Она взяла стул и уволокла его к окну. Несколько минут попереписывалась с Кириллом, который опять задумал на вечер что-то жутко романтичное и нуждался в её прибытии не позже семи часов. С лёгким сердцем Люба пообещала, что будет дома как штык и переключилась на новости.
Роман появился с шумом и едой. Бахнул контейнеры на стол и принялся колыхать рубашку, демонстрируя как ему жарко. Люба тут же села за стол и отдала должное кулинарному таланту повара. Работая ложкой, а затем вилкой, она напряжённо размышляла о странном деле, не замечая того, что происходит вокруг. Меж тем, кроме них в комнате осталась лишь директриса, которая как могла растягивала бутерброды в надежде услышать хоть что-то важное.
– Нужно просмотреть ролики в том же порядке, как составлен мой список, – выдала девушка наконец, не обращаясь ни к кому конкретно. – И фиксировать время каждой кражи.
– А может, лучше в порядке нумерации залов? – подала голос Ирма Нормановна, мусоля в руке последний малюсенький кусочек хлеба со злаками.
– Наверно, – Люба встала, собрала пластиковую посуду и швырнула её в мусорное ведро под мойкой. – Заодно проследим за его перемещениями и, может быть, сможем понять, куда он девал картины.
Ещё несколько минут она нетерпеливо ходила от стола к окну и обратно, пока Роман дожёвывал огромный кусок пирога с печенью и сердцем. Директриса тихо сидела и думала о своём, видимо, размышляя, как быстро от неё избавятся в связи с поразительным провалом.
Роман встал из-за стола и хрустнул руками и плечами. Люба обрадованно встрепенулась.
– Всё, вперёд, нам предстоит просмотреть множество часов записей. Меня жених ждёт с какой-то ерундой, так что нужно поторопиться.
– Как ты это терпишь, – фыркнул Роман. – Это ж совсем не твоё.