После вечеринки

Браун Джеки

— Здравствуйте, Дермотт. Вижу, так и не уговорили Эллиота на новую форму?

— Пока нет, сэр. Но надежды не теряю. А это, должно быть, мисс Сэнборн, — прибавил дворецкий. В речи его явственно чувствовался британский акцент.

— Да.

— Приятно познакомиться, — произнесла Элла.

— Я тоже очень рад встрече. Мистер Трамбалл ожидает вас обоих. Полагаю, вы найдете его в домашнем кинотеатре.

— Как дядино самочувствие? — тихо спросил Чейз.

Дермотт оглянулся на Эллу.

— С тех пор как мы вчера обсуждали

этот вопрос по телефону, ничего не изменилось.

Судя по выражению лица Чейза, обсуждение было не из приятных.

— Понимаю.

— Принести вам чего-нибудь выпить? — предложил Дермотт. — Обед подадут только через полчаса.

Чейз взглянул на Эллу.

— Пожалуйста, воды. Если можно, с долькой лимона, — попросила она.

Дермотт кивнул.

— А для вас, мистер Чейз?

— То же самое, только вместо лимона бросьте в стакан таблетку аспирина.

— Хорошо.

— Голова болит? — спросила Элла, когда они вошли в дом.

— Нет. Но, похоже, скоро заболит.

Головную боль Чейз предвидел, а вот к сердечной совсем не подготовился. Эллиот был полностью одет, но не брился, а волосы стояли торчком, будто дядя только с постели. Он сидел в последнем, шестом ряду в кожаном кресле с высокой спинкой, жевал попкорн и смотрел мультфильм. При виде Чейза и Эллы радостно заулыбался:

— Отлично. Вы как раз вовремя. Присаживайтесь, не стесняйтесь. Сейчас начнется следующая серия. — Эллиот кивнул на экран. — Да, в наше время таких мультфильмов не делают. Все-таки Уильям Ханна и Джозеф Барбера — истинные классики.

— Да-да, точно! Обожаю их мультики! — Элла села рядом с Эллиотом и потянулась за попкорном.

Чейз вынужден был признать, что они с дядей родственные души. А потом Эллиот улыбнулся Элле и проговорил:

— Деточка, вы прелесть. Напомните, пожалуйста, как вас зовут?..

Элла застыла, не донеся пригоршню попкорна до рта. Ответила она мягко, в глазах читались понимание и сочувствие. Но во взгляде Эллиота не было ничего, кроме растерянности.

— Элла. Я по поводу ирландских поминок…

— Боже мой! Я что, умираю?

Лицо дяди сморщилось. Элла поспешно бросила попкорн обратно в ведерко и взяла Эллиота за руку:

— Нет-нет, с вами все в порядке, Эллиот. Все хорошо.

Это, конечно, была неправда, но Чейз был от всей души благодарен Элле. Состояние дяди ухудшалось с каждым днем. Элла права: без врача не обойтись. Даже если у Эллиота действительно болезнь Альцгеймера, и он сам, и Оуэн с Чейзом должны наверняка знать диагноз, чтобы понимать, с чем имеют дело. И тогда, возможно, Эллиоту удастся помочь. Во всяком случае, ситуация прояснится.

— Тогда зачем поминки, да еще ирландские? — недоумевал Эллиот.

— Это просто шуточное название. Вы сами придумали. А на самом деле будет просто большой праздник.

— Праздник? Люблю праздники. В свое время устраивал замечательные вечеринки. Правда,

Чейз?

— Да, — с трудом выговорил тот. В горле стоял ком.

— И что же мы празднуем? — уточнил Эллиот.

Элла как ни в чем не бывало ответила:

— Вашу долгую и плодотворную карьеру в качестве главы «Игрушек Трамбалл».

— Так, значит, я почетный гость?

Эллиот сразу просиял, у Чейза же упало сердце.

— Да, разумеется, — подтвердила Элла.

Она продолжала держать Эллиота за руку. Конечно, она жалела его, но старалась не показывать своих чувств. Улыбка Эллы была ободряющей — даже Чейзу при взгляде на нее стало легче. Сердце его сжалось. Только тут Чейз понял, какая опасность ему грозит. Он уже безнадежно подпал под обаяние Эллы. Да и какой бы мужчина на его месте устоял? Красивая, сексуальная девушка, энергичная и жизнерадостная. Однако сейчас Чейза притягивало к ней нечто более глубокое и серьезное, чем сногсшибательная внешность или обаятельная веселость.

— Чейз, что с тобой? — спросил дядя. — Ты какой-то бледный. Как себя чувствуешь?

Теперь на него уставились и Эллиот, и Элла.

— Все нормально.

Да уж, нормальнее не придумаешь. Чейз совсем растерялся. Вдруг Эллиот повернулся к нему и спросил:

— Кстати, а ты что тут делаешь?

Этот вопрос мгновенно заставил Чейза забыть о нежных чувствах и девушке, которая их вызывала.

— Ты собирался отправить за Эллой машину, а потом я предложил ее подвезти.

«Пожалуйста, вспомни, как мы об этом говорили», — мысленно взмолился Чейз. Эллиот будто услышал его призыв, но утешение было слабое. Чейз понимал, что такими темпами Эллиот скоро вовсе перестанет узнавать родных.

— А как же иначе? Знаешь, я не удивлен. Прекрасно тебя понимаю, — хитро прищурившись, прибавил Эллиот. — Восхитительная девушка. Будь я хоть лет на двадцать моложе, еще неизвестно, кому бы она досталась, мой мальчик.

Буквально минуту назад Эллиот не понимал, что творится вокруг, и вдруг начал улавливать все, включая скрытые чувства.

— Рановато вы списали себя со счетов, — улыбнулась Элла. — У зрелых мужчин тоже много плюсов.

— Ну, Чейз, держи ухо востро, а то упорхнет, только ты ее и видел.

На самом деле упорхнуть собирается не она, а Чейз, подумала Элла. Может, не прямо сейчас, однако его отъезд — вопрос решенный. Конечно, Чейз любит Эллиота, но один раз он уже покинул родной Нью-Йорк. Не хотел вставать между дядей и Оуэном. Однажды ночью, когда они лежали в постели, утомленные после занятий любовью, Чейз признался, что чувствует: одного его присутствия достаточно, чтобы в отношениях между отцом и сыном возникла напряженность. Но Элла была уверена: расстояния здесь ни при чем. Просто по непонятной причине в племяннике Эллиот видел одни достоинства, а в сыне — недостатки. Но свое мнение Элла решила держать при себе.