После разлук

Держируков Дмитрий

* * *

Когда уйду, то будет ночь темнаНад днями золотистыми твоими.О розовой заре споет зимаБескрайними ветрами ледяными.Не успокоят мой усталый взорКостры осин и боль осенних кладбищ.Я разлюблю ночных полей простор,И грусть земли, и дым вечерних пастбищ.Что там вдали – безмолвная тюрьма?Когда расстанусь с песнями твоими…О ласковой заре споет зимаХолодными ветрами ледяными.

* * *

Я видел серебристые затоныИ те края вечерние твои,Где золотились ласковые дни,И

было небо, словно свет с иконы.Я видел в далях позабытый дом,Как будто о твоей судьбе молчащий,О том, что есть заоблачные чащи,Где нежные тоскуют о былом.Я видел одинокие огни,Холодных лилий белые бутоны,Луга и золотистые затоны,Где серебрились ласковые дни.

* * *

Одни – ушли, другие – в далях умерли,Не встретить их и в полночь не позвать.Лишь о тебе одной в холодных сумеркахЛегко усталым сердцем вспоминать.Как будто ты весной идешь к заутрене…Постой, ведь это было так давно.О ком теперь за перелеском утреннимГрустят твой дом и тихое окно?О чем молчат за желтыми откосамиВ речных низинах сонные цветы?Кого зовут твои глаза раскосые,Какую тайну в них скрываешь ты?В тумане легче путь найти под месяцем,Чем стать твоей единственной судьбой…Нам никогда с тобой уже не встретиться,И вместе никогда не быть с тобой.Вчерашние надежды в сердце умерли,Ушедших – ни окликнуть, ни позвать.И о тебе в осенних долгих сумеркахБез прежней боли можно вспоминать.

* * *

С чего начиналася Русь? С лесных скоморохов,Бескрайних дубрав, позабытых лесов и болот,Где заросли красной ольхи, иван-чая и чертополохаСтеной непроглядной стояли ни месяц, ни день и ни год.Да, это была затаенная скрытая воля, —О скольким пришлось здесь пройти потаенной тропою большой!А в сердце осталось забытое отчее поле.И что нарекли «заколдованной русской душой».И родина наша привыкла к мятежных скитаньям,И мы в поздний час, когда в омуте тлеет заря, —Тревогой нездешней объяты, больны ожиданьем:Небесного тщимся увидеть в холодных потемках Царя…И только под утро, сквозь шелест листвы, чьих-то вздохов,Опять засыпаем… А время куда-то плывет…С чего начиналася Русь? С лесных скоморохов,Осенних дубрав, изумрудных полян и затихших болот.

* * *

В каждой жизни свой час, свой Пирл-Харбор,Где года, как линкоры, горят,А на паперти лета – сентябрь,Словно нищий, все клянчит подряд.Вот тогда забываются даты,Прошлых лет золотистый уют.Мысли, будто больные солдаты,В лазареты ночные ползут.И живым не вернуться из плена,Как в желанье бессильном суметьНа жестянках исполнить Шопена,На гармонике Моцарта спеть.Не помогут былые заветы.Чтобы выжить, все надо забыть.Лишь берез голубые скелетыБудут в полночь над озером плыть.Отрекись, если сердцем не храбр,Если сил нет вернуться назад…Этот час – твоей жизни Пирл-Харбор,Где на рейде фрегаты горят.

* * *

Произнести в ночи, волнуясь: «Где вы?…»Услышать снова милый смех с утра…О чем твои забытые напевы, —Скажи мне, помоги понять, сестра.О чем твои слова… ведь мне сказали,Что

вымер наш совсем незнатный род.Лежат в пыли поруганные дали,Пуст отчий дом, и обнищал народ.А я, почти что старый и угрюмый,Все тщусь в ночи свет истины найтиИ, отягченный невеселой думой,Не знаю уж давно, куда идти.И лишь былые отголоски славыЕще звучат и колокол звенит.А Родины жемчужно-белый саванДавно слезами горькими расшит.Уходят юноши во тьму, стареют девы,И мелкий дождь по крыше бьет с утра…О чем твои забытые напевы?Ответь и помоги понять, сестра.

* * *

Не о твоей ли новой волеВ ночной степи горит закат?На белой плащанице поляСледы пожаров и утрат.А там, где кровью оросилиМы в сече клевер луговой,Поет о гибнущей РоссииХолодный ветер снеговой.Я знал тебя… ты не был трусом.В час скорби у незримых вратТы пред толпой стоял с Иисусом, —И ложью был, как он, распят.Но дней дожди не погасилиНадежды пламень огневой.Звенит над каторжной РоссиейМятежный ветер снеговой…О только б не забыть о воле,Не повернуть в ночи назад,Когда над обнищалым полемКресты смиренные молчат.

* * *

О не тоскуй о тех, кто в голубом туманеРастаял без следа, сжег в прошлое мосты.Ведь в горних небесах, на облачной полянеЕсть память нежных дней, потерянной мечты.Как тихая звезда вечерних расставанийОна горит… но свет ее не распознать.В ней тайна прошлых лет и боль земных скитаний.Лишь тем ее дано постигнуть и понять,Кто в сумерках весны, услышав весть в тумане,Своей душой постиг величье красоты.Где плачущий Исус в жемчужном одеяньеЛюбовью превозмог ночных голгоф кресты.

* * *

Что-то заветное может случиться, —Слышу весны затаенные звуки…Вы далеки, словно озеро Рица,В синих предгорьях щемящей разлуки.Ветер ли быстрый в окошко стучится,Ивы ли тихо грустят у излуки…Вы – словно светлое озеро Рица,В синих предгорьях щемящей разлуки.В жизни однажды лишь счастье приснится, —Взгляд мимолетный и нежные руки…Вы далеки, словно озеро Рица,В синих предгорьях щемящей разлуки.

* * *

В Москве беспутной, в толпе безбрежной,Когда безликая круговерть,Мелькнул твой профиль, забытый, нежный,Как будто жизнь победила смерть.В метро – безумье… в час пик – Ходынка, —Орда ль Мамая летит спеша?Ты здесь случайно… из легкой дымки,Из светлой дали сюда пришла.Вагон – ловушка… смятенье, сжатость, —Везут как будто всех на убой.Но ты – надежда моя и святость,И счастье – рядом стоять с тобой.Не твой удел – в суете московскойСмотреть на мелочные дела.Ведь ты, с иконы взглянув рублевской,На землю грешную снизошла.А я не видел тебя так долгоИ не касался твоей руки.Жизнь убежала, как в песне Волга, —Уж брезжат старости маяки.Ах сколько минуло… не вернешьТот день, что был бирюзой осыпан…Лишь ты одна мою боль поймешь…И ты открыла «Космополитен».