Последний бог
Шрифт:
– Здравия желаем, товарищ генерал!
– Здравствуйте. Доложите обстановку, – сразу же негромко попросил тот.
Начальник оперативного отдела понизил голос и кратко отрапортовал:
– Очаг у поселка Агалатово оцеплен. Продолжаем обследование территории. Пока ничего нового не обнаружено. «Чужие», предположительно, локализованы в квартире на проспекте Наставников…
– Как это – предположительно?! – резко перебил его генерал-майор. – Вы предполагаете, что это «чужие»? Или не уверены, что вы их «локализовали»?
Но местный питерский оперативник не обратил внимания
– На месте работают товарищи из центрального отдела перехвата. Операцией руководит непосредственно майор Чугунов.
Начальник Седьмого Управления похлопал полковника по плечу и произнес извиняющимся тоном:
– Ну-ну. Прошу прощения. Так, все-таки, это – «чужие»?
– Вероятность – семьдесят процентов. Но отдел перехвата пока наблюдает. Сигнала к началу активных действий нет.
Офицеры вышли из здания вокзала и сели в машину. Начальник Управления задумчиво побарабанил пальцами по ручке своего серебристого кейса. Сквозь тонированные стекла, покрытые радиопоглощающей пленкой, город на Неве казался темным и зловеще мрачным. Прямо над площадью висели плотные серые тучи. За ними вполне могли скрываться, например, инопланетные корабли-разведчики. Или боевые единицы пришельцев, несущие оружие невиданной мощности. А вверенное генералу Управление ничего не предпринимает для ликвидации беспрецедентной угрозы… Он решительно расправил плечи и сказал:
– Будем разбираться на месте. Едем на проспект Наставников. Хватит в кабинетах штаны просиживать!
Темно-серый автомобиль почти бесшумно тронулся с места. Он развернулся, игнорируя двойную сплошную линию дорожной разметки, и помчался в сторону унылого спального района.
Пейзажи вокруг Веселого Поселка, где находилась засада отдела перехвата, не отличались разнообразием. Однообразные ряды многоэтажных коробок тянулись до самого горизонта. Зато утренние пробки уже рассосались. Поэтому до точки назначения удалось добраться на удивление быстро. По дороге питерские оперативники несколько раз пытались связаться с группой захвата. Но никто из москвичей, участвующих в операции, в эфире не появлялся. В машине понемногу нарастало напряжение. Наконец, начальник оперативного отдела не выдержал.
– Товарищ генерал, «перехватчики» не отвечают! – взволнованно доложил он. – Возможно, объявлен режим радиомолчания на время захвата!
На несколько секунд в машине стало тихо. Потом начальник Управления негромко спросил:
– До места далеко?
Ему ответил водитель:
– Судя по ориентировке, за следующим перекрестком во дворе. Девятиэтажка, типа «корабль». Номер десять.
Генерал-майор снял с колен чемоданчик и взглянул в направлении предполагаемого логоса «чужих». И тут же, будто по команде, раздался грохот автоматных очередей! Оглушительная дробь накрыла квартал. Казалось, что вялый покой городской окраины рвется на куски под напором чьих-то быстрых безжалостных пальцев. Несмотря на расстояние, звук стрельбы был отчетливо различим. Спутать его, скажем, со стуком отбойного молотка было невозможно.
– Стой! – скомандовал кто-то из полковников.
Начальник
– Почему остановились?
– Согласно вашему приказу номер ноль восемь, дробь шестнадцать. При захвате по плану «Вторжение» лица, не задействованные в операции, на место конфликта не допускаются.
– Вы забываетесь!
– Товарищ генерал, это стандартная процедура. При перехвате нейтрализуются все подозрительные биологические объекты по периметру действия группы! Приказ подписан вами!
– Я его и отменяю! – начальник Управления взялся за ручку двери. – Всем оставаться на месте. Ждите указаний… Согласно приказу ноль восемь дробь шестнадцать!
Водитель обернулся и попытался вклиниться в разговор, нарушая субординацию:
– Там сейчас стреляют во все, что движется. Я с этими ребятами тренировался. Они даже думать не будут…
Но генерал-майор уже выскочил из машины Он торопливо пересек железнодорожный переезд. Почти сразу же замигал семафор, и шлагбаум пополз вниз, отсекая автомобиль с оперативниками. Они проводили ритмично мелькающие лампасы озадаченными взглядами и молча переглянулись. Потом начальник оперативного отдела веско изрек:
– Старый дурак! – негромко, так, чтобы голос не вышел за пределы автомобильного салона.
Вторжение еще могло закончиться ничем. И, в таком случае, его карьера, однозначно, подошла бы к завершению.
Операция захвата у дома номер десять по проспекту Наставников шла полным ходом. Начальник Седьмого Управления приближался к месту событий быстрым шагом. Он просто обязан был принять непосредственное участие в действиях «перехватчиков». Ибо лучшим доказательством вторжения «чужих» мог быть только экземпляр, захваченный под непосредственным руководством генерал-майора. Вот тогда диалог с вышестоящими товарищами, например с министром обороны, носил бы исключительно продуктивный характер!..
Внезапно стрельба прекратилась. Генерал заметил, как с места боевых действий торопливо разбегаются случайные зрители. Несколько особо отважных прохожих оборачивались на бегу, стараясь спрятаться за рядами припаркованных вдоль дороги машин.
Начальник Управления сбавил шаг и попытался заглянуть в промежуток между домами. Но издалека разобрать, что происходит, не представлялось возможным. Во дворе панельной девятиэтажки царила суета. Возле дальнего подъезда мелькали неясные силуэты, похожие на космических пришельцев. Из кустов торчал капот бронированного спецфургона. А на крыше соседнего дома явно засела снайперская группа.
Попасть под пули собственных подчиненных было, по меньшей мере, глупо. Но и стоять в стороне в решающие мгновения начальник Управления себе позволить не мог! Он нерешительно переступил с ноги на ногу, продолжая наблюдать за суматохой во дворе. Внезапно из выбитых окон на пятом этаже полыхнуло пламя. Синевато-багровые клубы с гудением ударили в воздух. Но секундой ранее из оконного проема вывалились несколько человеческих фигурок. С такого расстояния, из-за веток деревьев, различить, кто десантируется на газон перед девятиэтажкой, было невозможно.