После победы

Желязны Роджер Джозеф

– Должны быть и другие, для которых ты цветешь.

– В общем, нет. Трудно найти хорошие тычинки.

– Сэр, о сэр, все готово, сэр.

Озина посмотрела мимо Гара в сторону костра.

– Кто этот шарообразный голый человек, прыгающий с ноги на ногу?

– Это Спайдо. Он – великий герой, он расшифровал пророчество, которое приведет к освобождению его деревни от сил зла. Влюблен в Цветок Тыквы, но, как полагает, пророчество указывает на то, что у него будет связь с богиней.

Богиня нахмурилась.

– Цветок Тыквы из Торфея?

– Ты

ее знаешь?

– Я слежу за своими детьми-цветами. Эта девица тот еще пестик.

– Ты это знаешь, и я это знаю, но Спайдо ни о чем не догадывается. Я собираюсь найти способ постепенно сбить его пыл.

Озина прищурилась в сторону костра.

– В данный момент сбить пыл Спайдо будет не так-то просто. – Она улыбнулась, заметив, как Гар поморщился. – Думаю, однако, что могу кое-что предпринять.

Полубогиня цветов обернулась и махнула рукой золотому оленю. Вокруг животного заплясали светло-зеленые и лиловые огоньки, и он медленно превратился в обнаженную женщину с коротко стриженными золотистыми волосами, большими карими оленьими глазами и слегка более острыми, чем у большинства людей, ушами. Она наклонилась и сорвала маргаритку, затем побрела к костру, пощипывая губами цветок.

– Прекрасный фокус с оленихой. Озина наполовину прикрыла свои фиалковые глаза.

– Фокус был в том, чтобы снять чары, которые мой брат. Носящий Рога, наложил столетие или два тому назад. Он увидел Элизу и влюбился в нее. Превратил ее в олениху и.., ну, она была всего лишь одной из песчинок на его тропе. Осенью он увлекся какой-то лебедушкой и улетел на юг. Элиза осталась с разбитым сердцем, поэтому я о ней позаботилась.

– Все равно очень мило с твоей стороны сделать это для Спайдо.

– Никаких проблем. Элиза тут все равно поедала моих двоюродных сестричек. Гар посмотрел вниз на цветы.

– Твои двоюродные сестры? Так ты через них меня нашла?

– Нет, чтобы маргаритки заговорили, их пришлось бы пытать. – Озина медленно уселась и похлопала ладонью возле себя. – Ветры эфира принесли твое имя. Колдунцы Рэнго упоминают его в переговорах между собой. Они не включают твоего Спайдо во многие из своих бесед и считают его идиотом, ничего не понимающим в географии.

Гар сел лицом к ней, а не рядом.

– Это связано с тем пророчеством. Спайдо дает неверные сведения о нашем местонахождении.

– Все равно. Я тоже была введена в заблуждение и посетила некоторые из тех мест. Там было довольно много народу.

Убийца вскинул голову.

– Вот как? Подручные твоего брата?

– Вот именно. Хотели меня дефлорировать. – Она рассмеялась. – Теперь они все стали перегноем. Собственно, тебе следует меня поблагодарить.

– Да?

– Я так эффективно разделалась с теми бандами, которые стекаются в места, указанные Спайдо в качестве твоего местонахождения, что все считают – это ты их убил.

Гар взял ее за руку и поцеловал нежную, как лепесток, ладонь.

– Я перед тобой в долгу. Ты не только уберегла

меня, но и сообщила, что среди мономагов находится предатель.

– Не обязательно. Кто-нибудь может подслушать, как и я.

– Каларан?

– Он занят другим.

– Смерть – серьезное занятие.

– В самом деле. Нет, в действительности, подслушать эти беседы сравнительно легко, так как ваши мономаги – это растения всего с одним цветком. Они разбираются только в своем искусстве налаживать связь и посылают сообщения лицам конкретным, но не очень хорошо им знакомым. Фактически связь с ними осуществляется только при помощи имен. Если враг пройдет обряд крещения или ритуал получения имени и возьмет себе то же самое имя, он станет получать послания, отправляемые этому человеку.

– А если это сам колдунец, то он может отдать приказ войскам перехватить меня. – Гар нахмурился, глядя на одну из маргариток, и та начала увядать. – Сеть связи Рэнго себя скомпрометировала, но единственный способ предупредить об этом Крапчатого, Джэнси и Домино – это через ту же сеть. Если только ты не передашь им от меня послание.

Озина протянула руку, прикоснулась к увядшему цветку, и он тотчас же ожил.

– Могла бы, но не стану. Мне не годится вмешиваться в дела смертных.

– Но разве, рассказав мне так много, ты уже не вмешалась в них?

Полубогиня медленно покачала головой.

– Я только играю свою роль в разворачивающейся драме. Этот амулет, который у тебя на шее, Анакрон, имеет прошлое и будущее. Ты и я – хранители, обеспечивающие его переход из одного в другое. – Между ними повисло тяжелое молчание, но его прервали хихиканье и стоны, донесшиеся от костра. Озина поднялась и улыбнулась убийце, глядя сверху вниз.

– Прощай, Гар Квитник. Помни, что я – в каждом цветке, который ты нюхаешь, и что длинные стебли травы, ласкающие твои ноги, – это мои пальцы.

Глава 4. ЛЮБЫМ ДРУГИМ ИМЕНЕМ

Когда они выехали на следующее утро. Спайдо все время зевал, прикрываясь ладонью. – Простите, сэр, я должен был встать с первым лучом зари и все приготовить. Извините, что заставил вас ждать. Гар пожал плечами.

– Я без труда могу убить время, Спайдо. – Его помощник бросил на него странный взгляд, поэтому убийца прибавил:

– Это шутка, Спайдо.

– Да, сэр. – Он принужденно рассмеялся, но смех перешел в зевок.

– Смертельно устал, да, Спайдо?

– Да, сэр. – Спайдо оглянулся назад. Обернувшись в том же направлении, Гар заметил среди деревьев золотой проблеск. – Можно задать вам вопрос, сэр?

– Конечно.

– Я подумываю сменить имя, сэр. Как вам кажется, имя Бык мне подходит? Гар покачал головой.

– Бык исключается, Спайдо. Хингу и Тйан-ши-шеки редко дают прозвища своим последователям.

– Так у вас никогда не было прозвищ, сэр?

– Нет, не было. По крайней мере официальных, но среди воинов принца Рэнго меня называли и другими именами.