После ссоры
Шрифт:
Кен любезно улыбается.
– Большое спасибо. Меня интересует, есть ли возможность… не могла бы ты… убедить Хардина прийти, – он отводит глаза и смотрит в стену. – Я знаю, что перехожу границы, но мне бы не хотелось, чтобы он отсутствовал. Честно говоря, кажется, ты единственный человек, кто сможет убедить его прийти. Я несколько раз приглашал его, но он категорически отказывается. – Кен печально вздыхает.
Не знаю, что ему ответить. Я хотела бы затащить Хардина на свадьбу его отца, но сомневаюсь, что он
– Конечно, я поговорю с ним. Я буду рада, если он пойдет, – честно говорю я.
– В самом деле? Огромное спасибо, Тесса. Надеюсь, я не давил на тебя, чтобы ты согласилась, и я с нетерпением жду вас обоих.
На свадьбу с Хардином? Звучит заманчиво, но его трудно будет убедить.
– Карен ты очень понравилась, за эти выходные она просто в тебя влюбилась. Заходи к нам в любое время.
– Мне тоже у вас очень понравилось. Может быть, мы сможем договориться с ней об уроках выпечки, которые она предлагала, – смеюсь я, и он усмехается вместе со мной.
Он очень похож на Хардина, когда улыбается, и мне от этого становится очень приятно. Отец Хардина так старается наладить отношения со своим озлобленным, огрызающимся сыном, что у меня сердце болит за него. Если я могу помочь Кену, я сделаю все, что в моих силах.
– Она очень бы этого хотела! Заходи в любое время, – повторяет он.
Я поднимаюсь.
– Еще раз спасибо за помощь со стажировкой, это для меня очень важно.
– Я посмотрел твои переводы и эссе, это впечатляет. Хардин многому мог бы у тебя научиться, – говорит он, и его взгляд светится надеждой.
Прощаюсь, чувствую, как горят щеки. Когда я возвращаюсь к факультету литературы, остается всего пять минут до начала пары. Хардин сидит на своем обычном месте, и я не могу сдержать улыбки.
– Ты выполнила свою часть сделки; я тоже, – говорит он, улыбаясь в ответ.
Я здороваюсь с Лэндоном и занимаю место между ними.
– Ты что так поздно? – шепчет Хардин, уже когда профессор начинает урок.
– Расскажу потом. – Я знаю, что, если заговорить об этом сейчас, он убежит прямо посреди лекции.
– Скажи сейчас.
– Я же сказала, потом. Это не срочно, – обещаю я.
Он вздыхает, но соглашается.
Когда занятия заканчиваются, Хардин и Лэндон встают, и я не знаю, с кем поговорить первым. Обычно после уроков я болтаю с Лэндоном, пока мы вместе идем домой, но теперь со мной Хардин, и я не знаю, как поступить.
– Ты еще не передумала идти на костер в пятницу со мной и Дакотой? Думаю, сначала надо зайти ко мне на ужин, мама обрадуется, – говорит Лэндон раньше, чем Хардин успевает что-то сказать.
– Да, конечно, я иду. Ужин – это хорошо; напомни ближе
С нетерпением жду встречи с Дакотой. Она делает Лэндона счастливым, и я ее люблю уже только за это одно.
– Я напишу тебе, – говорит он и уходит.
– Я напишу тебе, – передразнивает Хардин, и я закатываю глаза.
– Не смейся над ним, – предупреждаю я.
– О да, я забыл, какова ты в гневе. Помню, чуть не накинулась на Молли, когда она над ним прикалывалась, – смеется Хардин, и я толкаю его в плечо.
– Я серьезно, Хардин, оставь его в покое, – говорю я, добавив после паузы: – Пожалуйста.
– Он живет с моим папой. Я имею право смеяться над ним, – улыбается он, и я смеюсь.
Когда мы выходим, я решаю, что более удобного случая поговорить не выпадет.
– Кстати о твоем отце. – Я гляжу на Хардина и замечаю, что он уже напрягся. Он смотрит на меня с подозрением, ожидая, что я скажу дальше. – Я с ним сегодня виделась. В его кабинете. Он договорился о моей стажировке в Vance. Пойду туда завтра. Здорово, правда?
– Что он? – издевается Хардин.
– Он договорился о моей стажировке. Это отличная возможность, Хардин, – растолковываю я.
– Хорошо, – вздыхает он.
– И еще кое-что.
– Ну конечно…
– Он пригласил меня на свадьбу в следующие выходные… ну, нас. Он пригласил нас на свадьбу, – с трудом произношу я, испепеляемая его взглядом.
– Нет, я не пойду. И точка. – Он поворачивается, чтобы уйти.
– Подожди, просто выслушай меня. Пожалуйста?
Я тянусь к его запястью, но он резко отдергивает руку.
– Нет. Тебе действительно лучше не лезть в это, Тесса. Я не шучу. Занимайся, блин, своими делами, – резко бросает он.
– Хардин… – снова говорю я, но он не обращает внимания.
Он уходит на стоянку. Мои ноги – словно увязли в цементе. Я смотрю, как его белый автомобиль выруливает с парковки, и не могу сдвинуться с места. Он бурно реагирует на мои слова, но я не хочу подпитывать его эмоции. Ему нужно немного времени, чтобы остыть, перед тем как поговорить с ним снова. Я знала, что он не захочет идти, но надеялась, что удастся хотя бы поговорить об этом.
Кого я обманываю? У нас началось что-то «большее», чем было два дня назад. Я не знаю, почему я по-прежнему жду, что все резко изменится. Кое-что, конечно, изменилось: Хардин в целом стал приятнее, он целует меня в общественных местах, что действительно необычно. Тем не менее, Хардин остается Хардином; он упрям и тяжел в общении. Вздохнув, перебрасываю сумку через плечо и возвращаюсь в общежитие.
Когда я захожу, Стеф сидит на полу, скрестив ноги, и смотрит телевизор.
– Где ты была прошлой ночью? Это не похоже на вас, барышня, вот так пропадать на всю ночь… – дразнит она, и я игриво завожу глаза.