После полуночи

Джоансен Айрис

Кейт обняла его. Как ей было хорошо ощущать его рядом с собой.

– Он ждал меня. И я верила, что справлюсь с ним. – Она закрыла глаза и прошептала:

– Но отца не было с ним. Мне кажется, он убил его.

Сет покачал головой.

– Я нашел его. Его запах я почувствовал сразу. Он кружил по лесу, уводя меня от этого места.

Кейт почувствовала прилив облегчения.

– Слава Богу. Где он?

– Я оставил его на тропинке, когда услышал выстрелы.

– Пойдем отыщем его.

– Сейчас, – он крепко прижал ее. – Мне просто

необходимо прикоснуться к тебе. – После чего Сет осторожно поставил ее на ноги и скрылся в зарослях.

Когда Кейт добралась до них, Сет нес Роберта на руках.

Тревога снова сжала ее сердце:

– Ему плохо?

– Нет. Просто он босиком. Видимо, здорово поранил ноги и не может больше идти.

– А тебе не тяжело?

– Нет, конечно. Он почти ничего не весит.

В руках Сета отец выглядел слабым и беспомощным, как ребенок.

Она подошла к нему и погладила по щеке. Он открыл глаза, но, похоже, по-прежнему не узнавал ее.

– Папа!

Он промолчал в ответ.

Знакомая боль снова пронзила ее. Он не мог говорить уже несколько месяцев.

– Все хорошо, папа. Ты в безопасности.

Слышал ли он ее? Понимал ли, о чем она говорит?

– Его надо отнести как можно скорее в палату, Кейт, – мягко сказал Сет.

Она смахнула слезы, покатившиеся по щекам.

– Ты прав. Здесь довольно прохладно, – и, повернувшись, пошла вперед по тропинке в ту сторону, где сквозь просветы листвы виднелись слабые огоньки в окнах дежурного персонала.

Они уже выбрались из зарослей и зашагали по лужайке, когда Кейт услышала голос отца.

Стремительно обернувшись, она напряженно начала всматриваться в его лицо. Ему не удавалось громко произнести нужные слова. Только слабый шепот срывался с его уст.

– Тсс, – успокоил его Сет, слегка покачав на руках. – Я здесь. Все хорошо.

И, кажется, отец понял его слова, сразу успокоился и расслабился.

Блаженное чувство покоя охватило Кейт. Сет здесь, рядом с нею. Значит, все будет хорошо.

* * *

– Вот ты и нашелся, Роберт, – Чарлин накрыла его забинтованные ноги одеялом. – Эдак ты скоро начнешь бегать. Что ж, намного лучше, чем сидеть и ждать посетителей. Правда? – Она повернулась к Кейт. – Я вызвала полицейского Эбланда, как ты и просила. Он ждет тебя внизу.

– Спасибо, Чарлин.

– Не стоит благодарности, – и медсестра вышла из комнаты.

Сет встал возле кровати рядом с Кейт, глядя на ее отца.

– Как ты считаешь, RU-2 поможет ему?

– Именно на это я и надеялась, когда работала вместе с Ноем. Но я не знаю, какое действие он оказывает именно на эту болезнь. Может быть, если бы начали лечение раньше… Сейчас произошло столько необратимых процессов. – Она беспомощно пожала плечами. – Он так ослаб. И мне трудно представить, какой будет реакция организма на RU-2. Нужно провести несколько опытов.

– Мы возьмем его с собой в Амстердам, – уверенно сказал Сет.

– Хорошо. – Она погладила отца по руке. – Не думай, что мы собираемся сдаваться, папа, –

прошептала она. – Помнишь, как ты говорил мне, что я не смогу приставить листочки к дереву? Сейчас мы попытаемся сделать это. И они станут такими же сильными, как и были. Вот увидишь. Ты придешь в себя, начнешь говорить, читать и писать, ходить и общаться с людьми.

– Нам пора идти.

Кейт отступила назад.

– Да, – и, повернувшись к двери, добавила:

– До свидания, папа.

– И он слышит тебя? – спросил Сет, когда они вместе зашагали по коридору к посту медсестры.

– Иногда мне кажется, что да. А иной раз у меня появляется такое ощущение, что он просто куда-то вышел. – Ей с трудом удалось проглотить застрявший в горле комок. – И мне даже легче становится от этого. Трудно смириться с мыслью, что он словно узник, заключенный в самом себе. Гораздо приятнее думать, что он бродит где-то поблизости. Стремительный, уверенный в себе. Такой, каким он всегда был.

– Так и думай о нем.

– Я очень часто разговариваю с ним. Словно сумасшедшая. Если его нет в том теле, значит, он где-то рядом со мной. Он любил меня. И мне кажется, что и сейчас продолжает любить.

– У него был хороший вкус.

Она прерывисто вздохнула.

– Прости. Никак не могу остановиться. Иной раз это так больно задевает меня. – Впереди показался пост медсестры. – А вот и Алан.

– Ты как себя чувствуешь? Может, мне самому поговорить с ним?

– Нет, конечно, – ответила Кейт. Сет медленно улыбнулся:

– Разве можно было ждать другого ответа? Но ты не возражаешь, если я подожду здесь, пока вы закончите разговор?

– Нет, – она подошла к нему и взяла его под руку. – Я хочу, чтобы ты пошел со мной. Чтобы мы были вместе. Ты не представляешь, как сильно мне этого хочется.

Алан Эбланд поднялся ей навстречу.

– Ну ты даешь, Кейт!

– Привет, Алан! – Она поцеловала его в щеку. – Спасибо за все. Я знаю, как ты отстаивал меня.

– Это была чистая липа. Ни один суд не признал бы обвинения справедливыми. – Он пожал плечами. – Мне оставалось только сунуть их носом в дерьмо. Но, должен тебе сказать, что из-за тебя несколько влиятельных людей потеряли сон и аппетит.

– RU-2?

– Да. Я смотрел твои выступления по телевизору. – Он перевел взгляд на Сета. – Дрейкин?

Сет протянул ему руку. Алан крепко пожал ее и снова повернулся к Кейт:

– Ты уверена, что это и есть Ишмару?

Она кивнула:

– Не сомневаюсь. Ты не представляешь, сколько я пережила из-за него.

– Если это Ишмару, то никаких сложностей не возникнет. Это самозащита. За последнюю неделю нам удалось очень много выяснить из отчета, поступившего к нам в ответ на запрос. И из его собственных записей, присланных в полицию с рядом улик. Но тебе придется дать подробные показания. – Алан покачал головой. – Правда, вся эта история с твоим отцом… с получением наследства и подделкой государственных документов… шумиха поднимется большая.