Последнее прощай
Шрифт:
С радостным визгом Габи спрыгнула с кресла, подбежала к Анне и накинулась на нее с объятиями.
– Я спрошу Джереми, вдруг…
Анна чуть отстранила Габи, чтобы видеть ее лицо.
– Погоди! О Джереми речь не шла!
Габи склонила голову набок и раздраженно взглянула на Анну:
– Но Джереми такой хороший – и такой горячий!
– Вот ты и пойдешь с ним на уроки сальсы!
– Тебя никто не просит выходить за него замуж. Это просто танцы. Воспринимай его как… Как же там? Страховочные колесики у велосипеда! Их можно снять, если уже освоился и готов кататься по-взрослому.
Анна сложила руки на груди:
– Я согласилась на сальсу, но не на Джереми. Если хочешь, чтобы я вообще
– Правда? – Габи протянула к Анне свою руку и поманила ее пальчиком. – Покажи-ка, на что ты способна!
Анна нехотя поднялась с дивана и подошла к подруге. Габи не собиралась ее отпускать, пока они не попробовали несколько па того, что казалось им сальсой, но все окончательно пошло наперекосяк, когда Габи, попытавшись сделать выпад с поддержкой, не удержала равновесие. Хихикая, обе рухнули на пол.
– Так приятно слышать твой смех, – заметила Габи.
– Я знаю, – вздохнула Анна.
На четвереньках обе добрались до дивана.
– Я схожу за бокалами, – Габи кивнула на бутылку вина. – Хочешь сегодня остаться у меня на ночь?
Анна подползла к Габи и от всей души крепко и смачно чмокнула ее в щеку:
– Я люблю тебя, ты же в курсе?
Крепко стиснув ее в ответ, Габи затем отстранилась, чтобы встать:
– Знаю. Трудно этого не замечать.
В следующую минуту Анна уже с благодарностью принимала из рук Габи большой бокал красного вина. Когда бутылка опустела, в Анну полетели одеяло и подушки, чтобы она могла расположиться на диване. Габи даже выдала ей два комплекта свежевыстиранных и выглаженных хлопковых пижам.
– Спасибо, – поблагодарила Анна, прижимая их к груди.
– Они мне уже очень малы. Можешь забрать их, если хочешь.
– Я не про пижамы, глупая, – хотя они славные, – я про все.
– Я просто хочу, чтобы ты была счастлива.
Анна кивнула. Она это знала. Но лучше было не отвечать, потому что она также знала, что желание Габи неосуществимо. Можно посмеяться из-за того, что ты упала на свою лучшую подругу, у которой обе ноги левые, но это не означает, что внутри у тебя воцарились мир и покой. Анна сомневалась, что ей вообще суждено еще хоть раз вернуться в это состояние. Как это возможно, когда ты лишился огромной части себя, и ее никогда уже не вернуть?
Анна вернулась домой наутро и направилась прямиком в душ, свалив всю одежду в кучу на полу в ванной. Сегодня был первый рабочий день после рождественских выходных, и опаздывать она не собиралась, пусть это и не самая увлекательная работа в мире.
До смерти Спенсера они работали вместе, но так было не всегда. Он окончил магистратуру в области программирования и после нескольких фальстартов устроился в небольшую компанию, занимавшуюся разработкой видеоигр. Однако с ростом спроса на смартфоны Спенсер загорелся идеей создать для них какую-нибудь популярную игру. Он перепробовал кучу вариантов: от гонок до летающих овец и лопающихся пузырей. Пара таких приложений позволили ему заработать достаточно, чтобы перейти на неполный рабочий день, но ему так и не удалось придумать то, что принесло бы ему большой успех, к которому он стремился.
Проблема заключалась в том, что Спенсер был полон энергии и не мог долго концентрироваться на одном деле. Особенно это проявилось во время его безрезультатных попыток организовать свою работу на дому. Анна смогла с этим смириться, а вот Спенсера это бесконечно расстраивало.
Он занялся поисками какой-нибудь техники тайм-менеджмента, которая подошла бы его беспокойному мозгу. Но, казалось, все бессмысленно, пока он не наткнулся на концепцию «блочного планирования»: структура идеальная, не слишком давит. Однако единственное стоящее приложение,
Так Спенсер и поступил. Он объединился в команду с еще парой парней, которых знал с университета, и вместе они создали «Блоктайм», стильное и понятное приложение для планирования, которое (а) не было фиолетовым и (б) легко интегрировалось с календарями, заметками и другими приложениями. А опыт Спенсера в попытках создания новой игры пригодился, чтобы добавить ему интерактивности. Не сразу, но приложению удалось завоевать популярность.
Анна уволилась с должности помощника менеджера по персоналу и присоединилась к парням. Поначалу она занималась лишь административными и бухгалтерскими вопросами, но со временем подключилась и к разработке дизайна. Оказалось, что она неплохо в этом разбирается, и, хотя у «мальчиков» было множество инновационных идей, они не всегда поддавались реализации. Нужен был кто-то с реальным взглядом на вещи, способный проконтролировать, что приложение удобно в использовании, что оно классное и технически продуманное. Ей нравилось работать вместе со Спенсером, видеть его занятым тем, что у него хорошо получалось. Когда труды начали окупаться, богачами они, конечно, не стали, но и стеснения в средствах не испытывали.
После его смерти она, разумеется, временно отошла от дел. Но вот два месяца перетекли в три, а три – в шесть. В конце концов она была вынуждена признать, что не в состоянии вернуться в офис. Виджей и Рис, два других директора, отнеслись к ее решению с пониманием. Она унаследовала долю Спенсера в бизнесе и ежемесячно получала с нее доход, но участия в работе больше не принимала. По крайней мере, о деньгах она, будучи вдовой, могла не беспокоиться.
И все же ей нужно было чем-то заполнить свои дни, и она откликнулась на вакансию администратора в одной преуспевающей семейной сантехнической компании, где и работала уже больше двух лет. Пусть за окном и стояла зима, с замерзающими трубами и выходившими из строя бойлерами, за рождественские выходные наверняка накопилась куча бумажной работы. Сегодня опаздывать было нельзя.
Выйдя из душа, отскрабленная и порозовевшая, она завернулась в полотенце и поспешила к лестнице, но вдруг остановилась. Теперь путь ее лежал в спальню. Ей нужна была свежая одежда. Но она не заходила туда со вчерашнего дня, когда со всех ног выбегала из дома.
«Не будь дурой, – подумала она с укоризной, – нечего там бояться».
Подгоняемая этой мыслью, Анна вошла в комнату. Спенсер как-то раз очень точно диагностировал одну ее слабость. Она долго держала все в себе, пока не достигала точки кипения, а потом, когда взрывалась, могла делать и говорить всякие странности. Но как быть с тем, что теперь эти странности она еще и слышит?
Она неторопливо, на цыпочках прошла к гардеробной, взялась за край слегка распахнутой дверцы и потянула. С пола как не в чем не бывало на нее глядел телефон. Она наклонилась и подняла его.
Есть. И совсем не сложно, верно?
Даже просто. Это ее подкупило. Как и ощущение нереальности происходящего, будто бы во сне. Она нажала большим пальцем на кнопку разблокировки и активировала дисплей.
Вот и журнал вызовов. Самым первым в списке стоял звонок, который она совершила в эту новогоднюю полночь. В животе у нее словно все перевернулось, легкие зажало в тиски. Вот оно, доказательство. Она действительно позвонила. Действительно сказала: «Я тебя люблю».