Последние
Шрифт:
– Почувствовала? – улыбается гадалка.
Помотав головой, я дотронулась до грудной клетки – мне кажется, там кто-то есть, и мне очень хочется обнять того, кто там. Тереза заговорила, но я совсем не слушаю её, я сосредоточена на том, что внутри меня. Это… это так странно. Что это было? Может, какой-то паразит забрался мне в лёгкие? Я продолжала задумчиво разглядывать себя, отвлекло лишь то, что я заметила Адама. Откуда он взялся? И чего улыбается?
– Может быть, телекинез? Но это слишком просто для её возможностей… – сказала
– Почему это просто для меня?
Тереза посмотрела на меня с нескрываемым удивлением.
– Что, прости? – не поняла она.
– Ты сказала, что телекинез слишком просто для меня. Почему?
Женщина ещё шире открыла свои дьявольские глаза, в которых промелькнула тень догадки.
– Кристина, все молчали, – сказала Аня. – Тереза ничего не говорила.
– У меня раньше не было слуховых галлюцинаций, – усмехнулась я. – Я точно слышала, она это сказала.
Все присутствующие сначала продолжали непонимающе смотреть, а потом переглянулись и заулыбались.
– Очень странный набор талантов. Очень странный…
Это сумасшедшая так издевается надо мной?
– Твои слова пугают, ты же понимаешь это?
Моя усмешка её не повеселила, Тереза продолжила внимательно смотреть на меня.
– Сознание, – наконец сказала она. – Твоя сила… сознание.
Что?
– Не может быть, – усмехнулся подошедший Адам. – Такие силы не могли проявиться у той, кто вообще не должна была получить их.
– Именно поэтому она их и получила, – улыбается София. – Если бы в их мире до сих пор существовали носители, она стала бы обладателем сознания.
О чём речь?
– Так я горю или всё же телекинез? – робко спрашиваю я.
Неловко отвлекать их от этих странных и восторженных переглядываний.
– Это будет очень сложно объяснить, – озадаченно пожимает плечами седая девушка. – У тебя безграничная, ограниченная власть.
– Безграничная и ограниченная… это как? – не поняла я.
Она же знает, что это антонимы?
– В этом и проблема, – прищурился Марк.
– Ты ужасно проблемная, – улыбается Адам.
Они издеваются!
– Такие силы, как у тебя, очень редкие, – говорит София. – Обычно у всех один талант, но у тебя их несколько, и все они связаны с сознанием. – Девушка помешкала продолжать, очевидно, боясь напугать. – Твой дар сложен, потому что нельзя точно обозначить его границы. Мы уже выяснили, что ты способна на телекинез и телепатию, и это вряд ли весь список.
– Я ничего не поняла, – глупо улыбается Аня. – Можно, пожалуйста, простым языком?
Марк посмеялся её простоте. Ну а я промолчала, ведь сама мало поняла.
– Ты управляешь сознанием, – начала Тереза. – Можешь видеть, о чём думает и, возможно, что чувствует человек, и, скорее всего, можешь воздействовать на это. Тебе подвластно собственное сознание, поэтому ты смогла поднять листья.
– Если мне подвластны мои мысли… значит, мне подвластны и желания? – предполагаю я.
Тереза
– Нет, ты не джин. Ты же понимаешь, что такое телекинез? – хмурится она.
– Я не понимаю! – воскликнула Аня, поднимая руку вверх.
– Она может двигать предметы силой мысли, – поясняет доброжелательная София.
Ясно.
– Хорошо, – вздыхаю я. – Я могу двигать предметы, читать чужие мысли, возможно, и чувства. А всё вместе это называется силой сознания?
– Да! – восторженно подтверждает седая девушка.
– Чем это так сложно? Всё же ясно, – усмехаюсь я.
– Это не единственное, что ты можешь уметь, – отвечает Тереза. – Сознание безгранично.
– Тогда почему ты так уверена, что я не могу исполнять желания? – не понимаю я. – Это же тоже моё сознание!
Все, кроме Ани, тихо посмеялись.
– С тобой нельзя быть уверенными, но я почему-то склоняюсь к тому, что вселенная не поменяла ради тебя законы, – улыбается женщина. – Не существует таких сил. Есть, конечно, люди, склонные к везению, но это явно не ты.
Это сейчас было оскорбление? И, кажется, Аня это тоже поняла.
– Твоё обучение будет спуском по лестнице, будем двигаться сверху вниз, – вздохнула женщина. – Самое сложное в твоём даре – это чувства. Если мысли и эмоции можно отличить от своих, то с чувствами можно запутаться. Самое сильное инстинктивное чувство – страх. Если ты сможешь безошибочно распознавать чужой страх, каким бы он ни был, хроническим или минутным, и сама не увязнуть в них, остальное покажется тебе простым. – Тереза погладила меня по голове, гипнотизируя взглядом. Лишь только жар от её руки не дал мне утонуть в нём. – Конечно, нет сомнений, – усмехнулась она, виновато убирая руку. – Страх, сконцентрируйся на нём.
М-да, только мне, трусихе, не хватало связываться со страхом.
Гадалка подкурила сигарету и, развернувшись, направилась прочь.
– Это всё? – воскликнула я ей в след. – Зачем нужно было поднимать меня в такую рань ради того, чтобы я подняла эти листья!
– Займитесь ими, я скоро вернусь, – махнула рукой Тереза.
– Отлично! Сначала клянётся помочь, а теперь сбегает!
Мои язвительные комментарии рассмешили новых знакомых.
– У неё появилось много дел из-за появления последних носительниц, – сказала София.
– Последних кого? – не поняла Аня.
– Носители – это люди, которые имеют дар.
– А почему последние? – спросила я. – Не логичнее, что первые? Мы ведь первые за столько лет получили этот… эту силу.
Боже, как странно это звучит!
– Нет, – засмеялась девушка. – Вы именно последние…
– Соня, – перебил Марк. – Не забивай им голову.
– Но ведь они должны знать!
– Сейчас они всё равно не поймут, – согласился с братом Адам. – Пора им всё рассказать, а то любопытство съест их изнутри. Особенно эту вредину, – кивнул он в мою сторону.