Последний долг
Шрифт:
Это было принятие желаемого за действительное, но, возможно, только возможно, это окупится.
Точно так же, как это случилось с твоим братом.
– Это что, какой-то трюк?
Я отрицательно покачала головой.
– Никаких ухищрений.
– Потянув его за руку, я заставила его остановиться в центре лагеря. Здесь была большая костровая яма, а бревна служили сиденьями.
– Тебе здесь нравится. Почему?
Его глаза потемнели, но он ответил:
– Потому что это
– Тебе не нравится это место?
– Я никогда, бл*ть, этого не говорил.
– Его гнев угас.
Я отступила назад, пытаясь читать между строк.
– Но ты предпочитаешь это место Хоуксриджу... почему?
– Внезапно меня осенило понимание.
– Потому что ты считаешь это место своим, а Хоуксридж - Джетро.
Его рука метнулась вперед, схватив за горло.
– Ошибаешься, сука. Хоуксридж - мой. Джетро мертв. Помнишь? Застреленный. Холодный и похороненный.
Я хранила свою тайну, в то время как мое сердце согревалось, купаясь в истине.
Он жив.
Обхватив пальцами его запястье, я держалась, пока он сжимал мое горло.
– Теперь он твой, если ты будешь вести себя хорошо и следовать тому, что говорит тебе Кат, конечно. Но что-то заставляет меня думать, что ты всегда была счастливее здесь.
– Я склонила голову набок.
– Почему? Может быть, потому, что оно далеко от Бонни? Не может быть, что потому, что Жасмин не приезжает сюда. Я не видела, чтобы вы общались, но она безвредна.
Как если бы
Жасмин приводила меня в ужас.
Он не ответил, оттолкнув меня и вытирая руки.
Я попробовала еще раз.
– Джетро страдал из-за своего состояния. Жасмин была инвалидом из-за чего-то, чего я не понимаю. Кеса терпели, потому что он поддерживал мир. Но ты... ты ...
– я задыхалась.
– Я знаю. Ты был ошибкой. Третий сын – запасной вариант при двух наследниках.
Дэниэль внезапно взорвался. Его ладонь ударила по моей щеке.
– Заткнись на*уй. Я. Не. Ошибка.
Я задыхалась от боли, борясь с океаном жара.
Он может ударить меня. Но он не мог этого отрицать. То, как он отреагировал, свидетельствовало о том, что это была правда. Сколько раз его так называли? Сколько раз это подрывало его место в семье и превращало в это злое существо?
Держась за щеку, я пробормотала:
– Я не говорила, что считаю тебя ошибкой. Я спросила, не поэтому ли ты предпочитаешь жить здесь.
– Я потерла свою пылающую кожу.
– Ты его ребенок. Как и все его дети. Нехорошо заставлять тебя чувствовать себя хуже, чем они.
– Прекрати этот чертов психоанализ. Ты ни хрена не понимаешь, о чем говоришь.
– Снова схватив меня за запястье, он потащил меня к большому
Я пошла с ним, а разве у меня был выбор? Но теперь у меня было более глубокое понимание моего заклятого врага. Его детская ненависть. Его неуправляемый темперамент. Может, у него и не было души, чтобы умолять, но когда-то...он умолял. Он был всего лишь ребенком. Нежеланный ребенок, который делал все возможное, чтобы его приняли.
Сходство с Джетро не ускользнуло от моего внимания. Единственная разница заключалась в том, что Джетро позволил себе наконец измениться, стать лучше...увидеть собственную самооценку.
– Это ведь не Кат сказал тебе первым, верно?
Я не могла заставить себя замолчать. Но, возможно, это мой единственный шанс понять Дэниэля настолько, чтобы победить его.
Он не обернулся, чтобы посмотреть, ускорив шаг.
– Заткнись. Прежде чем я заставлю тебя.
– Это была Бонни, не так ли? Она единственная, кто сказала тебе, что ты был ошибкой.
Что ты делаешь?
Мы прибавили шагу, и мои глаза стали искать пути к отступлению. Мы поднялись по нескольким ступеням в тканевую палатку, которая не выглядела как временное пристанище. Он была поглощена землей и стал частью ландшафта с уличными стульями, верандой, внутренней приемной, спальней и ванной комнатой.
Тяжело дыша, Дэниэль пригнулся и потащил меня вперёд по ковру, продвигаясь в большую спальню с альковами. Мой взгляд тут же упал на кровать.
Моё сердце громко стучало.
Дэниэль усмехнулся.
– Если ты хочешь задавать вопросы, сначала уясни гребаные факты. Да, я всегда знал, что я в полном дерьме, имея двух братьев. Да, я не был запланирован, и Кату было очень приятно сказать мне, что моя жизнь - это гребаный подарок и я должен быть благодарным. Но не поэтому он такой ублюдок.
Желая, чтобы между нами было хоть какое-то расстояние, я прошептала:
– Почему?
Дэниэль подошел ближе, прижимаясь своей грудью к моей.
– Потому что она его не любила. Она никогда не любила его, что бы он ни делал. И это, блядь, все испортило.
– Кто его не любил?
– Роза.
– Кто такая роза?
– Жена Питера.
– Питер?
– Мой мозг лихорадочно работал, цепляясь за полузабытые воспоминания.
– Черт, да ты просто тупица, - прорычал Дэниэль.
– Брат ката. Вот почему Бонни никогда не любила нас. Мы не должны были существовать. Поняла? Кат украл жену Питера у него за спиной. Она от него забеременела.
Я в удивлении открыла рот.
– Так вот почему Кат убил его? Чтобы претендовать не только на наследство, но и на наследников?